Чтение онлайн

Все присутствующие расселись вокруг журнального столика так, чтобы каждый видел всех троих собеседников.

– Я в курсе, что операция, а точнее, ее завершающий этап прошел не совсем удачно, - начал Мормон.
– Судя по всему, виной тому человеческий фактор. Я прав?

– Так точно, - сказал я, - правы. Могу предположить, что в этом замешан прикомандированный к нашей группе человек из разведбригады, задачей которого являлись сбор информации и невмешательство в дела боевого отряда.

Во мне все заклокотало, однако я сумел найти в себе силы и подавить рвущуюся наружу злобу.

– Так, - задумался Мормон и, прикрыв глаза, потер подбородок.
– Других версий все равно у нас нет, придется принять слова старшего капитана за аксиому... значит, дело в вашем подчиненном, Васимине-сан. Кто он такой, что вы о нем знаете и можете рассказать? Прошу, докладывайте.

– Лейтенант Исами Кобаяси, айн по национальности, родился в СССР, на Сахалине. Пять лет отслужил в спецназе Морской пехоты Тихоокеанского ВМФ: два по призыву и три сверхсрочно. Уволен в запас в звании мичмана, после манифеста Тихомирова успешно ходатайствовал о получении второго - японского - гражданства (по матери). Экстерном окончил университет в Токио, с отличием. Работал инструктором SAT[15], участвовал в международных соревнованиях спецподразделений, благодаря чему получил связи среди генеральского состава войск НАТО. Холост, из имущества имеет коттедж в Калининграде.

– А почему именно там?
– Дельный вопрос, кстати. Я бы, к примеру, остановил свой выбор на Швейцарии.

– «Прибалтийский пакт». По соглашению между Советским и Европейским Союзами страны Балтии и Калининградская область находятся в весьма выгодном положении, что-то среднее между статусом Шпицбергена и офшорной зоной. У меня все.

– Что же получается, господа, - скрестив руки на груди, спросил Мормон, - в наших рядах был «крот», вернее, крыса, бегущая с корабля.

– Однако судно осталось на плаву, - вставил Полковник.
– И не в последнюю очередь благодаря умелым действиям группы старшего капитана Бергмана.

Мормон перевел взгляд на сидящую по правую руку от Артемьева фигуру и внимательно посмотрел поверх очков. Мне ничего не оставалось как кивнуть.

– А вы выгораживаете своего человека, Сергей Николаевич.
– Глава организации расплылся в радушной улыбке, но затем вновь напустил на себя бесстрастный вид: - Что ж, вернемся к нашим баранам.

– Предатель был среди моих подчиненных, - глухо сказал Васимине, поднявшись на ноги.
– И мне не удалось вовремя распознать его. Как человек чести я вижу только один выход...

– О нет, это излишне, - Мормон мягко перебил майора.
– Я не привык разбрасываться ценными кадрами, Васимине-сан, так что вы будете мне полезны и в дальнейшем. Отнюдь не выгодно убирать спасенного от виселицы человека.

Я и командир многозначительно переглянулись.

– С вашего позволения я пойду, - сказал майор.

– Не смею задерживать, - развел руками Мормон. Васимине поклонился и развернувшись вышел из номера.

– Герр Бергман, могу ли я просить вас об одолжении?
– обратился ко мне Мормон и, услышав от меня положительный ответ, заговорил дальше.
– Васимине-сан сейчас способен на неадекватный и непродуманный поступок. Если вас не затруднит, то навестите, пожалуйста, майора. Надеюсь, вы не будете возражать против этой просьбы?

– Нет, - ответил я.

– А вы, Полковник?

– Я тоже нет. Мы можем быть свободны?

– Да, конечно. Идите, господа, а мне нужно срочно позвонить в Лион.- И мы покинули номер.

Любопытство взяло верх над здравым смыслом, и я решил проследить за командиром нашей разведки. Уж очень мне было интересно, чем это он занимается, к тому же прогуляюсь по Амстердаму - городу «красных фонарей», кофешопов и, м-да, парадов гордости. А и Бог с ними, с парадами, решил я для себя. Сейчас для меня гораздо важнее проверить майора на вшивость, чтобы успокоить гложущую совесть, так что ваш покорный слуга двинул за ним.

На площади Вестермаркт Васимине встретился с весьма юной особой, довольно хрупкой на вид, но приятной для мужского глаза, и сейчас они сидели в кафе на набережной и о чем-то беседовали. Сидя за барной стойкой, я наблюдал за ними, прихлебывая пиво, когда пришел Артемьев. В парадной форме советского десантника, надраенных до блеска говноступах, со свежим подворотничком и при всех регалиях, он сразу выловил меня взглядом и твердой поступью направился ко мне.

– Полковник, вы в своем уме?!
– в испуге зашипел я.
– Явиться сюда в таком виде?

– А мне что, надо было k'epi blanc[16] надеть, что ли?
– грозно спросил он.
– Два пива, - скомандовал он бармену и тот, кивнув, начал колдовать над кранами и кружками.

– Зачем вы здесь, Сергей Николаевич?

– Чтобы кое-кто глупостей не наделал. Наблюдаешь?
– и кивок в сторону майора.

– Так точно!
– отвечаю я.
– Обычное свидание, вроде бы, только вот тот факт, что они при встрече откозыряли друг другу, немножко напрягает.

– Немудрено, это ведь деловой разговор, - сказал Артемьев, пододвигая к себе кружку.

– Правда?
– удивился я.
– И кто же она... они?

– Вечная головная боль Мормона, перехватывающая у него часть заказов, а стало быть, и прибыли. Конкуренция. Поэтому майор Васимине и разговаривает с госпожой контр-адмиралом.

– Вот с этой девчушкой?! Это же... Хм, как интересно.

– Интересно - не то слово, только тебе знать подробности не обязательно.
– Полковник выразительно постучал пальцами по погону и глядя на меня сказал: «Мал ишшо».

– И мы будем спокойно смотреть на его предательство, да?

Артемьев поправил ворот тельняшки.

– Значит так, сынок. Я устал тебе повторять, что Рафу не предатель. Послушай сперва старшего, а потом делай выводы. Во-первых, на днях исчез хорунжий Терасима, его, - палец командира указал на Васимине, - заместитель, которому майор приказал взять лейтенанта Кобаяси в разработку. Во-вторых, прочитай вот это. Ты вроде грамотный, в японских закорючках шаришь.

Развернув пожелтевшую газету, я сразу же обратил внимание на статью во весь разворот. «Жестокое массовое убийство в стиле якудза», - гласил заголовок.

– Я-то что, старый холостяк, ни кола ни двора, восемь лет под пулями ползал, а вот у Рафу жизнь была. Настоящая жизнь, пока однажды его эскадра не вернулась из шестимесячного похода. Пришел он домой, а там вот это. Банда вырезала всю семью - родителей, брата, жену с дочерью - просто потому, что Дзюнъитиро Васимине нарвался не на ту компанию и долг не сразу вернул. Задержка всего на день, а результат фатальный. Тогда Рафу взял фамильный меч с табельным оружием и пошел должок возвращать. Вернул сполна, от души, так сказать, а потом в полицию пошел. Могло бы и «обойтись», в состоянии аффекта, явка с повинной, чистосердечное признание, сотрудничество и помощь следствию и прошлые заслуги. Пожизненное или каторга, но суд влепил на всю катушку.