Чтение онлайн

«Теория риска» Тирпица, постулировала, что Второй Рейх строит флот, теоретически не способный сокрушить морскую мощь Англии один на один. Но он готов нанести своему могущественному противнику неприемлемые потери, тем самым делая морскую войну против Берлина для Лондона затеей рискованной и непривлекательной. Понятно, что все это не более, чем хитрая дезинформация. Продуманное, выверенное и грамотно «упакованное» вранье публичной политики, всегда и везде из лжи, преимущественно, и состоящей. Задача этой дезы без шума и пыли проскочить «зону риска». Тот период, когда англичане способны превентивно, без особых проблем, «копенгагировать» германские линейные эскадры на стадии численного роста. Радикальным образом не позволив Альфреду и Ко выполнить планы постройки нескольких десятков броненосцев по их Закону о Флоте. Пусть и методом слона в посудной лавке, пускай даже под осуждающее ворчание всего «мирового концерта», но гегемон мог себе такое позволить.

Увы и ах! Рассудительные британцы ни наивной верой в словеса, ни готовностью добровольно распрощаться со своим «двухдержавным стандартом», не страдали. Правда, в связи с общим миролюбием короля Эдуарда VII, они выбрали иной ответный ход, но на 1905-й год не менее эффективный. Фишер своим «Дредноутом» просто-напросто «перечеркнул» половину построенных по германскому Закону о Флоте линкоров, переведя их в разряд артиллерийских кораблей для обороны берегов. Или берегами охраняемых. Поскольку решительное столкновение с дредноутами в открытом море для них означало гибель. И… и львиная доля затрат в рамках смет Закона о Флоте «имени Тирпица» улетела в трубу, весело помахивая хвостиком! При этом все наличные «недомерки» продолжали исправно жрать ежегодный бюджет Морведа на содержание кораблей и их экипажей.

Эдуард Альбертович, будучи человеком гибкого ума, расчетливым и дальновидным, резонно полагал, что в любой стране с демократическими институтами, типа Рейхстага, столь явный облом приведет к падению правительства, включая столь опостылевшего лондонским небожителям германского морского министра. И к появлению у конституционного монарха, профукавшего громадные народные деньги, желания договариваться. Однако, дядя сильно недооценил племянника. И сильно недооценил немецкий народ, уже почувствовавший себя единым, имперским и державным. Пощечину от Эдуарда получил не только Вильгельм II. Ее получили ВСЕ немцы.

И немцы, практичные и прижимистые до скаредности, выдали в Рейхстаге своему кайзеру карт-бланш на продолжение постройки Флота открытого моря! С возросшей почти вдвое ценой на корабли, с огромными расходами на модернизацию верфей и баз, на расширение и углубление Кильского канала и, главное, — его шлюзов. С Новеллами к Закону о флоте, численно и качественно усиливающими его списочный состав и сокращающими сроки постройки кораблей с учетом роста производственных возможностей верфей и промышленности. А также на треть сокращающими срок их службы до замены новыми боевыми единицами, что в определенной мере решало проблему быстрого морального устаревания броненосцев и больших крейсеров на фоне гонки калибров орудий и размеров кораблей.

В нашей истории в Лондоне окончательно уяснили, что германский рывок к морскому владычеству реально остановить можно лишь превентивной войной, по итогам так называемой «миссии лорда Холдена» в феврале 1912-го года, когда яростный германский спурт в «морской гонке» стал виден невооруженным глазом. Британский военный министр лично посетил Берлин, где тщетно пытался в ходе прямых переговоров с кайзером, канцлером Бетман-Гольвегом и Тирпицем достичь соглашения на относительно комфортных для островитян условиях: численное соотношение их и германских линкоров/линейных крейсеров класса «дредноут» в пропорции 18:10, в самом крайнем случае — 16:10.

