Чтение онлайн

Я сажусь на твердую гальку, вздрагивая от того, как много усилий для этого требуется.

– Ты веришь Сорче?

Фейри не могут лгать, но я научилась тому, что у них есть множество способов интерпретировать правду. Они мастера умалчивать или говорить правду, не раскрывая наиболее важную информацию, чтобы обмануть людей, доверившихся им.

Киаран обдумал мой вопрос.

– Правда может быть рассказана частично. Если Лоннрах действительно нашел способ забрать твою силу, она придумает, как использовать это знание для себя, - он откинулся назад на руках, выглядя непринужденно, несмотря на ледяной ветер.
– Похоже ее брат больше не доверяет ей в принципе.

Волны плещутся вокруг нас, их сила сбивает камни вместе, снова и снова. Несмотря на холод, Скай умиротворяет. Сейчас тихо, значит mortair ушли.

Киаран закрыл глаза. Вода капает с его волос на открытое пространство у ворота. Не могу ничего поделать, но я думаю о его словах, когда он тащил меня сквозь волны.

“Я буду здесь, рядом с тобой”.

Киаран открыл один глаз.

– Ты пялишься, - прозвучало как обвинение.

Я не отвела взгляда.

– Я должна рассказать тебе кое-что.

– Звучит слегка зловеще.

– Что бы Лоннрах не искал, - сказала я, - он знал, что найдет это на Скае от меня. Из моих воспоминаний, - произнесла я быстро, прежде чем Киаран мог ответить.
– Деррик, рассказывал мне, что его дом был на этом острове, поэтому я думала, что Лоннрах ищет город, - я наконец-то отвернулась.
– Я не предполагала, что это может быть, что-то другое, пока Сорча не сказала нам.

Что бы ему не потребовалось, чтобы забрать твои силы, оно на этом острове. Это то, что я знаю.

Киаран надолго замолчал. Затем нежно сжал мое запястье, чтобы приподнять рукав вверх. Его пальцы скользнули по углублениям от укусов.

Я фактически захотела показать ему каждое из моих воспоминаний. Там так много о нас двоих. Наша охота запечатлена на моей коже, история о том, как мы прошли путь из простых партнеров до … этого. Чем бы это ни было.

Сосредоточься.

– Как думаешь, Деррик что-то знает об этом?
– спрашиваю я его.

– Нет, - говорит Киаран.
– Что-то, что может украсть силу, должно быть древним. Еще до его появления, - его пальцы поднялись вверх, к следующему укусу.
– Пиксибыли когда-то защитниками определенных реликвий. Только они были достаточно сильными sithichean, чтобы защитить объект, но не использовать его. Некоторые знали, где живут пикси. Тогда ходили слухи, что они закопали свои реликвии по всему острову, - он поднял свой взгляд на меня.
– То, что ищет Лоннрах - эта та же причина, по которой я пришел сюда тысячи лет назад. Я уничтожил дом твоего пикси, чтобы найти это.

Я резко отпрянула от его касаний. Не могу ничего поделать с появившейся виной из-за того, что забочусь о ком-то, кто сделал так много, чтобы причинить боль кому-то, кого я люблю. Киаран больше не Кадамах. Больше нет. Но я ничего не могу сделать с тем, что, когда я забочусь о Киаране, я как будто предаю Деррика. Как будто я тоже причиняю ему боль.

– Что же это тогда?
– мой тон даже более жестокий.

Я не пропускаю, как выражение Киарана становится более холодным, как будто он почувствовал, что я отстраняюсь. Теперь и он отстранился от меня.

– Среди моего вида, - сказал он почти механически, - ходят истории о первом sithichean королевстве, которое было построено раньше других миров, кроме этого. Это было место огромной силы, созданное старой магией, которой больше нигде нет, кроме каку Кайлих.

Кайлих. Имя заставляет меня вспомнить, что Лоннрах говорил мне в тюрьме.

Никто не видел Кайлих тысячи лет.

Киаран заговорил снова прежде чем я успела обдумать это.

– Враждебность между сторонами достигла высшей точки и вылилась в войну, которая разрушила королевство и привела к созданию отдельного мира. Они говорили, что кристалл находится все еще здесь, где-то спрятанный. Полный старой магии.

– Ты так и не нашел его?

Он покрутил головой.

– Но если Лоннрах узнает где он, он использует его, чтобы забрать твою силу и убить Благого и Неблагого правителей.

“Наследники, которых она оставила править… недостойны. Без правителя вSith-bhruth будет зима. Кто-то должен занять ее место”.

Я должна знать.

– Зачем ты искал кристалл?

Киаран не сразу ответил.

– Я был Неблагим, Кэм. Как ты думаешь?
– Его глаза стали дикими, жестокими.
– Я хотел найти его для того, чтобы убить Благую Королеву.

Мое дыхание сбилось. Прежде чем я смогла ответить, я услышала Эйтиннэ.

– Так, вы двое собираетесь просидеть здесь весь день или мы вернемся в город? Не знаю, как вы, а я голодна.

Я поворачиваюсь, когда Эйтиннэ выскакивает из-за камня, который выпирает под утесом. Она приземляется с мягким глухим звуком, выглядя очень довольной собой. Ее одежда влажная, с волос капает, каждый дюйм ее покрыт песком. И это кажется ее нисколько не волнует.

Эйтиннэ проложила свой путь по большим пляжным валунам прямо к нам, ее движения изящны.

– Вы выглядите несчастными.

– Я замерзла и промокла, -сказала я.
– Я ощущаю себя несчастной, и мой мушкет, вероятнее всего, уничтожен водой. Не нужно указывать на очевидное.

Она взглянула на своего брата.

– Я полагаю, твое лицо только придерживается сказанного?

Киаран поднялся на ноги, и я сделала то же самое.

– То, что ты видишь - это постоянный, серьезный вид кого-то в обличии твоего брата.

– Ха-ха, - Эйтиннэ сосредоточила свое внимание на мне, наклонив голову.
– Знаешь, у меня был kyloe, которая смотрела на меня точно, как ты сейчас. Ее волосы были похожего цвета и все такое прочее.

Я взглянула на нее.

– Ты же сейчас не сравниваешь меня с коровой?

– Нет, нет. Я сравнила выражение твоего лица с ее. Коровы, действительно, такие изумительные создания, не так ли?
– усмехнувшись, она сказала: - Не переживай, я исправлю это прямо сейчас!

Прежде чем я успеваю возразить, она кладет свою руку на мое плечо. Ее сила накрывает так неожиданно, такая сильная, что у меня сводит живот. Я разрываюсь от подавляющей, неприятной сладости на моем языке. Когда все отступает, я понимаю, что моя одежда высохла, волосы высохли, и мне тепло - как будто я только что вышла из солнечного света в теплый летний день.

Я выпрямляюсь с угрюмым видом.

– Ты могла бы спросить.

Эйтиннэ начала идти к той части, что проходит между утесами, Киаран и я последовали за ней.

– Ты сказала бы “нет” из чистого человеческого упрямства, и заболела бы на пути назад этой … этой… как вы называете ее?

– Истощением, - сказала я, поднимаясь по пути.
– Уверена, мне надо подремать.

Она не слушает. Щелкает пальцами.

– Пневмония! Точно. В любом случае, ты бы заболела и умерла, тогда где были бы мы? Не за что.