Чтение онлайн

Утро. Солнышко только что рассеяло в долине туман. Вода еще слегка дымится, покрытая легким, прозрачным паром.

На берег к Инсуху вышел медведь. Прислонившись к толстой пихте, почесал бок. На коре остались клочья длинной бурой шерсти. Потом он поднялся на дыбы и принялся с ожесточением скрести когтями кору.

Вдруг зверь насторожился, отошел от дерева к воде и сердито фыркнул. За крутым поворотом реки слышались голоса людей, лай собаки. Шум приближался.

–  Гу-у-ууф-фф… - широко, мощно прокатился над водой грозный низкий звук.

Глаза у зверя злобно сверкнули.

–  Гу-у-ууф…

Медведь поднял голову.

Из-за скалы выплыла большая дощатая лодка.

На лодке закричали:

–  Медведь!..

–  Где, где?

–  Вон, идет по берегу, в гору. Да какой большой. Вот это да…

–  Да тише ты, Олег. Не раскачивай лодку. Только навел на фокус.

Медведь остановился, повернул к реке лобастую голову.

Раздался резкий выстрел, за ним другой.

–  Упал!

–  Вот это выстрел! Классный…

–  Костя, давай к берегу.

–  Он лежит без движения. Наповал.

–  Вон туда, Котька. подгоняй. В заливчик.

–  Ой, пошевелился. Поднял голову.

–  Да нет, это так тебе показалось. Как влип в берег. Не шелохнется.

–  А он не притворяется?.. Может так быть, Сергей Петрович?

–  Смертельно раненный зверь опасен вдвойне. Осторожность необходима. Случаи бывают всякие.

Не спуская глаз с распростертого на берегу медведя, Сергей Петрович Туренко вложил в стволы патроны, заряженные пулями "Жакан".

–  Не спеши. Костя. Попридержи лодку вот в таком положении, левым бортом к берегу. Вот так, хорошо.

Взоры мальчиков были прикованы к берегу.

Ведь подумать только, там лежал убитый медведь!.. Сколько об этом утре будет разговоров, рассказов, воспоминаний зимой. Славик с фотоаппаратом в руке ждал, когда лодка пристанет к берегу.

Но Сергей Петрович не спешил, держал лодку в некотором отдалении от берега.

–  И мы его будем жарить… - негромко произнес Олег, толкнув своего соседа в бок.
– Ты смыслишь что-нибудь в этом, Герка? Жареная медвежатина, сочная, жирная, с перчиком, лавровым листом… Или шашлык. Мечта!

–  Замолчи, Олег, или я тебя сброшу с лодки, - глотая слюну, шипящим голосом произнес Гера.

Олег с опаской взглянул на его сильные руки, покрытые бронзовым загаром. Вздохнул, скосил насмешливо глаза.

–  Можно, конечно, и отбивную медвежью… Большая черная собака с крупными белыми пятнами на боках, подняв шерсть на спине, неистово лаяла, пытаясь спрыгнуть с лодки.

–  Тым, спокойно! Сидеть!

Сергей Петрович погрозил собаке пальцем.

Лодка ткнулась в берег. Тым стремительно бросился к лежащему без признаков жизни зверю и начал тормошить его.

Мальчики настороженно подошли к нему.

–  Хо-роо-ш…- Петя провел рукой по спине медведя.
– Вот так тушка! Не сдвинешь с места.

Славик торопливо перезарядил аппарат.

–  Сергей Петрович, вы, конечно, на первом плане. Садитесь на медведя. С ружьем в руке. Ребята, становитесь рядом. Потеснее. Отличный кадрик. Еще один. Гарантийный. Теперь вы все в сторону. Остается Сергей Петрович. Обязательно надо. Для истории…

Зверя освежевали, и вскоре над большим костром уже варилась в ведре медвежатина. Лучшие жирные куски, нанизанные на вертела, висели над огнем, другие шипели на раскаленных гладких камнях; мясо, завернутое в широкие листья, обмазанные сверху глиной, жарилось в собственном соку в горячей золе.

По берегу далеко распространялся от костра аппетитный запах.

Олег в трусах и в серой клетчатой кепке, надетой козырьком назад, обливаясь потом, пробовал деревянной ложкой жирный суп, снимал с камней куски изжаренного мяса, накладывал новые.

Славик старательно отбивал колотушкой на камне большой кусок медвежатины.

–  Сергей Петрович, вам, шашлык или мясо в собственном соку?

–  И то и другое. Только поскорее. От этих невозможных ароматов я лишился покоя. Одним словом, все на стол мечи, что стоит в печи.

Пир был поистине на славу!

"Стол" накрыли в тени старой сосны.

На широких листьях борщевника лежали горкой куски жареного мяса, шашлыки, отбивные котлеты, аккуратно нарезанные ломтики хлеба, соль, пучки дикого горного лука. В мисках жирный бульон. В кружках холодная родниковая вода.

Ребята в первый раз ели медвежатину и отдавали должное всему, что было перед ними.

–  В жизни ничего подобного не ел. То есть так вкусно!..
– Петя потянулся за новым, весьма солидным, куском шашлыка.

–  А Олег хитрый,- проговорил Костя.
– Вы обратили внимание, ребята, он не уходит с солнца. Жир все время из него вытапливается. Он так может запросто один управиться с медведем.

–  Ну, кажется, братцы, все! Мощно… - Гера отвалился к стволу дерева.
– Как удав…

–  А это, - Олег разложил на листья куски мяса, изжаренные в золе.-Прошу… В собственном соку.

Все пришли к выводу, что это было самое вкусное блюдо, приготовленное Олегом.

Отрезая внушительный кусок медвежатины, сочной, жирной, посыпая солью и перцем, Сергей Петрович проговорил:

–  А лучшее мясо у медведей все же осенью, перед тем, как они ложатся в берлогу. Залито салом. К осени они жиреют даже и на плохих кормах. Знаете, сколько за зиму медведь теряет в берлоге жира? От трех до пяти пудов.

–  Ого-го. Ничего себе, хорошее накопление делается с осени. Запасец добрый, - удивился Олег.

–  Олешек, не завидуй, - рассмеялся Гера.
– Если ты будешь до осени питаться так, как сейчас, то не намного отстанешь от медведя.

Лучшие части медвежьей туши ребята нажарили, сварили, подкоптили в дыму костра, - сделали изрядный запас, уложили его в сплетенную корзину. Остальное пришлось бросить.

–  Без нас тут будет пир на весь мир. Вон уже и первый гость пожаловал. Учуял, - Сергей Петрович показал на сидящего невдалеке на сломанной вершине коршуна.

Олег поднял раскрытую тетрадь, показал ребятам только что законченный рисунок. На ветке сидел большеголовый с длинным острым клювом короткохвостый зимородок в ярком зеленовато-голубом оперении. Мягким цветным карандашом Олег заштриховал брюшко нарисованной птички в красновато-рыжий цвет.