Чтение онлайн

– В общих чертах, – уклончиво ответил Борке.

– Всё началось с Кондратия Селиванова. Этот беглый крепостной сначала примкнул к секте хлыстов. И, надо сказать, набрался у них многому. Но с хлыстами он расстался. Я так думаю, он не сошёлся характерами с Акулиной Ивановной.

– С Акулиной Ивановной? – поднял в удивлении левую бровь Борке.

– Ну да, с местной предводительницей хлыстов, которая именовала себя не иначе, как «богородицей». Итак, бывший крепостной Кондратий Селиванов покинул секту хлыстов и, в знак свободы от Акулины Ивановны, отрезал себе всё лишнее.

Кордак закряхтел в смехе, однако Борке оставался невозмутимым.

– Но самое смешное началось позже. Кондратий Селиванов не только нашёл себе единомышленников в стремлении избавиться от всего лишнего, но начал насильственно вовлекать в это дело малолетних детей и даже женщин.

– Ах, так! Так вот что вы не можете ему простить, – иронично улыбнулся одним только уголком рта Борке. – Неужели женщин тоже оскопляли?

– Представьте себе, – воскликнул Кордак с некоторым негодованием. – Им отрезали всё, что напоминало им об их женской сущности.

Борке задумчиво покачал головой.

– Да уж, готов с вами согласиться. Большего недовольства замыслом Создателя трудно себе представить.

– Надо заметить, что Екатерина Вторая, с её отношением к жизни, старания скопцов не оценила, – расплылся в улыбке Кордак. – То ли в семьсот семьдесят первом, то ли в семьдесят втором году она отправила в Сибирь на каторгу целую общину, больше двухсот человек.

– Да, да. Что-то припоминаю, – покачал головой Борке.

– А вот коронованный внук её, Александр Первый, к этим делам относился, я бы сказал, не столь трепетно.

Кордак закряхтел в ироничном смехе.

– Это позволило скопцам зачислить его в свою компанию.

– Неужели?

Лёгкий поворот головы Борке свидетельствовал о крайней степени его удивления.

– Нет, байки скопцов о своём императоре не подтвердились, – лукаво улыбнулся Кордак. – Но осадок-то, как говорится, остался. Свою лепту в борьбе со скопцами, как вы справедливо изволили заметить, внесли и большевики. Их можно понять. Стране нужны были солдаты. И без своих «причиндалов» народонаселение России советской власти было совершенно не интересно.

В темноте аллеи раздался крякающий смех Кордака.

– Итак, – подвёл итог Борке, – большевики поставили в этом вопросе точку. Что же заставило опять к нему вернуться?

– Одна из общин скопцов, если вы знаете, обреталась именно в этих местах. Причём не так давно. Лет, эдак, сто пятьдесят назад, не больше. Чем уж они занимались во время своих радений, сказать не могу. Однако молва приписывала им большую магическую силу.

– Ах, вот как, – понимающе покачал головой Борке.

– И слухи об этом дошли до нынешнего времени.

Увлечённый рассказом, Кордак откинулся на спинку скамейки.

– И вот недавно поползли новые слухи, что недалеко отсюда в ближайшем пригороде, на месте, где строится новый торговый комплекс, было найдено какое-то наследие скопцов. Признаюсь вам честно, меня обуяло любопытство. Что это за наследие и с чем его, как бы это точнее выразиться, употребляют, я сказать не могу. Вмешиваться в это дело напрямую нам с вами, согласитесь, несподручно.

Борке согласно покачал головой.

– Вот я и подумал, – вновь занял вертикальное положение Кордак, – а не отправить ли нам туда своего «человечка».

– Теперь я понимаю ваш выбор, – согласился Борке. – «Человечек» недалёкий, суеверный и энергичный – что ещё нужно, чтобы копаться в тёмных закоулках прошлого?

– И ещё, – лукаво улыбнулся Кордак, – убеждённый карьерист.

– Но вы не боитесь, граф, что наш герой может попасть под влияние наследия скопцов?

– Всё возможно, всё возможно, – с удовлетворением закряхтел Кордак. – Не будем торопить события. Дадим ему возможность разобраться самому. Тем более, мне кажется, он уже обнаружил пропажу пропуска.

– Случайно? – усмехнулся Борке.

– Совершенно случайно!

Кордак был прав. Где-то вдали, в синеве просвета деревьев, появилась тёмная фигура. Это был Александр Фёдорович Миленький. Тревожно озираясь по сторонам, он торопился назад по уже тёмным аллеям парка. Его друг и одноклассник, доказавший, что он мужик, отправился продолжать воскресный вечер. Но для Саши Миленького конец выходного дня, помимо общения с тёщей, обещал новые проблемы. Неизвестно что заставило его проверить содержимое заднего кармана брюк уже почти перед самым входом в троллейбус. Какое-то смутное ощущение пронзило его мозг по вертикали. И это ощущение его не обмануло. Карман оказался пуст.

Выбравшись из потока пассажиров, устремившихся к троллейбусу, он ещё некоторое время оставался недвижим. Новое ощущение произвело на Сашу такое впечатление, что некоторое время он пытался осознать произошедшее. Что означало это невероятное предчувствие? Единственная мысль, которая приходила ему в голову – ясновидение. Неужели он становится ясновидящим? Впрочем, размышлять долго времени не было. Нужно было отправляться назад и искать этот чёртов пропуск на этот постылый склад. Начинать новую трудовую неделю с проблем с руководством ему очень не хотелось.

Саша сразу понял, что потерять пропуск он мог только там, на лавочке, где вытряхивал из обуви этот чёртов камушек. А потому по аллее парка он шёл торопливо, осматриваясь по сторонам, так, на всякий случай. Пропажу он обнаружил издалека. Пропуск опустился на землю столь удачно, что застрял в щели между тротуарными плитками и в свете фонаря отбрасывал длинную выразительную тень.

Не желая больше рисковать задним карманом брюк, Саша сунул пропуск в верхний карман сорочки, рядом с проездным билетом, и уже хотел повернуть назад. Но вдруг остановился второй раз обожжённый мыслью о его невероятном предчувствии. Мысль настолько поразила его, что, не имея возможности стоять, он присел на скамейку. Как точно он предвидел, где нужно искать пропуск! И подойдя к месту, как точно он обратил внимание не туда, где сидел, а именно туда, где находился документ. На лбу Саши проступила испарина. Непроизвольным движением, вытирая пот, он опустил руку на лавочку. Рука легла на какую-то газету.

– Гороскоп, – прочитал вслух Саша.

Газета была кстати. Предстоял долгий воскресный вечер в одной квартире с тёщей. Занять это время чем-то было просто необходимо. Он схватил газету и стремительно направился к остановке троллейбуса, не замечая, как за спиной от него из темноты кустарника появились две призрачные тени.

Гороскоп он развернул уже в троллейбусе. Здесь, в тусклом освещении салона, читать статьи он не хотел. Сейчас Саша планировал, когда и какую статью он будет читать, чтобы скоротать весь вечер без остатка и не делить телевизор с тёщей. Совершенно неожиданно в глаза ему бросился текст одной статьи. Как не всматривался Саша, но ни шрифтом, ни расположением этот текст не отличался от остального текста, напечатанного на этой же странице. И всё же, именно эта статья, почему-то, бросилась ему в глаза. Не менее любопытным оказался и заголовок. Каким-то прыгающим полупьяным шрифтом там было набрано: «Гороскоп от Кордака».