Чтение онлайн

Шел второй месяц, как Виктория оправилась от ранения. Она уже полностью освоилась на боевых полях. А еще возросла сила и умение в ее обращение с магией. Менестрель играла с открытыми глазами, видя все и создавая мощные заклятия и щиты, которые защищали ее от атак стрел. Она, как правило, следила за боем на расстояние, среди военачальников.

Девушка стала настоящим асом в магии: посылала ударную волну, вперед бегущей конницы, призывала дождь из стрел или огня, насылала туман, который окутывал лишь врагов. Про нее стали ходить легенды, которые пугали имперских солдат и их союзников. Виктория стала верить в победу, видя и слыша о достижениях их стороны. Девушка поверила в то, что есть истинный наследник, о его подвигах ходила слава. Его армия, с помощью других государств, отвоевала треть Империи, не считая колоний. Он все ближе пробирался к центру, ведя войско в столицу, куда шли и они. Однако пока их армии не встретились, воюя с другого бока, бок о бок с солдатами Намессии. Вариас утверждал, что если компания пройдет удачно, то вскоре они подступят к столице и возьмут ее и тогда императору Элестэю придет крах. Там она увидит истинного наследника.

Но Викторию разъедали противоречивые чувства: с одной - радость, с другой стороны ей было жаль Элестэя. Неужели для него все так ужасно закончится? Ведь повстанцы убьют его со всей жестокостью и позором. Это будет страшная для него смерть! Она не желала такого для него. Все-таки Элестэй был отцом ее ребенка, пускай об этом даже он никогда не узнает. Неужели столица падет?

Однако до нее было еще, ох, как долго! Империя была огромной, а они прошли лишь по ее 'краям'. Скорее всего, армия наследника будет раньше за них. Девушку это беспокоило, ей хотелось быть там, когда воины будут осаждать замок императора. Она думала, что сможет как-то добраться до Элестэя и убедить его скрыться, если он проиграет. Но больше ее волновал вопрос, а стоит ли того, чтобы его спасать?

За осенью пришла зима, наступили жуткие холода. Шел четвертый месяц войны, а Империя все не сдавалась, с каждым разом проводя все более и более удачливые акции. Постоянно вынужденные скитаться солдаты повстанцем не могли соперничать с хорошо подготовленной армией Империи, человеческие ресурсы которой постоянно пополнялись. Конечно, были и такие, что переходили и на сторону революционеров. Велась активная агитация с обеих сторон, люди были в панике и не знали, каким путем пойти. Многие бежали из сел, зная, какая участь постигла деревни, через которые прошли войска. Люди ломились в большие города, прося укрытия. Многим просто не хватало места и провизии, ведь каждый глава города знал, что рано или поздно настанет час оккупации. Отчаявшиеся люди, не находившие места в городе, вынуждены были переходить на сторону повстанцев или же скрываться в лесу.

Воины, среди которых была Виктория, стали терять веру. Частые войны сломили их, потери товарищей и беспрерывные переходы с одного места на другое, холодная, резко пришедшая зима - все это только усугубляло ситуацию. Лидеры пытались приободрить их пламенными речами, даже Виктория принимала участие. Вспомнив, что она менестрель, она каждым вечером, когда тот выдавался спокойным, играла на скрипке или же гитаре, приободряя солдат.

Однако удача казалось, отвернулась от них. Пришли вести гонцом, в котором он поведал, что союзная страна - Ватаск прямо на поле боя изменила истинному наследнику, переметнувшись на сторону Империи. Повстанческая армия была разгромлена. Но наследник успел спастись, что еще внушало надежду на победу.

Элестэй, хоть и лишался обученных солдат, беря в ряды все новых и новых призывников, все равно побеждал. У него все еще были преимущества: грамотные полководцы, советники, сильные, лучшие маги, оружие. Он обеспечивал своих воинов всем необходимым, тратя все сбережения. Что нельзя было сказать о потерявших боевой дух повстанцев, которые были вынуждены прятаться по холодным лесам.

