Чтение онлайн

Когда показался крутой берег реки, она на бегу превратилась в девушку и, раскинув руки, закричала в небеса:

– А-а-а-а-а! Ненавижу! Ненавижу тебя!

– Ты что удумала, сердешная?
– всхлип за спиной для Ирины раздался неожиданно.
– Остановись, ради Хранителей!

– Ничего!
– сердито буркнула девушка и резко обернулась.
– Не бойтесь, это просто накипело. Надо было выплеснуть эмоции.

Это же настолько надо было уйти в свою обиду, что даже с тонким слухом вариаци не услышать, как к ней подошла пожилая женщина в трауре.

– Фух!
– выдохнула незнакомка.
– Испугала, дочка! Я уж думала, беда какая приключилась. Поспешала, как могла.

Женщина действительно тяжело дышала, и видно было, что пробежка далась ей нелегко. Поискав глазами, куда можно присесть, землянка, махнув рукой, создала скамеечку:

– Присаживайтесь!

– Ох, ты ж!
– всплеснула руками вдовица.
– Так ты же чародейка Хранителя. А я все гадаю, кто такая.

Ира напряглась, но женщина, увидев ее нахмуренные брови, затараторила:

– Ой, да мне наши деревенские все уши прожужжали, что пока я за травами ходила, многое пропустила.

– Так травница с нами была?
– прищурилась недоверчиво землянка.

– Ну конечно!
– ласково дотронувшись до ее сцепленных пальцев, улыбнулась незнакомка.
– Разве с ее ногами пошастаешь по лесу?

– Ну да!
– осторожно признала правоту незнакомки девушка.
– Она и по деревне-то еле ходила.

– Да-да!
– закивала вдовица и сухо закашлялась.
– А еще этот недуг непонятный. Вот я и взялась бабке помогать, а то ее запас трав весь подобрали.

– Ой! Простите, — спохватилась девушка и запустила живицу в собеседницу.
– Сейчас Вам полегче станет.

– Благодарствую, дочка!
– блаженно улыбнулась женщина, прикрыв глаза и сделав глубокий вдох.
– Дай Хранители тебе долгих лет и счастья в жизни.
– А потом захихикала, прикрыв губы старческой ладошкой.
– Что же я, глупая, на Хранителей уповаю. Ты же их чародейка, они и так тебя одарят. Погоди! Я по-другому тебя отблагодарю за твою щедрость.

– Да уж!
– нахмурилась Ирина и тяжко вздохнула.
– Хранители...

Ира задумалась, а ведь повздорили на пустом месте. Не из-за чего! Надо будет попросить прощения... наверное...

А женщина, словно не замечая ее отстраненности, полезла в карман юбки, продолжая, приговаривать:

– Да ты, дочка, не кручинься! Все перемелется, и мука будет!
– в этот миг ее рука вынырнула из недр будто безразмерного кармана.
– Прими мою благодарность, не побрезгуй.

Вдовица протянула девушке маленькое, наливное, желтобокое яблоко.

– Да что Вы! Разве же мы хотели для себя платы?
– попыталась отказаться попаданка.
– Не стоит.

– Не обижай старую женщину, — глаза вдовицы заблестели, и по щекам покатились слезинки.
– Ты молодая, красивая! У тебя все еще впереди! Пусть же простится тебе все, что ты успела натворить, если вдруг кого обидела. Ну а если тебя обидели, то не держи зла!
– женщина вложила в руки Ирины яблочко и вздохнула — Прими! Это дар за все, что ты сделала. Разве одно яблочко — оплата? Скорее, большая благодарность за жизни всех жителей деревни от бедной женщины.

Слезы все катились и катились из янтарных глаз женщины. Громко вытерев шмыгавший нос и мокрые щеки фартуком, вдовица с трудом поднялась и поплелась к тропинке. Землянка виновато посмотрела ей вслед, покручивая в руках красивый, сочный гостинец. Кого-то напоминала ей эта старуха. Но кого? Они же сегодня столько людей повстречали...

***

Деб метался по чертогам, собирая и разгоняя тучи. Причем созданные клубы получались постоянно разных цветов: багровые и розовые, иссиня-черные и серые, как шкура волка. А вот белые никак не хотели формироваться.

– Нахалка, хамка, грубиянка! Вон Бог? Она меня прогнала... Нет, это надо же! Личную жизнь ей подавай! Что ей не нравится? Семью хочешь? У тебя уже есть отец и братья! Сейчас еще мать появится, или как там называют жену отца? “Я свободный человек…”,- передразнил он Ирину.

Негодование лесовика можно понять. Там, на берегу реки, Ира была так рада его видеть. Да что там рада? В ней плескалось нежное счастье! А в детинце... Она передала ему такой колючий коктейль. Он прекрасно рассмотрел через глаза девушки и ее смятение, и злость на него, как на недогаду.

“Кстати, надо будет узнать, что это за обзывательство”, — мелькнула метеором мысль, и опять пришли раздражение и злость, ведь следующая мысль от попаданки, которую она даже не скрывала, которая пришла к нему, как яркий, солнечный луч, была для него ударом: “Что, если это будет продумано не для нее, а для ее дочерей” ...

Каких дочерей? От кого?

Кресла, что создала иномирянка, были без сожаления развеяны, а через мгновение восстановлены в первозданном виде. Зависнув на мгновение, он махнул рукой, открывая окно наблюдения, но тут же захлопнул его:

– Нет! Не буду смотреть... А если она там уже детей творит? Потом скажет, что я подсматривал...

Юный бог мановением руки разметал все тучи, а потом среди ясного неба проскользнула молния и громыхнул гром. На поверхности земной тверди люди, глядя в небеса, шептали: “Хранители гневаются”, а Деб зло осматривал свои владения:

– Я тоже свободная личность! Не хочу, чтобы это напоминание о ней... стояло тут!

Клубы магии наполнили чертоги хранителя, создавая фантастическую обстановку. Когда лесовик закончил, то оказалось, что он сидит на мягком диване посредине светлой комнаты с огромными окнами, на которых колышутся невесомые занавески. Деб, развалившись, уставился в никуда и проворчал:

– И не нужны мне никакие помощники! Никого не хочу ни видеть, ни слышать! Особенно ее...

Сказать-то сказал, но почему вдруг все вокруг окрасилось в ядовито-зеленый, как ряска на трясине? Почему душу скрутило невыносимой болью? И почему в его памяти всплыла полыхнувшая, там, на берегу, объединенная аура Лиграна и Бины?

Глава 29

Ирина после разговора с незнакомкой еще какое-то время посидела, глядя на спокойное течение реки, а потом не спеша направилась в детинец. Разговор, в принципе, ни о чем и завораживающее движение воды привели ее душу, мысли и чувства в относительный порядок.

Да, она сама еще не понимает, что творится с ее сердечком, и почему то парит, а то убегает в пятки ее душа... Видимо, акклиматизация, вот и скачут эмоции, как на американских горках ... Ведь не на юг приехала, а в другой мир...