Но Тирпиц упрямо настаивал на соотношении 3:2 в пользу англичан, считая это пределом допустимой уступчивости. В чем его поддержал и кайзер. Ответ Британии известен: дипломатическая и тайная подготовка к коалиционной войне с «центральными» державами, а по большому счету — ее искусное провоцирование. И персонально для фон Тирпица — «ультимативные» линкоры с 15-дюймовой артиллерией главного калибра, способной сокрушить толстые броневые пояса его «кайзеров» и «кёнигов»…

С учетом того, что здесь и сейчас британцам необходимо считаться с вероятностью союза Рейха с Россией, морская гонка обещала быть даже более яростной, чем в нашей истории. Следовательно, немцам придется чем-то жертвовать: на все хотелки денег не хватает даже у очень богатых стран. Поэтому, считая главным приоритетом линкоры, Маринеамт будет вынуждено жестко экономить на постройке крейсеров, эсминцев, подлодок и прочей мелочевки, ограничиваясь самыми минимальными потребностями в эскортных силах при эскадрах дредноутов. Но…

* * *

По ходу вчерашних застольных разговоров у Петровича сложилось стойкое убеждение, что его визави этого очевидного момента не видят в упор! Как и того, что сознательно отдав пальму первенства во всем, что «меньше линкора» русским союзникам, они повышают шансы получить на выходе вполне сбалансированный германо-российский флот к часу «Ч». А также не менее сбалансированную стратегию ведения коалиционной войны на море в глобальном масштабе.

Увы, в данный момент ни о чем подобном германцы не думали, к отбою он вполне убедился в том, что принцип «дружба-дружбой, а табачок врозь» принят Тирпицем и Ко за аксиому. В результате самодовольные, твердолобые дойчи запросто могут понастроить импотентное стадо дистрофичных крейсерков и прибрежных эсминцев-лилипутов, по всем их боевым качествам критически уступающих британским одноклассникам-сверстникам. Что же касается их планов до русских: ты вынь, да и положи им к «генералке» пару-тройку линейных эскадр со всей причитающейся «большим мальчикам» челядью. А остальное — «не есть Ваши заботы, герр адмираль граф Руднефф…»

'Обуревшие морды! Может, они себя на полном серьезе считают круче тех, кто побеждал у Шантунга? Дескать, азиатов отколошматить и московит-лапотник обязан? С просвещенными же мореплавателями справиться способна исключительно германская морская выучка, если не сказать дрессировка, кайзеровских матросов, старшин, офицеров и адмиралов. И их гениальный Крупп. А также их не менее гениальный Амиральштаб. Так что, ежели вам, русским, будет доверено встать в единый строй с флотом Рейха, гордитесь оказанной вам честью. И не рассуждая, исполняйте НАШИ приказы…

Вот оно, как, Федорыч… А фейсы ваши тевтонские не треснут!? Выучка говорите? Ну, положим, про команды, офицеров и командиров кораблей — я не спорю. Но вот про адмиралов — с этого места, давайте-ка, поподробнее. До чего вас такая «дрессировочка» довела у нас? До того, что ваш герр Шеер при Скагерраке сумел поворотом «все вдруг» на 16 румбов вывести флот из убийственного «кроссинга» линкоров Джеллико? Причем дважды? Прекрасно. Но если забыть, что перед этим он же сам обе этих «палочки над Т» для Флота открытого моря и «накомандовал»! Вот он, ваш уровень подготовки высших командных кадров, причем, самых отважных и талантливых. Вот он, уровень творческой мысли и военного искусства вашей Академии в Вильгельмсхафене. Уровень оперативно-тактический.

А уровень вашего хваленого Амиральштаба? Которым вы так гордитесь, и которого пока не существует ни у британцев, ни у русских. Но есть ли смысл говорить про стратегию? Если враг станет воевать не так, как вы ему предписали в своей «безупречной» теории, и изберет дальнюю блокаду, а не ближнюю, чем вы ему на это ответите? Без шпаргалки? Той же перманентной импотенцией, что и в нашей Первой мировой у вас приключилась?

«Скорость вторична. Броня и подводная защита — доминанта в конструкции линкора. Общая свалка решит судьбу боя, если погодные условия ограничат видимость, а средний калибр будет менее эффективен из-за волнения моря. Исходя из этого, линейный корабль должен иметь возможно мощный залп главного калибра как на оба борта, так и в стороны оконечностей. Поэтому число подводных аппаратов должно быть никак не менее шести, а торпеды в них — чем больше по калибру, тем лучше…» И заметьте, это мне говорят офицеры с нами прошедшие через Шантунг! Что, кроме тарана Рейна и торпедной атаки Сергея Захаровича на «Микасу», там больше не было ничего поучительного, спрашивается?