Чтение онлайн

— Отпусти ее, — приказывает Эллиот.

— Кто ты, черт возьми, такой? — спрашивает наркоторговец, наконец выходя из библиотеки, чтобы посмотреть, из-за чего весь этот шум.

— Я тот человек, который заберет Бриэль у вас, жалкого подобия людей, и будет лелеять ее так, как она того заслуживает.

Слезы наворачиваются на глаза и стекают по моим щекам, когда зеленые глаза Эллиота находят мои.

Я вырываю руку из мертвой хватки матери и бегу к моему угрюмому, милому, идеальному мужчине-горцу. Я почти в его объятиях, когда что-то тянет меня назад. Это гребаный наркодилер, он хватает меня за волосы и запрокидывает голову назад.

Эллиот рычит и бросается вперед, его кулак с приятным хрустом врезается в лицо моего похитителя. Он тут же отпускает меня, чтобы прикрыть свой теперь уже сломанный нос, из которого во все стороны хлещет кровь.

Я бросаюсь в объятия Эллиота, всхлипывая, когда он заключает меня в свои объятия.

— Ты со мной, — шепчет он. — Теперь ты в безопасности.

Я киваю, и он говорит мне идти к грузовику. Я почти протестую, но, честно говоря, я совершенно вымотана и не думаю, что смогу справиться еще с чем-то.

Когда я подхожу к машине Эллиота, я останавливаюсь и прислоняюсь к бочине, переводя дыхание. Никогда, ни за что, за все годы, что я разбиралась с маминым дерьмом, я не думала, что она способна на что-то подобное.

Я не могу точно слышать, что происходит внутри, но я верю, что Эллиот обо всем позаботится, как он и обещал. Несколько минут спустя он выходит из дома и спускается по ступенькам крыльца ко мне. В следующую секунду я оказываюсь в его объятиях, таю в них, пока он покачивает меня назад-вперед.

— Они покидают город, — шепчет он. — По крайней мере, на данный момент. Я буду следить за развитием событий, и если я получу известие о возвращении кого-либо из них, они знают, каковы будут последствия.

Я не прошу дополнительной информации. Мне это и не нужно. Возможно, я и помогла Эллиоту оправиться от травмы, но он единственный, кто находится рядом и поддерживает меня, когда я делаю последний шаг к разрыву отношений с матерью.

— Я доверяю тебе, — говорю я ему, прижимаясь еще теснее. — Спасибо тебе, Эллиот. Спасибо, что пришел сюда, спасибо, что спас меня. Не знаю, что бы я делала, если бы ты не появился. У меня был недоделанный план сбежать отсюда, но я не думаю, что из этого получилось бы что-то хорошее.

— Я просто рад, что добрался сюда до того, как они смогли причинить еще больший ущерб. Ты ранена? Я должен был приехать раньше. Черт, мне вообще не следовало тебя оставлять.

— Эй, — молвлю я успокаивающим голосом. Я кладу руку ему на сердце и заглядываю в эти бездонные глаза. — Мы здесь, вместе, прямо сейчас. Это все, что имеет значение. — Эллиот соглашается и целует меня в макушку, прежде чем открыть дверцу грузовика.

— Давай уедем отсюда, солнышко. Пора отвезти тебя домой, туда, где тебе самое место.

— Домой, — повторяю я. Эллиот грустно улыбается мне, затем перегибается через меня, чтобы пристегнуть мой ремень безопасности. Часть меня хочет сказать ему, что я могу пристегнуться сама, но еще большей части меня нравится, что он и так заботится обо мне.

Он запрыгивает на водительское сиденье и заводит грузовик. Когда Эллиот направляется по извилистой подъездной дорожке, ведущей к единственному дому, который я когда-либо знала, на меня нисходит умиротворение. Вот и все, что это было. Дом. Большой, несносный, безвкусный дом, который больше походил на музей, чем на дом родной. Но с Эллиотом... Я представляла, как буду жить с ним в его хижине и буду довольна до конца своих дней.

Я вздыхаю, чувствуя, как мои мышцы расслабляются одна за другой по мере того, как мы удаляемся от моего старого дома. Эллиот кладет руку мне на бедро, как будто ему нужно как-то прикоснуться ко мне. Я перегибаюсь через консоль и целую его в плечо, прежде чем прижаться к нему щекой.

Эллиот удовлетворенно мурлычет, заставляя меня улыбнуться. Это начало всего, я просто знаю это.

Эллиот

Как только мы заходим в хижину, я подвожу Бриэль к дивану и прижимаю ее к себе. Она слегка дрожит, адреналин, накопившийся за день, все еще не выветрился. Я обнимаю ее все это время, ничего не говоря, просто позволяя ей чувствовать то, что ей нужно.

Когда моя милая девочка поднимает голову, уткнувшись мне в шею, я вижу остатки слез в ее ясных голубых глазах.

— Милая, — шепчу я. — Ты можешь рассказать мне, что произошло? Когда я зашел за тобой, секретарша в приемной сказала, что ты заболела.

Бриэль кивает.

— Моя мама ждала меня, когда я пришла в свой офис. Когда я не вернулась домой на все выходные, она, должно быть, послала своего наркодилера шпионить за мной или что-то в этом роде. Она каким-то образом узнала о нас. После того, как она наорала на меня и разорвала на части за то, что я шлюха, она пригрозила позвонить моему боссу.

— Я понятия не имел, что наши отношения ставят под угрозу твою карьеру. Я имею в виду, что, наверное, какая-то часть меня понимала, что это против правил, но я решил, что как только закончу свой последний сеанс, все будет в порядке.

— Честно говоря, я не уверен в правилах взаимоотношений между клиентом и медицинским работником, но я уверена, что то, что мы сделали — в моем кабинете, ни больше ни меньше — было нарушением правил. Я должна была заподозрить ее в блефе или просто на пару секунд остановиться и подумать о том, что она говорит. Я уверена, что у нее нет доказательств, и я действительно не знаю, сделала бы она что-нибудь, даже если бы и сделала. Моя мать точно не хочет привлекать внимание правоохранительных органов или военных к своему нынешнему образу жизни. — Бриэль переводит дыхание, когда я целую ее в висок. — Я была так потрясена, увидев ее, а затем тем, что она накричала на меня… Я была в странном настроении и просто последовала за ней к ее машине. Такая идиотка, — бормочет Бриэль себе под нос.

— Эй, — бормочу я. — Ты не глупая. Твоя мать манипулирует людьми и жестока, вдобавок к тому, что она наркоманка. Она бы сказала или сделала что угодно, чтобы получить очередную дозу, и, по-видимому, она это сделала. Боже, солнышко, мне так жаль, что меня не было рядом с тобой раньше.

— Это не твоя вина, — отвечает Бриэль, пристально глядя на меня. — Тебе не за что извиняться. Я знала, что моя мать выходит из-под контроля, и ничего не делала, чтобы остановить это, кроме нескольких разговоров, которые всегда перерастали в настоящую ссору. Это никогда не стоило потраченных сил. К тому же, каждый раз, когда я хотя бы намекала, что она слишком много пьет, моя мама тут же напоминала мне, что это все моя вина.