Чтение онлайн

— В общем, — вздохнул он, — есть компромат, который нам определённо поможет. Но добраться туда будет не очень просто. Я бы сказал, крайне тяжело.

— Почему же? — нахмурился я.

— Потому что место, в котором спрятаны документы, сейчас принадлежит Загорским. Это главное здание их компании в Тунгусе.

?-?----??----?-?

г. Тунгус, городская больница.

— Здравствуйте, Ваше Сиятельство.

— Да, да, добрый день, Яков Станиславович.

— Вас что-то беспокоит? Тогда прошу извинить, но я принимаю только по записи и в определённые часы…

— Нет, нет, нет. Я по другому делу, очень важному.

— Тогда излагайте.

Азуми предупредила Якова Станиславовича, что в больницу придёт человек от Загорских. Но что сюда явится сам Константин Лазаревич Гроздин, считай, правая рука княжны, он явно не ожидал.

— Я хочу навестить одного пациента. Василий Петрович, помните такого?

— Да, да, конечно, — кивнул Яков Станиславович. — Но позвольте спросить, а зачем он вам? Насколько я знаю, вы не состоите с ним в родственных отношениях.

— Да, это так, — Гроздин выглядел нервно. Кажется, ему приходилось сдерживаться, чтобы не отпихнуть доктора в сторону. — Но Василий Петрович, можно сказать, мой ближайший коллега. Обе наши компании выполняют очень важную роль, обеспечивая магией весь Тунгус. А в дальнейшем почти всю Сибирь. Её Сиятельство Елизавета Аркадьевна обеспокоена состоянием этого человека.

Ага, обеспокоена, подумал про себя Яков Станиславович. Обеспокоена, как бы состояние не улучшилось.

— Поэтому, — продолжал Гроздин, — я уполномочен выяснить, какова текущая ситуация. И прошу также предоставить его историю болезни.

— Но позвольте, зачем?

— Дело в том… — процедил Гроздин, ему явно приходилось прилагать усилия, чтобы держать себя в руках, — что Елизавета Аркадьевна готова оказать посильную помощь Василию Петровичу. У рода Загорских есть определённые ресурсы и связи. При наличии полных данных о болезни Василия Петровича, возможно, мы сможем подобрать ему лечение или раздобыть необходимое оборудование.

— И всё же не понимаю вашего беспокойства, — нахмурился Яков Станиславович. — Как вы, думаю, знаете, у нас в больнице проходит временную практику маг-целитель, графиня Азуми Разина.

— Да, я слышал. Только вот она ничего не смогла сделать.

— В мастерстве госпожи Разиной сомневаться не стоит.

— Без сомнений, — Гроздин аж оскалился, сжав кулаки от нетерпения. Доктор на мгновение действительно испугался, что ему вот-вот прилетит по зубам. — Однако стоит заметить, что в империи есть и другие маги-целители. Которые обладают куда большим мастерством, чем графиня Разина.

— Ну что ж, — кивнул Яков Станиславович, изображая сдачу позиций, — тогда не смею вас задерживать. Пройдёмте.

И вскоре они вошли в палату. Граф Гроздин с сомнением подошёл к койке, нахмурился и тихо, будто боясь разбудить пациента, сказал:

— Выглядит как будто уже умер.

Серая кожа обвисла на тощем теле. Раньше Василий Петрович был довольно упитанным мужчиной, но теперь он выглядел как полупустой мешок.

Гроздин подмечал действие яда, который подмешал в любимые папиросы Василия Петровича. Это был редкий яд и довольно дорогой. Назывался он «Трава Аросбиса». Этот яд был примечателен тем, что он действовал не сразу, но вызывал привыкание, словно наркотик. Он рос в только в определённом месте Африки.

Местные племена использовали эту траву, чтобы «общаться» с духами предков, как они уверяли. Собственно, для их шаманов действие травы не было таким губительным. Тем более что все они были магами. А вот для обычных людей…

Прочих ждала участь этого вот серого, почти сдохшего любителя покурить дорогие кубинские сигары. Которые он наверняка зажигал всё чаще в последние пару месяцев.

Гроздин едва сдержал ухмылку, но вместо неё состроил печальную гримасу и тихо проговорил:

— Похоже, у нас очень мало времени.

— Да, это так, — вздохнул Яков Станиславович. — Как скоро мне ожидать запрос от рода Загорских?

— Ах да, дело вот в чём… — Гроздин повернулся к доктору лицом и пристально на него посмотрел: — Официальный запрос запустит неповоротливую машину бюрократии, и мы потеряем драгоценное время. Будьте так добры, не могли бы вы дать мне все необходимые документы…

— Неофициально? — продолжил за него Яков Станиславович.

— Да, именно так. Официальный запрос можете прислать попозже. Я же пока отправлю всё госпоже Загорской, и мы постараемся помочь Василию Петровичу как можно скорее.

Яков Станиславович сделал вид, что сомневается. Якобы в нем боролись чувство долга врача, обязанного спасти даже такого сложного пациента, и человека, находящегося в системе, ведь отдать постороннему историю болезни пациента — довольно серьёзное преступление.

Хорошо, что у Василия Петровича были две истории болезни.

— Да, да, Константин Лазаревич, я согласен. Единственное, мне понадобится время.

— Конечно, понимаю, доктор. До завтра времени хватит? Я пришлю своего человека, ему всё и передайте. Хорошо?

— Договорились.

Они обменялись рукопожатиями, и граф, скинув камень с души, покинул больницу.

?-?----??----?-?

Город Тунгус, городская больница, палата Василия Петровича, тридцатью минутами позже.

Азуми провела руками вдоль тела Василия Петровича, и тот на глазах начал приобретать нормальный, здоровый оттенок кожи. Он резко вздохнул:

— Х-ха-а-а-а!.. Азуми, что это было? — проговорил он тяжёлым хрипом, немного восстановив дыхание. — Я будто ящик водки в одно рыло выжрал и заработал самое тяжёлое похмелье за всю свою жизнь!

Закончив первый этап пробуждения, Азуми коснулась его лба, и тут лицо Василия Петровича разгладилось в облегчении. Он даже улыбнулся.

— Вот теперь хорошо. Спасибо, Азуми… Ну, теперь я знаю, у кого в гостях можно не ограничивать себя в алкоголе, хех!

— Нет уж, — серьёзным тоном проговорила Азуми. — Я не использую магию ради таких забав, Василий Петрович. Так что если вы заявитесь к Игорю с целью нажраться, то утром будете справляться с последствиями без моего участия.

— Эх, понял, понял… — вздохнул Петрович. — Один почти не пьёт. А другая от похмелья отказывается лечить. — Он сделал небольшую паузу, после чего добавил: — Спасибо тебе.