Чтение онлайн

– Разве ты ничего не можешь сделать? – спросила ее мать. – Будет неловко, если ему придется идти к врачу в таком состоянии.

Сьюзан усмехнулась.

– Он бы не был в таком состоянии, если бы не ты. Разве ты не видишь, что здесь происходит? Он пьет вместо еды, и слишком сильно похудел, и что-то сильно не так с его здоровьем. Не имеет значения, связано это с выпивкой или нет. Я не могу ему помочь, потому что не знаю, что случилось. Мы должны доставить его в больницу.

Она наблюдала за тем, как выражение лица матери сменилось на гневное.

– Ты думаешь, что это моя вина? Все, что я когда-либо делала – это заботилась обо всех! А взамен я становлюсь ужасным садистом, который разрушает жизнь каждого.

– Не изображай из себя жертву, мама. И не притворяйся, что мы говорим о чем-то другом. Сейчас я сосредоточена только на одном, и это именно тот факт, что папе нужно лечиться, иначе он умрет прямо здесь, в этой кровати. – Сьюзан устала от эгоизма и самодовольства матери. Все в мире должно было вращаться вокруг нее, и если бы это внимание сосредотачивалось где-то еще, женщина нашла бы способ привлечь его на себя. – Итак, ты можешь помочь мне отвести его в мою машину? Тебе даже не нужно ехать с нами, если тебе стыдно от того, что тебя увидят с ним.

Но мать просто скрестила руки на своей груди и отвернулась.

– Я не собираюсь тебе помогать. Обострится мой радикулит, и тогда я попаду в больницу.

Отец хлопнул своей рукой по руке дочери.

– Все хорошо, дорогая. Я не хочу ехать в больницу. А лучше просто умру здесь. Налей мне еще виски, и я буду пить до тех пор, пока не перестану дышать. Тогда твоя мать сможет позвать коронера, который вынесет меня, и тогда никто из вас не повредит свою спину.

Сьюзан яростно оттолкнула отца, поднялась на ноги и выбежала из комнаты. Она полезла в свой карман, когда выходила. Мать бросилась за ней следом.

– Что ты собираешься делать?

– Звоню 911. – Девушка собиралась помочь отцу, независимо от равнодушия и невротического поведения матери.

– Не вздумай этого делать! Я не хочу, чтобы эти люди появились в моем доме!

Девушка резко развернулась, и мать чуть не налетела на нее.

– Эти люди? Мне неприятно тебе об этом говорить, мама, но я одна из них. Это мой долг как медика, не говоря уже о том, что я его дочь, и должна помочь. Если ты встанешь на моем пути, я запру тебя в гостиной до тех пор, пока все не закончится.

Ее мать раздраженно пыхтела и издавала возмущенные возгласы, но, в конце концов, просто зашла в ванную и захлопнула за собой дверь, не сказав ни слова. По телефону ответил оператор, и Сьюзан попросила прислать скорую помощь, назвала адрес и свои координаты. Меньше чем через десять минут, приехала машина, Сьюзан и двое сильных мужчин перенесли ее пьяного отца на каталку, к которой крепко его привязали.

Ее мать вышла в последнюю минуту, с макияжем на лице и уложенной прической. Она забралась в заднюю часть скорой помощи, чтобы сопровождать мужа в больницу. Незадолго до того, как закрылись двери, женщина бросила на дочь взгляд, полный ненависти, и Сьюзан отвернулась от нее, чтобы закрыть дом, и села в свою собственную машину. Она не собиралась оставаться в доме, тем более, что мать могла в любое время позвонить Эмме, ее сестре.

Нет, она поехала в больницу, чтобы убедиться в том, что ее отца зарегистрировали, и что главный врач знает все обстоятельства, а затем ушла. Сегодня вечером Сьюзан нужно было работать, да и занятия она сегодня уже пропустила, и теперь отстанет от группы. А это было самое последнее, что ей было нужно. Она приедет к отцу позже, когда будут результаты анализов или какие-нибудь новости.

