Инверсия за тридевять парсеков
Шрифт:
Даже азотный душ не возымел бы такого эффекта.
– Берегись!!! – дурным голосом завизжал Фок, срываясь вперед.
Если бы кто-то спросил, о чем он в тот момент думал, Фок бы не смог ответить. Оказывается, бывают ситуации, когда в голове не остается ничего, кроме одной-единственной цели.
Уже потом, по ощущениям – через год, Фок сообразил, что валить вооруженного брата на пол – не самая хорошая идея. Остальное дообъяснял капитан.
– Что, очухался, придурок? А теперь слушай сюда…
Фок с задержкой сообразил, что рубка куда-то подевалась, и лежит он сейчас в другом помещении, длиной в пять-шесть Сережиных шагов. Тот как раз его измерял, нервно мечась от стены к стене.
– Герой хренов! Весь в папашу! День насмарку без добрых дел! Да что с вами не так, с обоими?
Фок попробовал сесть, но под ребром стрельнуло так, что обратно пришлось совсем не героически рухнуть.
– Я вас просил, что ли, меня спасать? Может, в ногах валялся, умоляя сдохнуть за меня? Что вы лезете-то, не спросив?! Идиоты!
– Сережа, – слабо взмолился Фок, – а нельзя ли с начала? Я ничегошеньки не понял.
Капитан прекратил орать, зыркнул грозно и прошипел:
– Не надо меня спасать. Никогда! Ни от чего! Понятно или повторить?
– Понятно, – недоуменно согласился Фок, про себя представляя место, в котором видел такие указания. Сергей рехнулся, если допускает хоть на секундочку, что Фок послушается. Ага, его убивать будут, а Фок смотреть. Отлично придумал!
Видимо, выражение лица его выдало. Сергей устало вздохнул и плюхнулся рядом на койку, не особо заботясь о комфорте раненого.
– Слушай, мне совсем не нужна девятая тень. Сомневаюсь, что выдержу еще одну, а если ты из-за меня погибнешь, она точно объявится. Поэтому очень прошу – ну не лезь ты меня выручать! От твоего дурацкого благородства будет только хуже!
Фок снова попытался сесть, от возмущения даже забыв про боль, но она мигом о себе напомнила. Сергей одной рукой уложил его обратно, так укоризненно при этом глядя, что против воли стало стыдно. Но сдаваться так просто Фок не собирался.
– У Фриама меч был! Он подобрал, а ты не заметил! Он тебя убить мог! Что я должен был делать, в сторонке стоять?
– Ты-то, конечно, смог бы его остановить, – горько усмехнулся Сергей. – Фок, он по мне попал. Как раз в тот момент, когда я отвлекся, чтобы тебя, балбеса, не прирезать!
– Попал?! – Фок, забывшись, подскочил и снова скорчился. Черт, его напополам разрубили, что ли, почему так больно?
– Ага, прямо по горлу. Незабываемые впечатления, скажу тебе.
– Издеваешься?
Никаких видимых повреждений у брата не было, и Фок заподозрил, что Фриам на самом деле прикончил их обоих. И если чудесное выздоровление смертельно раненого капитана для того света было нормой, то собственная вечность с дырой в боку его как-то не устраивала.
– Насквозь прошло, – пояснил Сергей. – Круто, правда?
– Ничего крутого!
– Брось, он просто объяснил, что я не прав. Или на «немощного» обиделся, как думаешь?
Фок много о чем думал. К примеру, о том, что позволять подобному существу свободно разгуливать по кораблю может только полный псих. Или что, возможно, наступило время все-таки прислушаться к мнению большинства. О том, как глупо грезить каким-то заповедником в их нынешней ситуации. Кому можно доверять, а кому нет, что делать, а что трижды обдумать…
Но, пока выбирал, что ответить, упустил момент.
– Капитан! – взволнованный голос Армады заставил вкинуть головы обоих. – В секторе зафиксирован прорыв туннеля, «Роксиль», класс «С», по базам не пробивается, вооружены. Похоже, пираты. Кинуть им приманку?
– Конечно кидай! – непомерно обрадовался Сергей, прочистил горло и скомандовал громкую связь. – Всем внимание! Ожидается горячее свидание с вражеским кораблем! Желающих поучаствовать жду в ангаре через… Армада?
– Три пушки, кэп. Расстояние семь и четыре.
– Через десять минут! Армада, щиты поднять, жди меня! Фок, лечь! Живо!
– Но…
Сергей на бегу показал ему кулак и скрылся за дверью. Фок возмущенно фыркнул вслед и откинулся на подушку. Единственное развлечение за два месяца – и то придется пропустить! Вот не мог этот «Роксиль» завтра притащиться?
***
От ранения Фок оправился уже к вечеру. Несколько циклов в регмодуле наградили его брутальным косым шрамом на боку, но просить обученного медика настроить правильную скорость сращивания тканей он не стал. Во-первых, хотелось побыстрее прийти в норму, а во-вторых, обученным медиком был Фриам.
Разумеется, налет к тому времени уже закончился. Это только в сказках ряженные в рюшки капитаны долго расшаркиваются друг перед другом и чинно стреляют по очереди, не забывая справиться о здоровьишке противника. В реальности никаких правил не существовало вовсе, исход боя зачастую решал один-единственный выстрел, а победу праздновал тот, кто просто первым успел.
Наемники гудели, как потревоженные зиффы, обсуждая долгожданное развлечение. Фок погрел уши тут и там, выясняя подробности боя, и даже выдурил у Поля какую-то трофейную цацку. Ничего ценного – так, памятная безделушка. Похоже, добыча «Роксилю» тоже давно не попадалась. В таких пустынных секторах водились только пираты да трупы кораблей, которым не повезло с ними столкнуться, и первых было явно больше.
«Роксиль» был одного класса с «Армадой», а в битве равных синтетическая душа в энерпульте давала беспрецедентное преимущество. «Армада» сделала четыре выстрела: по одному на каждую пушку и двигатель, после чего к застрявшему на месте и обезоруженному кораблику направились шаттлы с наемниками, во главе с самим капитаном. Вражескую команду такое положение дел ожидаемо не устроило, и они до последнего огрызались, но… флиберийцев у них тоже не было.
Стыковка заняла больше времени, чем сам бой: «Роксиль» оказался крупнее «Армады», тут по-быстрому в ангар не затянешь. Удаленный контроль в столь точном деле тоже не помог бы, да и двигать «Роксиль» одним уцелевшим маневровым было тяжело. Обычно в таких случаях Сергею помогала Людочка, но ждать ее возвращения никто, разумеется, не собирался.
Капитан позволил наемникам потрошить «Роксиль» в свое удовольствие. Особой ценности мертвый корабль не представлял, зато в качестве развлечения сошел на ура. Разграбление плавно переросло в праздничную попойку, к которой даже капитан в конце концов присоединился.
Фока тоже звали, но он не пошел, отчасти из-за неважного самочувствия, но больше потому, что не хотел натыкаться там на мертвых. Пусть «Роксиль» сперва отмоют, еще будет время осмотреть корабль.
Шрам противно ныл и зудел внутри, там, где не достать. На кровать Фок лег с трудом, дергаясь от фантомных болей. После регмодуля часто так: кажется, что рубец еле держится и в любой момент может разойтись. Вылечить рану легко, но попробуй-ка убеди организм, что с ним уже все в порядке.