Чтение онлайн

Ладно, пойдем искать наш эликсир молодости. Кажется, никто нам больше не собирается мешать. Ну, хотя бы какое-то время. Главное, чтобы нейросеточка не включила какой-нибудь еще более щадящий режим, так что я и глазом не смогу пошевелить. Жди тогда оповещенный персонал до скончания века… С протухшим мозгом и первоклассной имитацией человеческого тела. Это будет до слез обидно, да. Только я даже скупую слезу не смогу выдавить.

Пробую сделать шаг. Ага, пока шевелятся родимые. С какой двери начать, чтобы зря не беспокоить мозговую жидкость? Черт, в глазах потемнело, таблички на дверях не разобрать! Начну со средней, что ли. Еще шаг, берусь за ручку… Вот дерьмо, заперто! Так, что на табличке? Придвигаюсь ближе. С трудом различаю надпись «Архив». Не, походу, нам не сюда, точно. Ну, куда дальше, полумозг? Влево или вправо? Любой лишний шаг может стать последним. А-а, была не была – давай налево! Налево всегда веселей ходить.

Кое-как переставляю ноги до следующей белоснежной двери. Прижимаюсь переносицей к желтовато табличке. «Аппаратная». Может, оно? Холодильнику там, наверное, самое место. Только бы было открыто, только бы было… Дергаю ручку вниз… Не заперто! Фу-ух, аккуратно толкаю дверь и делаю шаг в сумрак помещения. Комната два на полтора, вдоль одной из стен плотным рядом стоят здоровенные корпуса приборов.

Ух ты, в этой комнате даже есть окно, правда замазанное краской доверху. Сквозь него идет слабый дневной свет – то ли утро, то ли вечер, то ли очень пасмурно. А может просто краска на стекле толстым слоем лежит. Встаю посреди комнатки, пытаюсь понять, что за приборы. Никогда таких не видел. Куча кнопок, дисплеев, проводочки какие-то… О! У самого окна, в углу, стоит железный ящик с дверцей во всю переднюю стенку. Походу, холодильник! На радостях кидаюсь к нему как к родному и чуть не растягиваюсь во весь рост на бетонном полу. В самый последний момент успеваю выставить обе руки вперед, оказываюсь в позе «упал-отжался». Чертова система координации. Да, тяжеловато жить без нативного вестибулярного аппарата. Когда еще там барсетка научится сносно понимать мои нейрозаскоки, а я – принимать обратку…

Аккуратно подползаю на дрожащих локтях и коленках к спасительному контейнеру, из последних сил тяну за ручку на себя. Бля! Даже полуслепой киборг последней модели, вроде меня, смог разглядеть в рассеянном краской свете, шедшем от окна, что обесточенный холодильник был пустой, как будто обитал в студенческой общаге за день до стипендии. Был у нас в роте один студент, рассказывал… Всё. Кажется, я сейчас двину кони. На улице вдруг резко потемнело… Тучи, что ли набежали? Блин, это же у меня в глазах!

Опасность!!! Опасность!!! Состояние органического импланта критическое! Немедленно примите состав С…

Рука бессильно скользнула по внутренней стороне дверцы. И тут вдруг под ладонью что-то звякнуло. На ощупь трогаю пузырек. Стекляшка, объемом и формой как «бон-аква»… Что бы это ни было, мне уже все равно кранты. Не видя ни зги, откручиваю крышку непослушными пальцами, подношу ко рту, опрокидываю… Глотаю, не чувствуя ни вкуса, ни запаха… Вот будет прикол, если это и вправду просто бутылочка водички, забытая кем-то из персонала! Свет окончательно гаснет. Сознание тоже. Эксперимент, господа ученые, закончен. Походу, не судьба. Абза…

Говорят, когда умираешь, видишь свет, тоннели там всякие, взлеты над телесами… Туфта это все и глюки гаснущего мозга. Самое страшное – это чернота, полнейшая и безвозвратная. Вот это действительно страшно. Когда понимаешь, что всё. Совсем всё. Окончательно. Бесповоротно.

Поэтому, когда прямо посреди этой жуткой кромешной черноты неожиданно возникла яркая оранжевая точка, а потом вдруг увеличилась до размеров привычного окошка системного сообщения, я возликовал аки ангел-херувим, и чуть было не воспел хвалу. Знать бы еще, кому ее петь…

Booting environment…

......................