Виктория тоже стала переживать. Ее живот значительно вырос, и с каждым разом ей все сложнее было выходить на поле боя. Возник страх за не рожденного ребенка. Это видел и Дэйнис. Он заявил Вариасу, что Виктория больше не может участвовать в сражениях. Однако и девушка, и лидер повстанцев опровергли его слова. Она ведь воевала издалека, что никак не повлияет на ее ребенка, магия защитит. Дэйнис был возмущен и не понимал такого поведения сестры.

Ближе к концу зимы почти весь земной шар был замешан в войне. У каждого были свои выгоды, кое-кто надеялся и то, что после свержения Элестэя Империя будет поделена. Но лидер революции, он же законный наследник, не намеривался сдавать свои позиции, четко идя к цели. Он обещал вернуть странам-союзницам земли, которые ранее принадлежали им, но были захвачены Элестэем. Также он обещал, что после удачной военной компании, все побежденные страны, которые выступали на стороне нынешнего императора, будут поделены между союзниками. Это устраивало государства, и они радо воевали на стороне истинного наследника.

Столица была все ближе, и это приободряло солдат, которые уже хотели как можно быстрее вернуться к семьям. Многие города Империи были завоеваны или разрушены.

С приближением к Элестэю Виктория чувствовала непонятное волнение. Было странное чувство желания того, чтобы главный бой не состоялся. Возможно, все дело было в ее беременности. Она стала более чувствительной и переживала из-за всяких пустяков. Даже Дэйнис стал более заботливым и волновался не только за сестру, ну и за будущего племянника. Он смирился с мыслью, что Виктория хочет его оставить и теперь не хотел, чтобы она потеряла ребенка. Это могло сломать ее!

– Мы скоро будем осаждать Уривий, город находящийся недалеко от столицы. Есть вероятность, что к нам присоединится и истинный наследник. Так что, не думаю, что эта копания пройдет с провалом. Еще чуть-чуть и император будет сломлен!

В палатку к Виктории зашел Дэйнис. Он был серьезен, как никогда. Сложив руки на груди, он выдавал все новости, с торжественностью и строгостью. Виктория знала, что последует далее: брат попытается уговорить ее остаться и не воевать. В последнее время он пекся о ней, что не могло не радовать ее, однако повышенная забота с его стороны утомляла девушку.

– Викки, я прошу тебя, не иди с нами. Останься в деревне!
– Менестрель оказалась права, и брат снова перешел на ее 'проблему'.

– Нет, Дэйнис, я пойду с вами, - уверенно заявила Виктория, проговаривая каждое слово и пытаясь показать свою решительность. Юноша тяжело вздохнул, прикрывая лицо рукой.

– Нет, Виктория, ты все-таки дура! Ты хочешь проблем?

– НЕТ!
– Возмутилась девушка, приподнимаясь с импровизированного лежака. В последнее время ей все больше и больше хотелось спать. Возможно, Дэйнис был и прав и в ней говорит всего лишь ее упорность? Но если она останется, то никогда не дойдет до столицы и будет в неведенье все это мучительное время.

– Ты пойдешь с нами, но воевать не будешь!
– Сдался Дэйнис, сразу понимая, как уговорить сестру.
– Ты останешься в деревне, пока солдаты будут воевать, а после ты снова отправишься с нами.

– Ты обманешь меня!

– Нет, - покачал головой юноша.
– Ведь твоя жизнь зависит не только от меня, но и от Вариаса. Как это ни противно, то он считает тебя важным стратегическим объектом. Вот почему я был за то, чтобы ты избавилась от ребенка! Но раз это твое желание... В общем, ты должна переждать, а дальше снова будешь с нами. Ведь иначе Вариас не согласиться оставлять, где ни было 'стратегически важный объект'. Мало ли кто о тебе узнает?

Виктория нахмурилась, ей не нравились такие сравнения брата, но они были верны. Так что Дэйнис был прав и сделает, так как сказал, даже если не хочет. Девушка понимала, что сам бы юноша, будь его воля, спрятал ее в какой-то деревне, пока не закончится война. Однако он подчиняется Вариасу и это факт.

Недолго думая, Виктория согласилась на условия брата. Ведь она и вправду уже не могла воевать с таким животом. Как-то родить на поле боя ей не хотелось. Да и так, мало ли что?

***