Чтение онлайн

Может быть, и вошло бы, ибо собаки послушно и даже весело, с чувством хорошо исполненного долга, покинули дом без возражений. Но в кухне остался соседский кот. Сидел на самом верху буфета, под потолком, подобно декоративному изваянию, и не собирался слезать.

— Вышвырните его! — раздраженно крикнула Фелиция. — Не терплю кошек!

— Как! — возмущенно отреагировала Сильвия. — Выбросить за дверь, чтобы там бедную кисаньку растерзали хищные псы?! Это ведь божья тварь.

— Я тоже божья тварь и имею право жить в собственном доме так, как мне нравится!

— Собственном, собственном! — передразнила сестру Меланья. — Этот дом не только твой. Наш общий.

Предупреждая очередной взрыв ярости тетки Фелиции, Дорота попыталась разрядить атмосферу:

— Сейчас я его отнесу, пусть только собаки уберутся подальше. Он сам спустится, когда совсем успокоится. Идите, идите отсюда, кота я беру на себя. А пока заварю для всех чай.

Все три тетки на редкость дружно покинули кухню, правда, каждая продолжала что-то ворчать. На пороге кухни остался Роберт Гурский, с удивлением обнаружив, что держит в объятиях чье-то меховое манто. Откуда оно взялось? И вообще расследование этого, казалось бы, простого дела, оказалось чревато множеством неожиданностей.

— Вы уж извините, — сказал он Доротке. — Вот, я нечаянно оборвал вешалку... Не собирался, из-за собак. Как теперь пришить?

— Тетка Сильвия пришьет. Не волнуйтесь, ее заставят пришить, — ответила Доротка, которую больше интересовал кот на буфете. Не сводя с него глаз, задравши голову, девушка сделала попытку заставить животное спуститься. Кис-кис, иди сюда, бедняжка, не бойся, не вышвырну тебя за дверь, пока эти нехорошие собаки там сшиваются. А хочешь, отнесу тебя домой? Кис-кис...

Кот не отзывался. И правильно, под дверью время от времени взлаивали и повизгивали собаки. Доротка поставила чайник на газ, и опять занялась котом. Роберт кашлянул, желая переключить внимание девушки на себя. Доротка повернулась к молодому человеку.

— Да вы не переживайте, — сказала она. — Повесьте пока так, как получится, кажется, там у нас есть свободная вешалка, я имею в виду деревянные плечики. Это шубка Меланьи. Не пойду к ним, пока кота не отнесу домой. Они жуткие бабы, я уж привыкла, мне все равно, но кота в обиду не дам.

— Почему же они жуткие? — поинтересовался Роберт, все еще не выпуская из рук шубку.

И вот так стоя на пороге кухни и прижимая к груди двумя руками манто, молодой аспирант выслушал излияния девушки. Она и сама не понимала, как это получилось, но остановиться не могла. Может потому, что нашелся наконец человек, которому можно рассказать об ужасных происшествиях этого дня, пожаловаться на свою невезучую участь, просто пожаловаться, не обязательно рассчитывать на сочувствие. И сразу стало легче, Доротка вдруг успокоилась, заварила чай и вынула из холодильника кусок рыбы.

— Из-за рыбы уж он обязательно-глезет, — пояснила девушка. — Я его знаю.

Роберт наконец отозвался, оторвал от груди шубку, пытаясь ее аккуратно скрутить штопором:

— Вам невероятно повезло, что подвернулся спортсмен. Кто такой?

— Откуда же мне знать? Кис-кис! Ну глупенький, спускайся, разве я тебе когда плохого желала?

Сказал — зовут Владек, борец, из общества «Легия». Я его искать не собираюсь, хотя он и спас мне жизнь. Очень, очень ему благодарна.

— Еще бы! А вот камень.., большой, говорите?