Please stand by…

Initialise main modules…

Self tests ok… Running…

Да, походу, жестко меня ребутнуло. И заодно – барсетку. Спасибо, что «данные пользователя», память мою многострадальную, заодно не стерли, как не вовремя заглючившему смартфону. Хотя у меня с памятью и так проблемы – в основном обрывки воспоминаний, все больше картинки. Образы… А еще постоянно одолевает неуемное желание делать разные глупости. Кстати, прошивка у моей Сири-Алисы явно буржуинская…

Добро пожаловать! Вас приветствует специализированная нейросеть «Иридиум»! Готовы продолжить обучение прямо сейчас?

А как же, красавица! Если б ты только знала, как я рад снова читать твои милые месседжи! Нет, я серьезно. Было бы крайне обидно окочуриться прямо у холодильника с нужной тебе склянкой. Кстати, где она? На ней хотя бы есть этикетка? Чует моя чуйка – скоро мне опять позарез понадобятся ее сестры-близняшки…

Привычно кручу менюшечку, включаю управление нейросетью для всех органов чувств… Ну, продолжим? Вот и зрение постепенно заработало, звуки, запахи, тактильные очучения. Пошло-поехало…

За окном светло – значит, все еще день, если конечно, я сутки не провалялся. Вдруг рядом что-то звякнуло. Я резко дернул головой – а это бутылочка, которую я, оказывается, в отключке намертво зажал в левой руке, выпала из разжавшихся после инициализации пальцев. И в самом деле с этикеткой. Беру бутылек всем крабом, осторожно, чтобы не раздавить, пытаюсь поднести к носу и сфокусироваться. Ну да, мог бы и сам догадаться «Состав специальный СНТ-60594, 130 мл, водн. сусп., конц. акт. в-ва 65%. Хранить не более 2 мес. при t не выше +6с. Дата изг. см. на дне флакона». И чуть ниже, следующей строчкой «Перед употреблением взболтать». Ну уж, как получилось. Извините – чем богаты. Разве что с учетом дрожавших «рук», как у алкаша…

На всякий случай сунул бутылек в карман пижамы, попав в него нетвердой рукой с третьего раза. Вдруг забуду как называется? Память у меня дырявая, как у красной девицы. Еще бы! С половинкой-то мозга, измученного полудохлым телом и для пущей бодрости напичканного нанитами. Причем с половинкой не самой лучшей в плане логического мышления. Что-то такое где-то когда-то я читал про полушария… Хотя чего переживать – Иридка все равно нужное напомнит. Или лучше Иринка? Хе-хе… Не, пусть будет Ири. Подруга моя теперь на все времена. Чет я совсем расслабился, а ведь там, за дверкой в палату, ребята-озверята дожидаются…

Чувствовал себя я как огурчик – довольно быстро, хоть и качаясь как тополь на ветру, поднялся на ноги, в глазах – светло и даже ясно, тело как-будто даже лучше стало слушаться. Но три дня не прошли еще, так что надо быть настороже. Тем более, когда вокруг эти… Чертовы дети.

Кстати, а сколько я провалялся в отключке? Ах да, вызов меню… Что, опять в жмурки играть? А нельзя с сеточкой моей поговорить по-человечески? Даже если она у меня не то что в печенках, а в самих мозгах сидит? Ну, если не в самих, то уж точно где-то совсем рядом. Эхе-хе… Так, посмотрим… Нужно что-то вроде «управления голосом»… Во! «Голосовые команды и запросы»! Прямо в яблочко! Вот кому-то ржака будет со стороны на меня смотреть, как я сам с собой разговариваю. Хотя… Пока что смотреть некому, кроме этих жрунов плоти человеческой и ей подобной. А при них лучше совсем рта не раскрывать – целее будешь. Так-то.

Ну, я все равно попробую, хотя бы шепотом. Все веселее, чем без конца жмуриться, правда? Жмурятся пусть жмурики. Опять назрел вопрос в больном мозгу а почему Ирка жестко перезагрузилась, когда мой мозг вырубился? Ей-то что за проблема продолжать функционировать? Что-то намудрили яйцеголовые, ой, намудрили…

Не, ну в самом деле – сначала они, если верить доку Стацкому, и вовсе хотели срастить мое бренное тело с кусками биопластика и железа. Тоже мне творцы универсальных солдат, мать их! Человек тут погибает от смертельного ранения, а они не находят ничего лучше как добавлять ему страданий и эксперименты ставить без информированного согласия испытуемого! Нет чтоб дать спокойно сдохнуть или, на худой конец, для начала поправиться… Да лучше инвалидом остаться, чем вот так мозги взять и в консервную банку запихнуть! У меня от одной мысли обо всем этом мурашки по телу…