Чтение онлайн

У ворот Дикого Острова висело много разношёрстной одежды, но ни один крестьянин или путешественник её не трогал. Похоже, все знали, что одежда для драконов. Дагмар подумала, что довольно странно для южан в один момент узнать, что среди них спокойно живут драконы. Как бы то ни было, Дагмар к этому ещё привыкала. Вера в существование существа — это одно, а вот узнать, что последние двадцать лет тебя обучало одно из них — совсем другое.

Гвенваель оделся, и они вошли на Дикий остров через огромные железные ворота. И тогда Дагмар решила, что вообще-то выбрала хорошего союзника. Она не знала, что представлял собой Дикий остров во времена предыдущего правителя, но сейчас это был процветающий город, наполненный силой… и солдатами. Торговцы продавали всё: от фруктов, овощей, мяса до мехов, драгоценностей и такого количества оружия, какое Дагмар представить себе не могла. Оружие не только для людей, но и для драконов. На самом деле, казалось, для драконов было столько же предметов, как для людей, начиная от целых коров и оленей для обеда и заканчивая огромными кольями для битвы из самой тонкой стали.

— Ну, разве здесь не потрясающе? — спросил Гвенваель, держа руку на спине Дагмар, пока он шли сквозь толпу солдат, путешественников, торговцев и крестьян.

— Потрясающе.

— Надеюсь, моя семья окажется не настолько ошеломляющей, как родственники у озера, — пробормотал он, аккуратно обводя Дагмар вокруг двух спорящих торговцев.

— Забавно, что ты спросил об этом после встречи с моими родственниками.

Гвенваель усмехнулся и приобнял Дагмар за талию.

— Перед тем как мы войдём в замок…

— Гвенваель! — раздалось трио криков, ошеломивших Дагмар. Она повернулась и увидела, как три юные и довольно привлекательные женщины бросились к Золотому, обняли за шею, плечи и грудь. Они снова завизжали и начали покрывать его лицо поцелуями. Дагмар оглянулась и быстро сообразила, что они находились в секции базара, где продавали сексуальные услуги, и закатила глаза, гадая, почему этот идиот не мог найти менее очевидного места для разговора. Гвенваель поприветствовал каждую по имени и поцеловал в щеку, задавая вопросы о детях и делах и удивляя Дагмар таким познанием их личных жизней. Её братья едва ли знали имена девушек в лагере, не говоря уже о наличие или отсутствии у тех детей.

Дагмар повернулась, ощутив, что кто-то тянет её за рукав, и заметила рядом с собой мужчину.

— Да?

— Сколько за блондинку?

Дагмар моргнула, оглянулась на Гвенваеля с тремя женщинами, и снова повернулась к мужчине.

— Что?

— Блондинка. Сколько за неё просите? Та, что пышнее. На час или около того?

Понятно. Дагмар никогда бы не приняли за шлюху… но, должно быть, посчитали, что она ими торгует.

— Пять медных монет за час, — ответила она. — Хочешь больше, придётся доплатить.

— Часа хватит. — Он сунул руку в карман, достал пять монет и передал Дагмар, которая бросила их в свой рюкзак, похлопала Гвенваеля по плечу и сказала:

— Он купил тебя на час. Наслаждайся.

Дагмар пошла прочь, направляясь к ещё одним воротам, которые вели к большому количеству конюшен, солдатским казармам, в главный двор и, наконец, к замку королевы. Она рассмеялась, когда Гвенваель крикнул:

— А ну подожди-ка одну чёртову минуту!

Почему в этом сценарии ей отводилась роль злодейки? Почему только ей приходилось усмирять всех, хотя единственное чего хотела — защитить свою единственную дочь?

Последние три дня только и слышны просьбы за Иззи, будто Талит приказала её казнить. Это несправедливо, и она от этого устала. А больше всего устала от своего мужчины. Талит очень сильно его любила, но порой понимала, что без проблем готова выбить из него всё дерьмо.

Почему никто не помнил? Иззи — её единственный ребёнок и останется таковой. Нолвеннским ведьмам из Альсандаира богами позволено иметь лишь одного ребёнка — цена, которую её предки платили за долголетие и силу.

— Я больше не хочу об этом разговаривать, — рявкнула она Бриёгу и пронеслась мимо него на выход.

— Ты не можешь убегать от этого разговора, — крикнул он ей вслед. — Придётся разбираться с этим. И как мне кажется, весьма скоро.

— Здесь не с чем разбираться. Иззи может остаться здесь, защищать границы. На нас всего лишь семь месяцев назад нападали.

— Это совершенно другая ситуация, и ты это понимаешь. Иззи не хочет оставаться здесь.

Талит стремительно шагала через главный зал, прошла мимо какого-то грустного путешественника в сером плаще, который стоял и выглядел озадаченным и потерянным. В другой раз Талит бы заинтересовалась присутствием чужака, но сейчас была так рассержена, что прошла просто на выход, а Бриёг следовал за ней по пятам.

— Она ребёнок, — напомнила Талит своему супругу, наверное, уже в десятимиллионный раз.

— Она воин. Или станет им.

— Она ребёнок. — Её ребёнок, чёрт возьми, но все продолжали про это забывать. — Мне плевать насколько хорошо она управляет мечом или копьём, или чем там тренируется. Настоящая битва существенно отличается от атаки того, кто одет в мягкие защитные подкладки.

— Я это знаю. Но Иззи никогда не поймёт, как выжить в настоящей битве, если не побывает ни в одной. И куда, чёрт возьми, ты направляешься?

— Твоя семья уже три дня как расположилась у озера, и никто их должным образом не поприветствовал. Я сказала Фергюсу, что раз уж никто из вас этого сделать не может, то я могла бы… — Бриёг схватил её за руку и так быстро развернул, что Талит не смогла закончить предложение.

— Что он сделал?

Прежде чем Талит смогла сказать ему, убрать от неё руки, к ним подошёл Гвенваель.

— Привет, братец!

— Заткнись, — рявкнул Бриёг, тут же снова переключив внимание на Талит.

— А я-то как рад, что вернулся! — радостно бросил Гвенваель. — И для всех так много значит, что я сильно пострадал и пережил дикую боль, чуть не умер, пока пытался сохранить наши секреты.

— Идиот, у нас нет секретов.

Талит вырвала руку из хватки Бриёга и встала на цыпочки, чтобы поцеловать милое лицо Гвенваеля.

— Привет, красавчик.

— Моя милая-милая Талит. Скучала по мне?

— Каждый день и ночь, любовь моя.

Гвенваель вырос в её глазах, как ни один другой гиперсексуальный мужчина. За этой придурковатостью скрывалось сердце.

— Тебя ждёт Морвид, — рявкнул Бриёг. — Проваливай.

Талит ударила Бриёга по руке.

— Ой!

— Будь милым! И прекрати рычать и кричать на всех подряд. Что вообще с тобой такое?

— Не кричи на меня.

— Я на тебя не кричу! Уж поверь, — прокричала она, — ты узнаешь, когда я начнут на тебя кричать!

И пошла прочь, Бриёг последовал за ней и оба проигнорировали предупреждение Гвенваеля:

— На вашем месте я бы к озеру не пошёл.

— Талит, притормози!

— Нет. Разговор окончен.

Она прошла через первые ворота, протискиваясь сквозь людей на рынке, затем минула вторые и вошла в лес. Талит направилась к самому большому озеру, что ближе всех располагалось к Дикому острову. Фергюс сказал, что там она сможет найти его семью.