Вместо того, чтобы поехать домой, девушка отправилась на станцию, решив, что будет сидеть там с сотрудниками, которым она нравилась на самом деле, чем психовать дома одной до тех пор, пока не начнется ее смена.

ГЛАВА 2

Девять мужчин восседали в Зале Суда, как его называли «Стальные Когти», и Джим занял свое место в другом конце Зала, положив ноги на старый дубовый стол, который занимал в комнате главенствующее место. Когда он оглянулся, то увидел такие же мрачные лица, как и у него. Все, кроме Ари, предчувствовали то, что висело над их головами, и Уэйду, определенно, не нравилось направление, в котором двигался клуб.

Если бы Ари не настаивал на том, чтобы появиться на вражеской территории из жадности и не выслушал некоторые идеи, которые браться предлагали для новых инвестиций, они не оказались бы в этом положении. Но как бы то ни было, их судьба находилась в руках Речончо и всех его приспешников из «Диаблос». Десяти процентов выручки было недостаточно, чтобы удовлетворить любого, кто рисковал. Джим бы в одно мгновение плюнул на такую договоренность, и он также знал, что было ошибкой отправлять Саузу обратно, чтобы попросить его Президента согласиться на их условия.

Полмиллиона долларов фальшивых денег каждые две недели, когда федералы уже искали преступников, и было бы рискованно зарабатывать на этом жалкие десять процентов. Если бы Джим был на месте «Диаблос», он бы потребовал двадцать. Но Ари был жестоким сукиным сыном, и он встал на его пути, да Джим и был не единственным, кто думал о том, что тот целенаправленно пытался начать войну.

Мик закрыл за собой дверь и все девять байкеров сели. Ари откашлялся, и Джим закурил. Ему нужен был никотин, который помог бы сохранить мир на этой встрече.

Ари наклонился в кресле и сказал:

– Мы все знаем о том, почему мы здесь. Эти чертовы «Диаблос» потребовали какой-то компенсации, если мы будем туда-сюда ездить.
– В лучшем случае, это была искаженная версия правды, и Боксер, который сидел слева от Джима, предупредительно положил свою руку на руку Уэйда, чтобы удержать его от спора. Ари продолжил: - Я использую ситуацию и пытаюсь облегчить наш собственный фактор риска. Я сказал им, что, если они будут встречать нас на полпути на каждом прогоне и заберут не готовую продукцию до конца пути, а затем вернуться и отдадут готовую продукцию на той же половине пути, они заработают себе десять процентов наличных денег. Сауза высказал небольшое недовольство, но он вернулся с ним домой, к Речончо, и я надеюсь, что тот разберется.

– А если нет? – спросил Типпер. Он был невысоким и мало что говорил, но был умен, и Джим видел, как у того в голове крутились «шарики». Типпер уже знал ответ.

Ари широко развел руками, как будто результат находился вне поля его контроля.

– Я делаю все, что могу. Но боюсь, что будет война.

– Не могли бы мы просто выслушать их и найти золотую середину? – прозвучало от Донни, который обычно не говорил. Это удивило Джима. – Я имею в виду, что мы уже все финансируем, и теперь с маленькими суммами будет лучше, мы запустим их в любом месте. Насколько плохими могут быть их требования?

Ари сдвинул брови, и Джим мог бы поклясться, что почувствовал, как мужчина вспылил.

– Ты знаешь правила, Донни. Если отступим на дюйм, они вернутся и замахнутся на милю. Мы не можем сейчас начать переговоры.

Джим усмехнулся.

– Это смешно, потому что, если мы собираемся пережить войну с людьми Речончо, нам придется вести переговоры с «Diamondback», чтобы получить огневую поддержку.
– «Diamondback» поставляли оружие из Вайоминга. Расстояние между двумя клубами удерживало их друг от друга, но «Когти» никогда и не были особенно дружелюбны с воинственной группой.