Чтение онлайн

– Продолжайте, капитан.

– Объясню, почему я так решил. «Аненербе» - СС - НСДАП. Высшие круги Третьего Рейха. Все самые секретные разработки, которые можно применить у нас, проходили через эту тройку.

– Все верно, - кивнул Артемьев.
– По возможности некоторые документы лучше доставить нам. Скудно, конечно, но больше информации мы не имеем. Вылет завтра в пять ноль-ноль. Летите гражданским рейсом в Тель-Авив, оружие и боеприпасы придут через три дня, с человеком из разведки.

– Полковник, - вытянул руку Хобот, - а что это за фрукт такой? Из какой разведки?

– Из нашей, лейтенант. Подчиненный майора Васимине.

– А, значит, из косоглазых, - понимающе протянул Хобот.
– Хорошо, что наш человек, а не хрен с горы. Пик «Лэнгли» или «Лубянка»[10]. Вы знаете, Полковник, эту горную систему.

– Знаю, - сказал Артемьев, - но это не так важно. Брифинг окончен. Все свободны, а старшему капитану Бергману пройти к майору Васимине. Разойтись. Капитан, - обратился Полковник к Кроту, - я бы попросил вас задержаться.
– Я еще подумал, что фраза звучит знакомо, но решил не обращать на это внимание.

Эх, никогда не любил бюрократию, но что поделаешь. Я лично отнес в бухгалтерию командировочное предписание, украшенное размашистой, похожей на виток колючей проволоки, подписью Полковника и изящными (всегда удивлялся и восхищался этим умением азиатов) иероглифами, дающими при прочтении имя Рафу Васимине.

Признаться честно, я раньше не имел дела с самим командиром разведбригады. До этого информацией нас снабжал его заместитель, а тут пришлось пообщаться лично.

– Так это вы старший капитан Бергман?
– майор с интересом смотрел мне в глаза.
– Приятно познакомиться.

– Взаимно, - коротко сказал я, отвечая на рукопожатие.
– Полковник Артемьев говорил мне, что с нашей группой идет ваш человек. Все настолько серьезно?

– О да, - сказал Васимине, ожидая, пока высохнет тушь, а заодно любуясь творением своих рук.
– Все серьезно как никогда ранее. И поэтому нам, то есть командованию всей организации, необходима информация. Свежайшая и из первых рук. Is it clear?
– прищурился японец.

– Yes, sir!
– кивнул я. Майор же, широко ухмыльнувшись, вынул из нагрудного кармана небольшую печать и поставил красный оттиск, перекрывающий его подпись. Я знал, для чего все это: каллиграфически правильный иероглиф напишет любой умеющий это делать человек, а вот печать, по идее, одна и с легкостью безошибочно удостоверит личность.

– Можете идти, - козырнул Васимине. Фамилия у него под стать моей - «горный орел», а вот имя... Имя в переводе означает «сеть», как бы подтверждая один тайный и откровенный разговорчик между мной и Полковником. Командир тогда прямо сказал, что майор метит на место повыше, и я узнал от него, что Васимине плетет какую-то интрижку, чтобы подвинуть Артемьева.

– А он точно не предаст?
– уточнил я.

– Рафу некуда податься, - заметил Полковник.
– Если он сделает что-то в этом роде, Мормон сдаст его японским властям. А учитывая, что Васимине по молодости натворил, то в Японии его просто-напросто осудят и вздернут. Или на каторгу отправят.
– Эти слова меня тогда не то, чтобы успокоили, но некоторое напряжение все же сняли, так что я мог спокойно готовиться к операции...

– Подождите, старший капитан!
– остановил меня майор. Я обернулся.

– Я так понимаю, вы - человек дела, - сказал Васимине.
– Поэтому у меня к вам деловое предложение.

– Какое?
– спросил я. Интуиция мне, правда, подсказала, что дело будет «теневое», даже, может быть, темное.

– Присаживайтесь, - предложил майор.
– Курите?

– Так точно!

– Значит, не будете возражать, если это сделаю я, - Васимине начал раскуривать трубку.

– Майор, не тяните время. Скажите сразу, что вам от меня нужно.

– О, хватка... это хорошо, - протянул майор, прикрыв веки, словно он о чем-то размышлял.
– Ладно, скажу прямо, - потер переносицу Васимине.
– Старший капитан, предлагаю вам работать на меня.

– В каком смысле?
– ошарашенно спросил я.

– Мне необходимы данные об Артемьеве: что он делает, куда ходит, где питается, с кем и когда спит.

– Майор, вы не по адресу обратились.

– Вот как?
– ухмыльнулся Васимине.

– За такой информацией надо обращаться к денщику или адъютанту, коим я ни в коей мере не являюсь. Да и потом, эта информация нужна же вам официально, ведь так?

Майор откинулся на спинку кресла и выпустил в потолок огромный клуб дыма. Выглядел он совершенно апатично, только глаза его задорно и по-мальчишески блестели.

– О, да вы умны, старший капитан. И чертовски проницательны к тому же. Хорошо, приоткроем завесу этой маленькой тайны. Может быть, вы желаете чего-нибудь выпить? Разговор у нас будет достаточно длинен.

– Вино у вас есть?
– прямо спросил я.

– Сливовое, ибо я патриот.

– Это не имеет значения, просто скоротать время беседы.

А винцо оказалось неплохим. Чем-то напоминало рислинг, но с совершенно другой, неожиданной для европейца ноткой.

– В задачи разведбригады, старший капитан, входит и наиболее приоритетная - следить за сохранением коммерческой тайны. Наша организация, как вы знаете, есть частный бизнес мистера Уайтгоста.

– Уайтгоста?
– переспросил я.

– Именно, - подтвердил Васимине.
– Мистер Уайтгост, дословно «Белый Призрак», это псевдоним Мормона. Его настоящего имени не знает никто, и Мормон тщательно хочет сохранить инкогнито. А поскольку Сергей Артемьев - его правая рука, то это очень важно.

– Однако у вас есть и личный интерес, насколько я знаю.

– В некотором роде, - расплывчато пояснил майор. Как по мне, ни хрена он не прояснил, этот хитрый жук и интриган. Но ведь ему же и в самом деле нет смысла предавать компанию, Полковник мне это четко дал понять. Тогда зачем вся эта игра?

– А может быть вы все скажете прямо?
– Вот так, вопрос в лоб! Майор задумался и через минуту произнес: «Генри Форд сказал, что у поступка человека два мотива - настоящий и тот, что красиво звучит. Словом, чем объяснить, лучше показать».

Васимине молча включил телевизор, и кабинет наполнился речью диктора первой общесоюзной программы, вещающего о новостях в мире.

«Массовые беспорядки в Тиране приобрели угрожающий характер, вследствие чего правительство было вынуждено задействовать специальные силы албанской полиции. Напомним, что недовольство вызвало соглашение стран - членов Евросоюза и союзных республик СССР со значительной долей славянских этносов о развитии льготных экономических отношений и духовной культуры. Подавляющее большинство демонстрантов являются беженцами из Исламского халифата, возмущенными также тем, что в предоставившей им политическое убежище Албании, несмотря на мусульманское население, конституционно закреплен запрет на религию.