Чтение онлайн

Двое прикованных к деревянным столбам молча взирали на внемлющую словам диктора толпу, один - бесстрашно, другой - бесстрастно. Второй, казалось, вообще не испытывал никаких эмоций, а во взгляде первого читалось только одно: «Да пропадите вы все пропадом! Плевать мне на вас и ваше правосудие!..»

– Последнее желание или слово?

– Сигарету, - бросил тот, второй, с небрежной ухмылочкой побывавшего на войне и видевшего смерть во всех проявлениях. Другой приговоренный отрицательно покачал головой.

Из шеренги автоматчиков в шлемах и респираторах отделились двое и подошли к изъявившему свою волю. Один из стрелков достал из кармана портсигар...

«Что?! Не может быть! Гравировка на крышке... «За нашу Советскую Родину! ДРА, 1982 г.»... Неужели Полковник?!», - в голове у него все закружилось, целый вихрь мыслей. Кровь отхлынула от щек, он потрясенно посмотрел на «палача».

– А...

Он хотел сказать «Артемьев», но второй стрелок его грубо оборвал:

– Молчать!
– И наклонился к приговоренному. Широкие скулы и желтоватая кожа выдавали в нем азиата, но радужка была зеленого цвета. На Востоке такое зовут «глазами дракона».
– Keikaku dori[25], - автоматчик подмигнул, - старшой...

– Старшой!
– голос Васимине разбудил Бергмана.

– Меня что, сморило?
– спросил старший капитан. Майор усмехнулся.

– В ту же секунду, как в машину сел, Лис. Даже отъехать не успели.

– Значит, мне пора в отпуск.

– Будет тебе отпуск, - заверил его Полковник и перевел взгляд на дорогу.
– Дай только вернуться.

– А как же Кобаяси?
– протер глаза Бергман.
– Так и оставим его?

– Ну, ведь он хотел, чтобы последнее слово осталось за ним, - сказал Мормон, настраивая волну на рации.

– Нельзя же так издеваться над человеком, - старший капитан с укором посмотрел в глаза Мормона. Но глава организации опять был в очках, и что творилось за непроницаемыми стеклами, сказать было невозможно, если только угадывать.

– Вы правы...
– Мормон набрал на клавиатуре цифровой код и щелкнул тангентой.

Грохот, поднятые в воздух клубы пыли и вспыхнувшее за стеклами машины красно-оранжевое зарево.

– Приговор приведен в исполнение. Господа, когда прибудем на Сицилию, можете отдыхать. Появится работа, сообщу. А пока не буду вас беспокоить, ведь на марше нужен привал.
– Глава организации поправил очки и таинственно и загадочно улыбнулся.
– Разве не так?

Post scriptum

(вместо окончания...)

Шел дождь. Авто, остановившееся у въезда в больницу, в свете ночных фонарей поблескивало мокрыми боками, невольно притягивая к себе взгляды задержавшихся на улице зевак.

Мормон стоял напротив человека в белом халате поверх костюма и внимательно его слушал, заложив руки за спину. Врач что-то негромко растолковывал, но Мормону было все равно. Доктор, видимо, и так это понимал, делая все это для очистки совести.

– Хорошо, пройдите к нему, - сказал он.
– Но учтите, что ему недолго осталось. Организм работает на последнем издыхании. Все резервы исчерпаны... Ума не приложу, на чем он держится.

Мормон проводил взглядом удалившегося врача и толкнул дверь, Та открылась, не издав ни единого звука, и он прошел внутрь. В палате был полумрак, но лежавший в палате больной рассмотрел запоздалого гостя.

– А, это ты пришел, - на желтом как пергамент лице появилась слабая улыбка.
– Решил навестить старика?

– Решил, - сказал Мормон.
– Здравствуй, отчим.

– Привет-привет. Поздно мне здравствовать в мои-то годы. А вот ты совсем не изменился...

– Не берет меня возраст. Я пришел поблагодарить тебя. Это ведь ты посоветовал комбригу связаться со мной?

