Чтение онлайн

Впрочем, монах Мелетий, живший в Византии в восьмом-девятом веке, писал в своём трактате On the Nature of Man, что способность говорить "лежит" в третьем желудочке мозга. И о том, что о повреждениях мозга можно судить по типу речевых расстройств индивида.

В тринадцатом веке, Бартоломей Англичанин описал артрит рук (боль в пальцах и суставах, сопровождающаяся распуханием болезненных мест), который он отделил от артрита ног. Артрит ног он назвал подагрой. По мнению Бартоломея Англичанина, артрит развивался как в силу возрастного фактора, так и в зависимости от района проживания больного.

В четырнадцатом веке, Джон из Гаддесдена в своей Rosa Medicinae различил три вида артритных симптомов: в головках бёдер, в связках ног, и в руках и пальцах. В общем-то, причинами всего этого он назвал именно то, что современная медицина относит к причинам подагрических проблем: неподходящая и обильная пища и неумеренность в образе жизни. Собственно, и другие артриты современная медицина рекомендует регулировать питанием, так что выводы Джона из Гаддесдена достаточно коррелируют с ситуацией на сегодняшний день. Что может говорить как и о проницательности автора Rosa Medicinae, так и о том, что медицина до сих пор беспомощна перед артритом.

Невероятно интересно описание случая одного паралича, сделанное в Солерно. Речь идёт о параличе лица, случившегося у одной дамы, крепко заснувшей после принятия горячей ванны. Даму вылечили. Не вполне понятно, чем, потому что применяли всё, от промывки кишечника до таблеток неизвестного читателю состава. Очевидно, речь идёт о так называемом "параличе пьяниц". Он до сих пор случается с теми, кто, после обильных возлияний, имеет неосторожность заснуть на руке или лицом вниз. Иногда этот паралич отходит, иногда - уже нет, если кровообращение было нарушено в течение долгих часов. То ли дама назюзюкалась в ванне, то ли это был эффект эфирных масел в горячей воде, но ей определённо повезло, что паралич удалось снять.

Различные типы параличей описывал и Джон из Гаддесдена, в своей Rosa Medicinae. "Иногда поражается вся половина тела, от пятки до макушки, с нарушением речи, и это называется основной паралич. Иногда это поражает одну ногу, или даже один палец, и тогда это называется частичный паралич". Причинами паралича назывались падения, пережатие нервов, повреждение нервов, сильный ужас, припадок ярости, переохлаждение, износ нерва.

Спазм отделяли от паралича в отдельную патологию. Ги де Шолиак, рассуждая о параличе и спазме, находя главное отличие именно в прогнозах. В обоих случаях, тело теряет рабочее состояние, но в случае спазма, всегда есть надежда, что ситуация внезапно изменится.

_______________

Расстройства речи изучал в середине двенадцатого века Уильям из Сен-Тьерри (1075-1153). В трактате On the Nature of the Body and the Soul он делает предположение, что, хотя голос и является физической функцией, речь является функцией психической. Соответственно, голос не является необходимой составляющей для общения, которое может проходить при помощи знаков или переписки. То есть, патологии немоты в данном случае нет. Но вот если человек, лишённый способности говорить, не в состоянии выразить себя ни через письмо, ни через жесты, в этом случае индивида можно классифицировать как немого.

Хирургический текст (известный как "Bamberg Surgery") из Салерно, также от середины двенадцатого века, утверждает, что травма твёрдой оболочки мозга может привести к девиациям в цвете языка, а травма мягкой оболочки мозга - к потере голоса.

Ги де Шолиак тоже изучал речевые расстройства, и перечислил следующие их причины: паралич или спазм языка, язвенные повреждение языка, а также гуморальные расстройства, т.е. избыток "жидкости" в нервах. Такие выводы он сделал, наблюдая заикающихся детей, у которых часто наблюдалось неконтролируемое слюнотечение. Де Шолиак также отметил, что и заикание, и слюнотечение зачастую проходят у детей сами по себе, по мере взросления.