— Да с половину моей головы. Только такой... продолговатый, не круглый. И ощущение, что его не бросили, а держали в руках, собираясь сзади огреть по голове, спаслась лишь потому, что неожиданно нагнулась. Хотя сомневаюсь, кому понадобилось меня убивать? Если бы хотел, мог и без камня.., чем-нибудь другим. Ну спускайся, глупенький, поешь, смотри, какая вкусная рыбка... И все это меня сегодня доконало, слишком много для одного дня. Пришла, хотела пожаловаться, а тетки еще и насмехаться принялись. Ну я и разревелась. Вы не думайте, вообще-то я не плакса.

Не сводя горящих глаз с завлекательной рыбки, которую Доротка подняла как можно выше, чтобы мог увидеть во всей красе, кот решился наконец покинуть безопасное место. Осторожно спустился, осторожно обнюхал рыбу и вдруг жадно принялся ее пожирать.

— Очень прошу, постойте здесь еще немного, — торопливо произнесла Доротка видя, что полицейский собирается наконец избавиться от шубки. — Пусть он спокойно поест. И если кто из теток сюда попрется, стойте столбом на пороге. Или отвлеките внимание шубкой, не то здесь опять разрачится тайфун, и с котом случится нервный припадок, а он не заслужил такого обращения. Он не виноват.

В этот момент и в самом деле послышался громкий раздраженный окрик:

— Где же чай ? Подохла она там, что ли? Мартинек!..

Делегированный за чаем Мартинек вежливо постучал по спине застывшего в дверях кухни полицейского.

— Они чаю желают, — конфиденциально информировал парень.

Полицейский не пошевелился. Доротка ответила:

— Передай им, уже разливаю. И немедленно возвращайся, отнесешь поднос, мне надо отнести кота. Да только, ради Бога, возвращайся немедленно, а не через час! И плевать мне на то, что они там делают, пусть хоть поубивают друг дружку.

— Не поубивают, ведь там мой шеф! — неожиданно для себя успокоил девушку Роберт.

— Вы их не знаете, им и вашего шефа убить ничего не стоит. А для начала они его прикончат психически. И уже не будет похож на человека. А ты ешь, ешь спокойно, тебя я в обиду не дам, бедная кисанька. Люблю кошек.

Мартинек неожиданно быстро вернулся и забрал поднос со стаканами чаю. Роберт все еще стоял с манто в руках, которое ему жутко мешало, но он боялся нарушить неожиданно доверительную атмосферу, установившуюся между ним и подозреваемой, которой явно нужно было выговориться, под влиянием ли испытанного шока или просто в приливе искренности, а он знал, что не может упускать такой возможности. И знал, их этому учили — любое изменение внешней конфигурации может нарушить доверительную атмосферу, и уже ничто не в состоянии будет восстановить ее.

— А что, им уже случалось кого убивать? — поинтересовался Роберт.

Похоже, Доротка совсем забыла, что откровенничает с полицейским. Она изливала душу, как болтала бы с подружкой, если бы у нее таковая имелась.

— При мне такого не случалось, я имею в виду — сколько себя помню, во всяком случае мне об этом неизвестно, ни о каких трупах не знаю. А вот прикончить человека психически для них — раз плюнуть И если меня не совсем замордовали, так это просто чудо, сама не знаю, как держусь. Кажется, Меланья прикончила племянницу своего бывшего мужа. Психическое расстройство бедняги выразилось в том, что она заболела анорексией, знаете, отвращение к пище, просто ничего есть не могла, чуть не померла. Я не сомневаюсь, это тетка ее довела до такого состояния, еще до того, как они развелись. Она кого угодно доведет, Сильвия же своего мужа довела до сумасшествия, он от нее сбежал аж в Африку. Центральную! Ну разве нормальный человек, убегая от жены, рванет в Африку? А этот может и в Сахару угодил, бежал, куда глаза глядят. Но все это было еще до моего рождения, об этом мне рассказывали. И муж тетки Фелиции тоже стал ненормальным, хотя она и отрицает это. Но разве с ними можно не спятить? Я бы удивилась, если бы не спятили.