Чтение онлайн

Но затем, путём анализа и обсуждений, они поняли, в чём скрывается сущность этого ублюдка.

Иллюзии. Очень редкий дар. По словам Соколова, он чуть ли не реже встречается, чем дар мага-целителя.

Однако в магии иллюзий была одна особенность — источник иллюзии заключался в чём-то конкретном, в каком-то ощущении. Это могло быть обоняние, зрение, слух, даже осязание.

И Бат с Батаром первым делом должны были выяснить, в чём источник магии Стилета.

Однако, чтобы это узнать, нужно продержаться достаточно долго. Поэтому почти всё тренировочное время Соколов обучал монголов интуиции, боевому чутью.

Братья-близнецы думали, что у них достаточно развитое чутьё, и тренировки пройдут легко… Но они ошибались.

Таких трындюлей они не получали очень давно!

Обоняние они уже проверили — в ноздрях были затычки.

Осязание…. Ну, Бат уже дважды принял удар Стилета на себя, причём специально отключил щиты. Однако никаких изменений по сравнению со своим братом не почувствовал, они оба видели одно и то же. Если бы источник иллюзий заключался в этом, они с Батаром по-разному реагировали бы на угрозу.

Слух? Что ж, это будет сложнее.

Монголы, конечно, ориентировались на запах, но в меньшей степени. А вот лишишь себя слуха, и велика опасность дезориентации даже после чудовищных тренировок Соколова.

Но хорошо, что братьев двое!

Поэтому Батар заглушил свои уши с помощью функций в шлеме, и они снова столкнулись в обмене ударами.

Не помогло.

Стилет появлялся и исчезал, запутывал ложными ударами. Он даже растворялся прямо у них перед глазами в воздухе. И только натренированное чутьё помогало Бату и Батару уцелеть.

Вот только одно плохо — они никак не могли даже достать этого гадёныша.

Единственное попадание по касательной почти ничего не значило, слишком мало урона оно нанесло.

Если так дальше будет продолжаться, битва снова закончится разгромом.

— Вы гадаете, на чём основана моя иллюзия, верно? — вдруг ошарашил их Стилет, появившись снова перед примерно в пятнадцати метра. Не так близко, чтобы можно было атаковать, но и не слишком далеко, чтобы близнецы не расслаблялись.

Да к тому же он вообще мог находиться сейчас на самом деле в совершенно другом месте.

— Да, вижу, что пытаетесь, — хмыкнул Стилет. — Не напрягайтесь. Я вам дам подсказку… Чтобы избавиться от моей иллюзии, вам нужно быть слепым, немым, глухим, не дышать и не касаться меня. Вы, ребятки, даже не подозреваете, с кем связались!

?-?----??----?-?

Мамору был очень рад видеть своего старого соперника, хоть и в таком странном виде. Армейская боевая форма смотрелась очень странно на старом самурае.

— Негоже самураю надевать на себя подобный доспех, — ухмыльнулся он, решив немного пошутить.

— Негоже самураю попадать в такие ловушки, — парировал Гораму.

И тут же им пришлось отвлечься на выпад Аштара, который вдруг появился рядом и тут же исчез, вызвав новую череду взрывов.

Боевой строй самураев и ГБРовцев, однако, не распался. Они выдержали натиск и вновь сомкнули ряды.

— Чему вас там научил этот граф Соколов? — прорычал Мамору, не сводя глаз с линии фронта, которую он держал под контролем. — Лучше поскорее показывай. Наши силы на пределе.

— Он не любит сражаться с «шустряками», как он их называет, — ответил Гораму.

— То есть?

— То есть он научил нас убивать их быстрее, чем они двигаются. Но это будет опасно. Ты готов рискнуть жизнью, мой старый враг?

— Я ничем не рискую, — пожал плечами Мамору. — Если мне суждено погибнуть, этого не миновать.

— Ты не мог дойти до такой мудрости, когда мы с тобой сражались, а?! Глядишь, у меня было бы на пару шрамов меньше.

— Ты неверно трактуешь…

Мамору не сразу понял, что это была шутка, но ответить Гураму всё равно не дали — Аштар снова атаковал. Причём, казалось, всех одновременно!

Два коротких изогнутых клинка мелькали в воздухе, а мелкие точечные взрывы заставили нескольких бойцов отпрянуть и открыть брешь в строю.

Они едва не получили сокрушительный удар, но быстро закрыли дыры в обороне, и снова наступила тишина.

На самом деле удивление Мамору было не беспричинным. Гораму никогда не шутил на его памяти. И это не связано с тем, что большую часть жизни они были врагами, просто таков уж был человек.

Что, демоны его раздери, с ним сделал граф Соколов?!

— Мамору, — с полной серьёзностью в голосе окликнул Гораму. — Помнишь нашу битву в ущелье Итидзё?

Мамору кивнул. Воспоминания были не очень приятные. Тогда две группы самураев Такеда и Нагао встретились совершенно случайно. Но они были в состоянии войны, и поэтому пришлось сражаться.

— Помню. Очень хорошо помню, — мрачно ответил Мамору. — Но неужели ты…

— Да, именно. Готов?

— Готов.

— Тогда начинаем. Прямо сейчас.

?-?----??----?-?

— Как ты смеешь стоять у меня на пути?!

Удар громадным кулаком сносил магические щиты и не замечал даже остроты клинка.

Такое изменение тела с помощью магии — особая техника рода Понятовских, которой, по слухам, владел сам Матеуш Завоеватель. Болеслав был единственным из потомков, кому удалось освоить её. И само его тело превратилось в доспех и оружие одновременно.

Но Стефану каким-то чудом удавалось держаться всё это время.

— Послушайте, Ваша Милость, я!..

— Заткнись! Сдохни!

Новый удар сотряс сам воздух. Дрожь такой мощной волной прокатила по телу, что Стефан едва удержался на ногах.

Но он не мог не заметить, что в Великом Князе произошли какие-то изменения. Он будто опьянел или находился под дурманом. Стефан просто не узнавал своего господина.

— Прошу вас, дайте мне объясниться! — рычал сквозь зубы барон.

Но Болеслав не остановился. Вместо этого он с ещё большей яростью начал наносить град ударов, словно хотел избавиться от надоевшей, жужжащей вокруг мухи. Великий князь рычал, кричал, едва не исходил пеной, пытаясь убить своего подданного.

И только когда первый запал иссяк, и ему наконец-то потребовалось немного передохнуть, Болеслав остановился. А Стефан, едва не падая, всё-таки поднялся на ноги и взобрался на край образовавшейся воронки.