И вот ровно на этом месте надо немного подробнее разобраться в гуморальной теории, которая объясняет пристрастие средневековой медицины к венесекции, кровопусканию. Венесекцией пытались лечить "обструкцию крови", которая, по какой-то причине, перестала доставлять к поражённому органу или участку тела питательные вещества. То есть, логика была такой, что если выпустить "плохую кровь", застойную, то кровообращение пополнится новой, здоровой кровью.

Для тех, кто не помнит о том, что такое гуморальная теория. Но, наверное, все помнят, хотя бы в общих чертах, потому что на этой теории считает своим долгом оттоптаться практически каждый, кто ищет аргументы о темноте Средневековья. На самом же деле, теория эта куда как старше. Никто толком и не знает, насколько она стара, но учение о влиянии телесных жидкостей на темперамент человека и его здоровье уже было, когда создавалась аюрведическая система медицины, когда Древний Египет переживал свою лучшую эпоху, её взял на вооружение Гиппократ, и она учитывалась в Европе до самого девятнадцатого века. Потом о ней перестали говорить. Вслух.

Итак, собственно жидкости: чёрная желчь, жёлтая желчь, кровь и "слизь" (лимфа?). С кровью и лимфой всё понятно, но как быть с "чёрной" желчью? О чём это вообще? Есть догадка, высказанная одним шведским учёным с непроизносимым именем, в 1920-х, что ни кровь сама по себе, ни желчь, ни лимфа здесь вообще не при чём, а речь идёт об образовании серума. Именно он-то и назывался жёлтой желчью. А тёмный осадок, свернувшаяся кровь на дне пробирки - чёрной желчью. Несвернувшиеся эритроциты - кровь, а слой белых клеток - та самая "слизь", она же "флегма". То есть, мы говорим об анализе B-La, при помощи которого по сей день выявляются наличия воспалительных процессов. И таки да, при воспалении слой выпавших в осадок эритроцитов будет выше. То есть, будет наблюдаться "избыток чёрной желчи".

Каждому типу жидкости соответствует свой элемент: земле - чёрная желчь, огню - жёлтая, воде - "флегма", а в крови присутствуют все четыре элемента (огонь, вода, земля и воздух). Если бы все составляющие элементы находились бы в человеческом теле в равновесии, человек был бы идеально здоров. Собственно, именно этого от нас и требуют современнейшие теории официальной диетологии. Сбалансированное питание. Кто сказал, что гуморальная теория умерла?

Сейчас мы вернёмся к Средневековью, но я хочу напомнить одно замечание, высказанное Аннетт Карсон по другому поводу и в другом месте, но необычайно уместное и в данном случае. Поскольку большинство медицинских текстов дошли до нас не в их оригинальной латыни, а в средневековых переводах, то современный читатель подвергается двойному искажению восприятия. Переводчик четырнадцатого и пятнадцатого века не мог не вкладывать в переводимое современное ему понимание определённых терминов. А мы далеко не всегда понимаем значение терминов в средневековых текстах, потому что для этого нужно иметь особое образование. Настолько особое, что по Европе таких специалистов не так много.

Таким образом, если текст века от шестого-седьмого, переведённый на современный английский, выглядит в глазах современного читателя дикой чушью, то вряд ли он чушью является на самом деле. Мы просто не в состоянии понять, что именно писал автор текста. Потому что любой из этих авторов не был ни суеверным идиотом, списывающим всё на Бога и Дьявола, ни наивным недоучкой, потому что работа с текстами, которые они штудировали, требовала неслабого объёма академических знаний и практических наблюдений.

Я уже не говорю о таком нюансе, как аудитория, для которой эти талмуды писались. Интеллектуальная элита, обладающая определённым эксклюзивным знанием, и желающая этот эксклюзив сохранить для "своих". В качестве живого примера могу сказать, что при нынешнем обучении медсестёр, например, даются только весьма ограниченные сведения о признаках и методах лечения самых распространённых болезней. Фельдшеру рассказывают уже больше, но с уровнем знаний, которые даются при обучении врачу, всё это даже приблизительно несравнимо. То же самое было, смею предположить, и полторы тысячи лет назад. Определённые обороты и названия имели смысл только "для своих", чтобы слишком любознательные (которых, наверняка, хватало) не могли потеснить признанные авторитеты и великие умы.