– Кто же еще, - старик прикрыл веки.
– Помог он тебе?

– Помог очень сильно. Тот мерзавец чуть не спутал все карты. Впрочем, дневник у меня. Все, как ты просил. Столько лет прошло, а навевает воспоминания.

– Мне тоже...

Мормон снял очки и посмотрел умирающему в глаза.

– Ты знаешь, что ты последний? Единственный из оставшихся...

– Знаю. И что ты хочешь этим сказать?

– Обидно и жалко. Терять часть своей жизни, осознавать, что она уходит безвозвратно - обидно и жалко.

– Понимаю. Я ведь почти забыл свое настоящее прошлое, свое настоящее имя, свое настоящее звание.
– Умирающий надолго зашелся кашлем, но вскоре заговорил снова.
– Поэтому ты и пришел ко мне? Хочешь напомнить перед смертью?

– Да, - еле слышно прошептал Мормон.

– Тогда не тяни, - ответил старик, положив усохшую от времени ладонь на предплечье пасынка, как бы подбадривая его.

– Как вам будет угодно, оберштурмфюрер СС Иоганн Штемпфель.

Линия на кардиографе вытянулась в прямую черту...

* * *

Мир был обеспокоен действиями халифата. Сначала исламские страны объединились и вышли из состава ООН, а теперь на их территории к всеобщему ужасу прогремел подземный ядерный взрыв. Впервые за несколько лет состоялась официальная встреча Генерального Секретаря ООН и личного визиря халифа. Визирь выслушал ноту протеста, после чего взял в одну руку пальмовую ветвь в другую - заряженный пистолет и, взмахнув ими, спросил: «Чего вы хотите от нас: мира или войны?»

Не знаем, что скажете вы, но у нас после этого красноречивого жеста сомнений не осталось: Исламский халифат строит «рай под тенью сабель».

Фанатизм - это страшно. Фанатизм - это опасно. Радикалы погружают земли, которыми властвуют, в дикость и мрак Средневековья, что, собственно, и неудивительно: от хиджры нас отделяют всего четырнадцать веков.

А с другой стороны, что можно им противопоставить? Восток силен своим единством, у Халифата есть прочный связующий стержень, а что у нас? Полное падение нравов. Один хрен, западная цивилизация падет, не перед исламским флагом, так перед радужным. Тот факт, что у нас легализованы однополые браки, а у них гомосексуализм карается смертью, позволяет фундаменталистам горделиво раздувать щеки и трубить о своем превосходстве над неверными. Начнут обращать Людей Писания в ислам, только не уговорами, как черным по белому написано в Коране, а огнем и мечом. Вот и трясется мировая общественность, как осиновый лист, в страхе перед мусульманскими радикалами, боится до чертиков и лелеет мысль, что в одно прекрасное утро халифат не додумается объявить зажравшемуся и обленившемуся «золотому миллиарду» газават, сиречь священную войну. Вся надежда вновь, как в сорок первом, на Советский Союз, только на этот раз все серьезно, без закулисных игр. Падет СССР - исламисты получат и территории, и людей, и ресурсы, и уже ничто не помешает им победоносно двинуть дальше. Воистину, История имеет свойство повторяться. Как там? «дураки учатся на своих ошибках, умные - на чужих, а мудрые ошибок не совершают». И мы посмотрим, хватит ли человечеству ума-разума, чтоб не сорваться...

[1] «Табель о рангах»

0 - новобранец, 1 - рядовой, 2 - ефрейтор, 3 - сержант (нижние чины)

4 - хорунжий, 5 - лейтенант, 6 - капитан (младшие офицеры)

7 - старший капитан, 8 - майор, 9 - полковник (старшие офицеры)

[2] Рязанское высшее военно-десантное командное училище

[3] Военная контрразведка милитаристской Японии

[4] Дословно «чистый лист» (франц.), неограниченные полномочия

[5] Спасибо, хорунжий Терасима (яп.)

[6] Расцветка немецкого «взрывного» камуфляжа