Чтение онлайн

— Давление? — хриплый голос одного из врачей эхом раздался по всей больнице.

— Низкое, — растерянно выпалила молоденькая медсестричка, стараясь догнать спешащего врача.

— Пульс?

— Слабый, — запыхавшись, отвечает темноволосая и что-то быстро черкает в блокноте, — пациент Карл Галлагер. Сбит машиной, — из последних сил кричала медсестра.

— Я понял. Элизабет, запиши в базу данных и позвони его родителями. Готовьте операционную!

— Хорошо, мистер Вителл, — резко остановившись, ответила молоденькая девушка в белом халате и тут же умчалась обратно к столу регистрации.

Они шли по парку, совершенно не обращая внимания на окружающих. Бил почти не отводил глаз от юной Дарнелл, которая весь путь отстранено смотрела вниз и периодически, по привычке, сжимала тонкие губы.

— Кейт? — тихо окликнул мальчик одноклассницу, заставив ту непонимающе нахмурить брови, — с тобой всё хорошо?

— Ты об этом хотел поговорить? — продолжая отречённо смотреть в пол, спросила Китти.

— Нет, просто ты выглядишь… — он скривил лицо, — нет, ты прекрасно выглядишь, но… — Кейти непонимающе посмотрела на него, — черт, прости, — с явным недовольством ответил Бил и ударил себя по макушке, — я просто хотел сказать, что хочу быть рядом с тобой. Если тебе понадобиться помощь или что-нибудь ещё.

— Мне не нужна помощь, — тихо ответила Кейт и растерянно отвела взгляд в сторону.

Вдруг Бил резко остановился и взял за руку девочку, отчего та невольно вздрогнула.

— Кейти, я хочу, чтобы ты верила мне. Клянусь, я не причиню тебе вреда.

— Отпусти, пожалуйста.

— Кейт, ты мне нравишься. Я серьезно. Ты нравишься мне, — он столкнулся с её неимоверно испуганными карими глазами.

Девочка была напугана и удивлена.

Она до сих пор слышит оскорбления от одноклассников и других балерин. Её всегда обзывали уродиной, занудой, ебанутой дурой. Однажды ей приходилось слышать о том, что она кому-то нравится, но это оказалось не более, чем дурацкий розыгрыш, который научил Кейти тому, что её никто не может любить за просто так.

— Кейти, ты слышишь?

Телефон решил напомнить о себе в самый подходящий момент. Блондинка была впервые благодарна ему за это и ей было абсолютно плевать, если это будет даже отец. Она резко отдергивает руку и вытаскивает мобильный из кармана джинсов. Отправлено с неизвестного номера.

Твой отец повсюду тебя ищет. Приезжай в клуб скорее. Люси.

На её лице не дрогнул ни один мускул. Но сердце начало дрожать, а кожа покрылась мурашками.

— Мне надо идти, — тут же произнесла Кейт, делая шаг назад.

— Я напугал тебя? — нахмурив брови, спросил Бил.

Блондинка отрицательно покачала головой и сжала губы.

— Я не нужна тебе, Бил, пожалуйста, не спрашивай почему, — она хотела многое сказать ему о том, чтобы он ушел, но не могла сделать этого. Все мысли уходили в то самое сообщение, пришедшее ей на телефон. Ведь она вновь сбежала из клуба без его разрешения.

— Кейти, пожалуйста, постой. Выслушай меня.

— Пожалуйста, не надо, — произнесла тихо Дарнелл и кинулась в бегство.

— Мистер Галлагер, прошу, сохраняйте спокойствие и перестаньте курить. Здесь нельзя, — как можно более тактично произнесла медсестра.

Лип был сам не свой. Ходил из стороны в сторону и «съедал» сигареты одну за другой. У него потели руки, а глаза пытались найти невидимую точку в полу. Он в больнице уже третий час, а о его брате нет никаких вестей. Фиона ещё не в курсе, и Лип не решается ей звонить до тех пор, пока не закончат операцию.

— Мистер Галлагер?

— Да, мне поебать, — грубо рявкнул Лип и резко уселся на скамейку рядом с палатой.

Медсестра приняла неуклюжую позу и поправила свои маленькие очки.

— Мистер Галлагер, пожалуйста, иначе вам придется покинуть помещение, — писклявым голоском вновь произнесла девушка.

Лип кинул на неё раздраженный взгляд и выкинул сигарету в урну, выпуская последний клуб дыма.

— Сколько по времени идёт операция? — поинтересовался Лип, сжимая руки вместе и опуская голову в пол.

— От пяти до десяти часов, — с неким сожалением ответила медсестра, — Мистер Галлагер, вам надо отдохнуть. Идите домой, поспите. Мы позвоним вам, когда Карл придет в себя.

— А может, я сам, блять, решу, что мне делать? — выпалил парень и сжал голову руками.

— Кейт, где ты была вчера? Я не могла тебя найти, — с беспокойством в глазах произнесла Люси и подбежала к девочке, чтобы обнять.

Девочка немного удивилась, увидев Люси такой… Одетой. И без привычного грима на лице. Она была совсем другим человеком, каким невозможно её представить во время ночного танца. Блондинка провела коллегу через пустой зал, который, опять же, выглядел иначе без ярких фонарей и безбашенных людей внутри.

— Где он? — шепотом спросила Кейти, обеспокоенно оглядываясь.

— Он у Найка. Я сказала твоему отцу, что ты в школе, — успокоила её девушка и подошла к своему зеркалу. — Ну так что, не хочешь рассказать, куда ты вчера пропала?

— Я… Не помню, — дотронувшись до виска пальчиком, ответила Кейти.

— Ты что, бухала? — нахмурив брови, спросила блондинка.

Балерина чувствовала стыд, когда туманные образы ночи всплыли в её голове. В ответ на вопрос девушки она лишь кивнула.

— Будь аккуратнее с этим, хорошо?

— Хорошо, — кивнула Кейт.

— Знаешь, когда я была где-то в твоем возрасте Найк давал мне наркоту, чтобы я легче общалась с клиентами, — сжав губы и опустив глаза, говорит Люси, — и один раз он увеличил дозу, и я совершенно не могла себя контролировать. Меня в тот день изнасиловала целая банда охранников. Поэтому, будь осторожнее с этим, ладно? Не бери больше ничего у Найка.

Кейти испуганно кивнула.

— Уже вернулась, мелкая? — противный голос отца со стороны двери заставил Кейт неожиданно вздрогнуть и обернуться. — Иди сюда.

Девочка проглотила скопившуюся во рту жидкость и медленным шагом подошла к двери, где уже ждал её отец. Он выглядел очень опрятно и ухожено, что говорило о том, что, скорее всего, сегодня у него работа, но Кейти это никак не успокаивало, ведь она знает, что это не помешает ему её ударить.

Он специально вывел её в коридор, чтобы Люси не слышала их разговора.

— Где твоя мать? — сурово посмотрев на дочь, спросил он.

— Я не знаю, — дрожащим голосом выпалила девочка.

— Китти, ты же знаешь, что мне сейчас не охота выбивать из тебя дурь, — сжав руки в кулаки, проговорил отец как можно более спокойно.