Чтение онлайн

Маленький отряд облаченных в белое всадников медленно едет на восток. Все молчат, лишь раненый страж стонет на крутых спусках, подъемах и поворотах.

– Это работа не для кузнеца, – ворчит Ваос, спускаясь по склону с полной корзинкой травы.

– Точно, – добродушно соглашается Доррин. – Но она приносит деньги. А ты хочешь, чтобы я разжег горн ради работы с грудой лома?

– Мы же не крестьяне, чтобы ковыряться в земле, – гнет свое подмастерье.

– Кузнецу много чем приходится заниматься, – откликается Доррин, разрыхляя грядку с маленькими лунками для саженцев, которые он пестовал всю зиму и холодную весну. Хочется верить, что они быстро пойдут в рост.

Ваос, сваливая зелень на кучу навоза, продолжает ворчать. Доррин начинает помещать саженцы в лунки.

– Бери-ка ведра – и за водой! – командует он Ваосу.

– Я не хочу превращаться в крестьянина, это не по мне...

– И не по мне, – говорит Доррин. – Но я люблю поесть, да и ты тоже.

– Работать с железным ломом – и то легче.

– Вот и займемся этим, когда стемнеет.

– Тьма... Мастер Доррин, разве можно никогда не отдыхать?

Подхватив ведра, Ваос уныло плетется к трубе, проложенной Доррином к грядкам от домашнего водопровода.

– Хорошо еще, что не надо взбираться к пруду.

– Смотри, поливай грядки аккуратно, почву не смой. А потом приберись и жди меня в кузнице.

Доррин направляется к кузнице, где надевает кожаный фартук и засыпает в горн уголь.

Асаваху требуется починить плуг, лемех которого мало того что износился и проржавел, так еще и обломался о попавшийся в земле камень. Вообще-то Доррин плугами не занимается, однако Асавах здорово помог ему при постройке дома, так что не выручить его юноша просто не может. А плуг тому нужен позарез, чем скорее, тем лучше.

Достав необходимые инструменты кузнец находит и кладет на наковальню металлическую пластину – остаток заготовки для щита.

Ваос заходит в кузницу и смотрит на железный лист.

– Мне можно будет постучать молотом?

– Посмотрим. Сначала надо починить лемех для Асаваха, а потом будем волочить проволоку для Брида.

– А что, эти штуковины с проволокой работают? – спрашивает Ваос, налегая на рычаг горна.

– Кадара говорит, что работают, – отвечает Доррин, отправляя пластину в горн с помощью самых тяжелых щипцов. – Может, и не так хорошо, как хотелось бы, но толк от них есть.

– А можешь ты сковать что-нибудь еще?

– Сковать-то можно что угодно. Сложнее уяснить, что нужно ковать, – бормочет Доррин, подправляя в огне тяжелую пластину.

– Вот они! – кричит командир.

Спидларский отряд, увидев впереди зеленые знамена Кертиса, останавливает коней, быстро перестраивается и отступает.

Командир авангарда армии Кертиса внимательно присматривается к лощине, лежащей между двумя начавшими зеленеть холмами, но не замечает ничего подозрительного. Вдоль левой стороны дороги тянется низкая, местами обвалившаяся каменная ограда. Другая сторона дороги пуста, лишь в самом узком ее месте, напротив стены растут два дерева. Почки на них набухли, но листья еще не распустились, так что укрыть в кроне стрелков невозможно.

Убедившись, что спидларцы удирают, не оставив прикрытия, командир решает пуститься в погоню:

– Вперед, ребята! Догоним этих ублюдков!

Солдат охватывает азарт, и хотя командир стремится сохранить строй, часть бойцов переходит на галоп и вырывается вперед.

Неожиданно скачущий впереди всадник нелепо взмахивает руками и... разваливается пополам. Из обрубков тела фонтаном бьет кровь. Двое других бойцов пытаются развернуть коней, но еще один всадник падает вместе с лошадью. Скакавшие позади налетают на упавших и тоже падают. Горловина неожиданно заполняется мертвыми телами. Потом на дорогу обрушивается дождь стрел.

Кертанский командир, ухитрившийся-таки задержать и вывести из-под обстрела около полувзвода, скачет вверх по склону и с вершины холма видит спидларцев. Они вернулись и во главе со своим предводителем, светловолосым богатырем, несутся к перевалу.

Уцелевшие кертанцы разворачивают коней и во весь опор мчатся к своему лагерю.

Вставив поршень на место, Доррин подсыпает в горн древесного угля, подправляет патрубок и легонько подкачивает меха, после чего наливает в паровой котел воды и прилаживает на место зажимы клапана. Специально изготовленные крепления позволяют ему поместить котел прямо над горном.

Юноша налегает на меха, но хотя просачивающаяся из-под клапана струйка пара указывает на то, что давление внутри котла повысилось, ни шатун, ни соединенный с ним колесный механизм в движение не приходят. С помощью тонких щипцов Доррин приподнимает поршень, и тот начинает двигаться, но, проделав с пыхтением два цикла, замирает снова.

– Тьма!

Доррин рывком убирает паровой котел с горна, полагая, что в устройстве, уже в который раз, заело отводной клапан. Проще всего было бы сделать клапан большего размера, но эта машина представляет собой опытный образец, а он не может позволить себе расходовать много дорогостоящего металла на опыты, которые еще неизвестно к чему приведут.

Пока котел охлаждается, он прощупывает чувствами поршневой механизм, выискивая неполадки. Вроде бы все сделано как надо и по расчетам должно работать, но на деле получается иначе.

Юноша утирает лоб. Двери кузницы открыты нараспашку, но внутри душно... и что-то давит.

Резко обернувшись, Доррин – так во всяком случае ему кажется, – успевает заметить возле бака с водой человеческую фигуру. Но, конечно же, кроме него самого, в кузнице никого нет.

Снаружи доносится стук копыт, скрип фургонной оси и голос Ваоса:

– Ну, коняга... полегче...

Доррин усмехается – бывший конюх по-прежнему неравнодушен к лошадям.

Юноша выходит во двор посмотреть, кто приехал.

Ваос уже принял вожжи, а возница – седой мужчина в синей фуфайке – слезает с козел. Мерга и Лидрал стоят на кухонном крыльце, Фриза, уцепившись за перекладину, глазеет на лошадь.

– Привет, мастер Доррин, – говорит нежданный гость, кивая приближающемуся кузнецу.

– Добрый день, Гастин. Зачем пожаловал? Пришло время уплаты годового взноса?