Чтение онлайн

Но вот когда врач объяснил, что с ней - сдержать злые, обиженные слезы было нереально.

Падение, как пояснил доктор, было хорошим знаком. В том плане, что она, видимо, во сне все-таки каким-то образом сумела пошевелить ногами, раз скатилась с пастели. Но упала она не очень удачно. Да и ее резкая попытка подняться тоже добавила проблем. Она как-то сумела защемить какой-то нерв, получить синяк на спине и... Что самое ужасное - те успехи в реабилитации, которых она добилась - их больше не было.

И вот этого было плохо. Очень. Ее мама еле смогла успокоить.

А теперь искренняя поддержка в глазах Стаса, вновь заставила ее всхлипнуть. Только слез уже не было, просто было горько и обидно. До боли, буквально.

– Эээй! Малыш, перестань, - Станислав мигом оценил ее состояние, и тут же оказался рядом, сжимая ее лицо в ладонях и большими пальцами гладя по щекам.

– Стас...

– Я рядом, солнце. И по-прежнему верю, что все получится. Ты ведь не собралась сдаваться из-за такой мелочи?!

Саша закусила губу. И с трудом удержалась, чтобы не сказать в ответ, что не видит смысла в том, чтобы 'не сдаваться'.

– Я не знаю, - вместо этого произнесла она.

– Саш, не смей!
– теперь уже Стас настойчиво пытался словить ее взгляд.
– Не смей мне даже думать о том, чтобы все бросить! Ты смогла, понимаешь, смогла добиться успеха. И да, я понимаю, что теперь тебе кажется, что все это зря! Но ведь не всегда у нас все получается и выходит сразу, порой, чтобы достичь цели, надо вот так вот 'упасть'. Но главное - это суметь потом подняться, понимаешь?! Суметь не отчаяться, а найти в себе силы двигаться дальше! И я точно знаю, что эти силы у тебя есть!

Саше одновременно и горько было подобное слышать, и в то же время - приятно. Поддержка любимого в этот момент и его слова - всколыхнули что-то внутри, возрождая уже погасшую надежду. И уловив это изменение в ее настроении, Стас продолжил ее убеждать:

– Саш, ну сама подумай! Не всегда ведь путь к успеху - прямой. Даже чаще всего, у нас по-настоящему что-то стоящее получается, когда мы преодолели проблемы, препятствия и трудности на пути! Вот ты когда писала свои картины... Не всегда удавалась сразу нарисовать то, что ты хочешь, верно? Но ты ведь не опускала руки? Вот и сейчас, солнце, я просто не позволю тебе сдастся!
– и видя, как Саша что-то пытается возразить, то ли шутя, то ли на полном серьезе заявил.
– Я тебя силком потащу на реабилитацию, если откажешься от нее сама!

Саша всхлипнула, теперь уже сама не зная отчего. И нет, она не испугалась, конечно, такой вот угрозы, но - в его слова поверила.

– Стас, ты не понимаешь... Не представляешь... Это столько месяцев - и все напрасно, - слезы все-таки не удалось сдержать.

Но Стас не растерялся, убрал их пальцами и наклонился к девушке, целуя ту в соленые губы.

– Я все понимаю. И верь, что сейчас трудно начать все заново, фактически, - после поцелуя прямо в губы зашептал Стас.
– Но, милая... пожалуйста, попробуй. Ради мамы, которая теперь винит себя, что оставила тебя на ночь. Ради меня, потому что мне очень хочется пройтись с тобой по... да не важно, главное - именно пройтись. И... Санют, ради себя. Вспомни, как тебе на выставке хотелось не сидеть в кресле, а стоять...

– Хотелось... И сейчас хочется. Не смотря ни на что...

– Ну вот! И неужели ты позволишь какой-то...мелочи, встать у тебя на пути?
– произнес Станислав, вновь возвращаясь к более шутливому тону, поскольку понимал, что больше давить уже опасно для психики Саши.

И действительно, от подобного тона, Саша, пусть и не совсем искренне, улыбнулась, а не разрыдалась. А спустя паузу, покачала головой в ответ на его слова.

– Не позволю. Ты прав, это просто еще одно испытание. И его тоже надо преодолеть.

Стас почувствовал искреннее облегчение. И будто груз с плеч упал, состоящий из треволнений последних часов, которые начались с момента, как ему позвонила Вероника, сообщая о состоянии Санюты. Что тогда с ним было, описать трудно. И страх за любимую, и боль от понимания того, что она испытывает, и сожаление, и ... Уф, чего только он не пережил, пока спешил к ней в больницу.

И только сейчас, когда он убедил ее не сдаваться, когда ее состояние отдалилась от депрессивного, он успокоился. С большего, по крайней мере.

– Вот и умница. Значит, через пару дней, когда это разрешит твой врач, сюда приедет твой реабилитолог. И вы продолжите работу прямо в этой больнице, тем более, что подходящий зал тут есть.

– Стас!

– Что?
– невинно пожал плечами.
– Надо было заранее всё решить. Не думала же ты, что я все пущу на самотек и оставлю тебе хоть малейшую лазейку в уклонении от реабилитации?

Саша только головой покачала, потому что на миг...коротенький совсем миг она эту лазейку действительно искала и уже продумывала, сказать о том, что пока надо отложить работу, ведь она не сможет ездить в центр, пока тут лежит... Но Стас явно предусмотрел все, в том числе и пути отступления. И качественно их перекрыл.

Зато теперь Саша саму себя отругала за то, что искала эти пути.

– Тоже мне - стратег, - проворчала девушка.

Стас только улыбнулся. И быстро перевел тему:

– Маму позвать? Скажешь ей заодно о решении все продолжить.

Глубоко вздохнув, Саша кивнула.

– Зови. Заодно и убедим ее, что в случившемся она точно не виновата...

Вероника зашла в одноместную палату дочери, которую ей выделили благодаря денежной 'просьбе' Владислава, и присела на стоявший рядом стул, видимо, оставленный Стасом. Сначала и она, и Саша молчали, но тут девушка выдала:

– Мам, я сказать тебе хотела... я ведь здесь долго пробуду, так что, если хочешь, может приглашать к нам Влада, ну или оставаться у него на ночь. Я не возражаю.

– Саш! О чем ты сейчас только думаешь?!
– шикнула женщина.

– Мама, я серьезно. Не хочу, чтобы ты винила себя, в том, что оставила меня на ночь одну.

– Но ведь, если бы я осталась дома, ничего этого не случилось бы...

– Мам, я упала не потому что тебя дома не было, а из-за того, что реабилитация давала свои результаты, - перебила девушка самобичевание матери.
– Или раз так получилось, мне нужно прекратить заниматься реабилитацией?