Чтение онлайн

– Всех – устало подтвердила она.

– А сами вы?

– Что я? Почему вы подозреваете меня?

– Супруга убитого заявила, что вы были с ним, когда его убили.

– Ой, вот тут-то нет! – категорично и жестко ответила Рита – во-первых я, Аня и Иван провожали Николая. Потом мы проводили Анечку, и рассталась с Иваном в лифте. А вот где была Мария? Вы у нее спрашивали?

– Спрашивали – подтвердил Владимир. Места в комнате не было и ему пришлось стоять в коридорчике. Он облокотился на косяк двери и внимательно изучал Маргариту. Старался заметить фальшь и поймать девушку на вранье. Но… либо девушка с внутренней силой, либо правду говорит. Никак не мог он поймать ее на лжи. Хотя голос несколько раз срывался на нотках обмана. Где же она врет? Что скрывает? А скрывает ли вообще? Может это проявление страха. Владимир понаблюдал-понаблюдал и сделал неутешительные выводы для девушки, что она, скорее любопытна, чем испуганна.

В подтверждение его мыслей Рита искренне полюбопытствовала:

– И…

Полицейский поднял взгляд от бумаг, в которые записывал показания, и ответил:

– Она забыла сумочку в зале и вернулась за ней. Это подтвердили официанты. Они убирали со стола, и нашли сумочку, за которой вернулась хозяйка.

– Ну, допустим – согласилась Рита. – Но вы же понимаете, что я физически не успела бы убить Петра Григорьевича. Я рассталась с Иваном в лифте и шла в свой номер. Минута – две.

– Мы все проверим, не нервничайте.

– Я не нервничаю – опять соврала Рита. Она пыталась не нервничать и настроилась держать себя в руках. Старалась не замечать банальные подозрения, строгий тон и недоверия ко всем, кроме себя. Но заметила, что Кузнецов специально задает ей провокационные вопросы. Была б она убийцей, давно бы раскололась, как хрустальная ваза под прессом.

– Ну, хорошо, отдыхайте – сжалился сотрудник полиции, на секунду включил в себе человека. – Если вы мне понадобитесь, вызову. Отель не покидать.

– Как не покидать? – подскочила Рита.

– А куда вы торопитесь? – опять включился полицейский, выдавив из себя человека.

Рита решила не нарываться на очередную порцию подозрения, присела на край кровати и ответила:

– Мне некуда торопиться. А как долго мне здесь сидеть?

– Я сообщу – неопределенно пообещал Кузнецов.

– Нет уж, – возразила Рита – объясните, почему вы мне не позволяете уехать?

– Я не обязан перед вами отчитываться.

– Даже преступнику зачитывают его права. – Заметив подозрительный взгляд обоих мужчин, она быстро пояснила – а у меня стопроцентное алиби – я была с Аней и Иваном.

– Откуда вы все такие умные беретесь? Все-то вы знаете.

– Сериалы люблю смотреть. Про собаку Мухтара и добрых полицейских.

– А я злой полицейский – честно признался Кузнецов, захлопнул папку с бумагами и пошел к выходу, через плечо кинул – добрых полицейских не бывает, Маргарита. Только Мухтар добрый.

Когда мужчины вышли, Рита побежала следом, заперла дверь на ключ, проверила, качественно ли справилась с замком (вероятно, сказывалось нервное напряжение и близость убийцы), на всякий случай дернула дверь наружу, не открыла и со спокойной душой вернулась в комнату, повалилась на кровать и заснула.

Спала она не крепко, а поверхностно. Все время прислушивалась к звукам и часто просыпалась, то от крика птицы за окном, то от визга тормозов автомобиля, то стука в коридоре, хлопнувшей двери, приглушенных голосов. Все это по отдельности и в купе вместе заставляло крутиться на кровати.

Снился один сон, в котором Мария Филипповна, просто Мария, трясла своего мужа и просила его подняться с пола, а когда он встал, она пичкала его лекарством от кашля, а он доставал из кармана золотой слиток и хвастал, что нашел его. А потом грустно утверждал, что сильно ошибся и падал на пол, на подушку, которая пропала у Риты с кровати.

В полудреме ей казалось, что подушка потерялась, и ее загадочное исчезновение волновало Риту во сне. Она просыпалась, смотрела в темное ночное окно и снова засыпала, и снова досматривала сон. Он, как фильм на паузе, продолжался при нажатии кнопки пульта на стрелочку воспроизведения.

Ближе к утру ее разбудил стук. Рита не сразу поняла его реальность, ей казалось, что уставший мозг продолжает рисовать воображаемую картину. Но звук повторился, и она услышала приглушенный голос Марии:

– Рита, – звала она и стучала в дверь.

Рита подскочила с кровати (надеялась бодро добраться до двери, но оказалось, что тело ее как разбитое корыто, по которому проехался асфальтоукладочный каток). Она, постанывая от нытья в спине, споткнулась обо что-то, в темноте выяснила, что это подушка, но добралась до двери.

– Мария? Что случилось? – открыв, поинтересовалась она, жмурясь от света в коридоре.

– Мне нужен дневник – сообщила девушка, сложив руки в мольбе.

– Какой дневник? – не поняла Рита, ее не совсем проснувшийся мозг рисовал школьный дневник с пятеркой по русскому языку и двойкой по физкультуре. Она потерла лицо и призналась – я не понимаю.

– Мой дневник – нервно сообщила Мария, – меня переселили, а он в номере. В том в первом. Я его там забыла. Мне он нужен. Я боюсь.

– Подожди, Мария, – попросила Рита, подозревая девушку в переборе успокоительного, которое могла дать побочную реакцию (спокойное грозное требование привидевшихся галлюцинаций) и мягко предложила – проходи сюда.

Она пропустила Марию и прошла следом за ней, надеясь, что поспать сегодня ночью еще получится. Главное быстро выяснить у Марии суть вопроса, при возможности его решить, а незваную гостью выпроводить. А самой лечь спать.

Уже несколько ночей в подряд Рита мучилась от духоты, хотя считала себя закаленной крымским климатом. Поэтому удивилась, что ночная жара на Марию не действовала, и одета она не по погоде: коричневый кардиган поверх белой рубашки, темно синие джинсы, на ногах носки и отельные тапочки. Она ежилась и куталась в полы кардигана, шмыгала раскрасневшимся носом и потирала озябшие руки, как будто растирала замерзшие пальцы.

– Мне нужен дневник.

Взмолилась Мария и стала расхаживать по комнате, не замечая препятствия. Рита задумчиво наблюдала, как девушка в очередной раз переступает через подушку, но поднять ее не решалась. Это как нарушить гармонию в моционе. А нарушить привычную дорогу в движении, лишить Марию в движении.

– Хорошо, где он? – потирая нудящие виски, спросила Рита, отвлекаясь от многострадальной подушки.

– Я боюсь туда идти.

– Он в номере, где уби… догадалась Рита остановиться на полуслове – где ты проживала утром?

– Да. Там Петра Григорьевича убили, – напомнила Мария – ты же его видела.

– Да, да – поторопилась Рита с ответом, видя, что молодая вдова собирается пускать слезы, а это могло затянуть время выяснения сути проблемы, ее решения и возвращения в кровать.

– Я боюсь туда идти. Вдруг он и меня убьет.