Чтение онлайн

Его улыбка ржавым гвоздём царапает кожу. Задевая старые раны, и безжалостно проникая глубже и глубже. Её длинные пальчики у него на груди, его рука на тонкой талии.

Задыхаюсь.

Не верю!!!

Коррозия сливается с кровью, отравляя и разрушая все органы. А он беспощадно царапает больше и больше, исполосав безобразными узорами тело, тёплым взглядом, обращённым другой, заливистым смехом и очередной улыбкой.

БЕСПОЩАДНЫЙ!

Пульс бьёт так, что все голоса и музыка звучат фоном, а потом и вовсе исчезают, заменяя себя приглушённым голосом с экрана. Он загорается в тот момент, когда я на автомате хватаю с барной стойки подарок, и на ватных ногах решаюсь двинуться вперёд. А может всё это происходит чуть раньше, просто я не заметила. Выпала из реальности.

Медленно иду.

К нему… К ней.

Лица присутствующих расплываются. Улыбки искажаются и кажутся уродливыми. Всё их внимание обращено к говорящему с экрана справа. Наверное, это очередной "друг", решивший поздравить Сашу особым способом. Они смотрят на экран, а я на них.

На счастливую парочку превращающую моё сердце в прах. В горстку пепла, которую осталось лишь развеять по ветру.

— Саша…

Его имя застывает на губах инеем, когда он встречает меня равнодушным холодным взглядом. Внутри всё трещит, надламывается.

Он наклоняется к блондинке и шепчет что-то на ухо. Она встаёт, но не уходит, садится рядом, а он подаётся вперёд упираясь локтями в колени. Впивается в меня немигающим взглядом. Сверлит и сверлит им.

Ну же, скажи, что это глупая неудачная шутка? Я пойму. Где тут скрытая камера?

Но Саша молчит.

Его лицо — маска. Безжизненная. Жестокая. А он — чужой. В нём нет того тепла, что я всегда чувствовала.

Между нами стена.

— С днём рождения! — произношу безжизненным приглушённым голосом.

Погибаю. Полюбуйся, любимый…

— Ты зачем пришла? — хлестко бьёт словами. В голосе сталь. — Я ведь просил. Решила испортить мне веселье?

Веселье?

Ещё удар.

Отшатываюсь. Отхожу на шаг, а он напротив, встаёт. Возвышается надо мной недовольный и жёсткий.

Ещё шаг. Коробка летит из подрагивающих пальцев к его ногам, но он, лишь лениво взглянув, переступает через неё. Прожигает взглядом. Наступает на меня. Ближе и ближе.

— Ты ведь умная девочка, Кристина. — щурится, скалится. — Почему не послушалась? — нас разделяет метр, а я стою как вкопанная, дезориентированная его вопросом. — Неужели так сложно услышать меня? Сложно поступить так, как я хочу?

— Я не понимаю…

Выискиваю в его взгляде хоть что-то прежнее, но там лишь арктический лёд.

— Объясни, Саш, — мой голос дрожит и звучит жалко.

— А что тут непонятного? — криво улыбается, начиная нервно посмеиваться. — Ты здесь лишняя.

Удар. Всё вокруг начинает кружиться. Воздуха не хватает, становится душно. Поворачиваю голову влево, сглатывая вязкую слюну.

Главное не разрыдаться.

На нас смотрит не далеко стоящий шокированный Егор, к которому подходят Влад с Яной. Отворачиваюсь. Не хочу их видеть, не хочу осознавать, что они стали свидетелями такого. Поворачиваюсь вправо. В десяти метрах от нас гости, парень в черной маске на пол лица вещает в экрана, ди-джей за аппаратурой. Слышу аплодисменты, вздрагиваю. Дышу чаще. Молодежь поддерживает парня в маске. О чем он говорит? В ушах звучит лишь голос Саши.

— Понимаю, решила, что ты особенная? Так ведь? Но тебя вообще не должно быть на этом вечере. Ты должна сидеть у себя дома, в мягкой пижамке, смотреть какой-нибудь сериал и ждать завтрашней встречи со мной.

Больно. Как же больно!

Замечаю бармена протирающего бокалы, Петра с Ольгой, официантов, снова диджея, блондинку, парня, которого встретила в ходе, снова блондинку, Сашины глаза… Калейдоскоп обрывается. Он стоит впритык.

— Если б ты послушала у нас всё было бы хорошо. Поэтому, хотя бы сейчас… я попрошу еще раз — уходи.

Уходи…

Весь воздух вышибает из лёгких.

Нет, это не гвоздь, практически любя и с особым трепетом всё это время проходился по телу, я ошиблась, в его руках острый нож.

Которым он исступленно наносит удар за ударом.

Бьёт и прокручивает рукоять, бьёт и прокручивает, бьёт и прокручивает.

Раз за разом. Ещё и ещё.

Стой! Прошу, остановись!

Неужели ты не видишь, что я кро-во-то-чу!!!

УМИРАЮ У ТЕБЯ НА ГЛАЗАХ!

Неожиданно, касается моих волос, заставляя вздрогнуть, невесомо и нежно. Всего секунда и он отдергивает руку, словно совершил оплошность, позволив себе лишнего.

Ну же, воскреси меня! Ты ведь можешь.

И смотрит по-другому, с печалью и сожалением, недосказанностью, восхищением, страстью, снова с грустью и болью, с яростью…

Не понимаю. Запуталась. В них столько эмоций. Или всё это я только придумала?

В его глазах читается "прости", но губы снова шепчут "уходи".

Уходи. Уходи. Уходи!

Покачиваю головой отрицательно. Смотрит поверх головы. Дышать начинает тяжелее и чаще. Сглатывает, губы сжимает. Злится.

— У-хо-ди… — произносит сквозь зубы.

— Саша…

— Ты нихрена для меня не значишь! — яростно добивает.

Свет погас.

И бабочки, что всё время летали, сложили крылья.

Внутри пустота.

Мертва.

— Нихрена! Мы не плохо провели время вдвоём. Я помог. На этом моя функция исчерпана. — разводит руки в стороны. — Думаю дальше что-то говорить не имеет смысла. Ничего не значишь, Кристина, просто одна из…

Щелчок в голове, и пронзающая боль в руке. Костяшки на пальцах пульсируют.

Не даю договорить. Бью вместе со скатившейся по щеке слезинкой.

Безжалостный!

Беспощадный палач, равнодушно скинувший меня в пропасть.

Моей души больше нет.

В последний раз гляжу на его кривую, окровавленную улыбку, запоминаю холод в глазах.

В последний раз.

Прощай…

— Что за дичь ты творишь? — к нему подбегает Влад, хватает за грудки, орёт.

Слышу очередные аплодисменты, овации. Звуки ударов. Маты. Крик.

— Кристина. — голос Егора близко, но я не оборачиваюсь. Иду к выходу. Быстрее. Перехожу на бег.

Не могу больше слушать.

Не могу дышать.

Не хочу здесь находится.

Мамочка, как же больно. Разве я выдержу?

Поднимаю глаза к звёздному небу.

Мамочка…

Ловлю такси. Запрыгиваю. Прошу ехать, не важно куда. Просто подальше отсюда.

Это конец. Мамочка… Это конец. Теперь тьма точно поглотит меня.

Крид

Что такое любовь?

Обман? Иллюзия? Дар свыше?

Банальный вопрос, на который мне всегда было чертовски тяжело ответить. Когда ты купается в бесконечном обмане, видя перед глазами худший вариант этого непонятного чувства, выслушивая слащавые слова, которыми поливают тебя как из рога изобилия, без сомнений, начинаешь выбирать первые два варианта.