Исчезнувшая клятва
Шрифт:
Самым страшным был момент, когда требовалось обновить Силовое Поле. Все корни, все скелеты давно бросили его друзей и теперь всей массой наваливались на него. Да, у него есть Призрачное Возмездие, но он не должен прерывать свою атаку, иначе дерево вернётся на место. И потому, отсчитав заветную 16-ю секунду, он вызвал Системное окно:
Полиморф!
Силовое Поле!
Сареф знал, что своего момента ждёт скелет в шутовском колпаке, и потому отдал первое умение на слив его Сбою Концентрации. После чего сразу же использовал на себя второй заряд Силового Поля. Но даже в ту половину секунды, что он проворачивал эту комбинацию, его достигло несколько ударов скелетов, плетей, его ладони проткнули несколько колючек и оставили кровоточащие раны…
И всё же Сареф продолжал давить. Теперь треск корней слышался почти постоянно, ветви Осины беспрестанно метались, обхватывали его, пытались отбросить, пронзить, выколоть глаза… бесполезно. Силовое Поле, она же Дробящая Темница — единственное умение, которое у него оставалось из далёкой, самой первой строки способностей. И вложенные в него силы окупались с лихвой. Теперь Сарефа окружала абсолютная защита, которую ничто не могло сдвинуть с места… но которую он мог двигать сам. И вот, ещё несколько томительных секунд… затем скрип, шум ветвей — и Осина с жутким грохотом и треском лопающихся корней завалилась назад и рухнула на землю…
И в тот же момент всё исчезло. Скелеты рассыпались прахом, корни бессильно упали, ветви поникли. При этом, как ни странно, у Осины до сих пор оставалось около сотни единиц здоровья. А в следующий момент раздался оглушительный треск.
Сарефа спасло то, что он до сих пор оставался в Силовом Поле, которое пропало 3 секунды спустя. А вот остальных этот «прощальный подарок» оглушил, да так, что все потеряли сознание. Сареф поспешно проверил Системное окно… Нет, всё в порядке. Они были живы, просто на какое-то время оглушены. Сареф направился было к ним, как вдруг остановился. Из воронки, откуда он вырвал Осину, исходили клубы тёмного дыма. Это продолжалось с десять секунд… после чего они приняли очертания четырёх женских силуэтов. Тех самых, которых Сареф пытался догнать во сне. К сожалению, Сареф не мог рассмотреть их внешности… это были просто чёрные тени, парившие в воздухе.
— Зачем…
— Зачем ты пришёл…
— Пришёл сюда, хотя тебе велели уходить…
Их голоса звучали отдалённым звенящим эхом, при этом они говорили то по одной, то все разом. И Сареф внимательно смотрел на них. Это был его шанс, узнать, наконец, что же здесь случилось.
— Вы — души Севрогандских Дьяволиц? — громко спросил он.
— Нет…
— Не души…
— Запереть души невозможно…
— Надолго невозможно…
— Он освободил нас и позволил уйти…
— Они свободны…
— Свободны…
— Тогда кто вы такие? — спросил Сареф.
— Память…
— Воспоминания…
— О том, что случилось…
— Едва не случилось, и не должно случиться снова…
— Память должна жить…
— Они должны думать, что всё осталось по-старому…
— Почему с вами это сделали? — спросил Сареф.
— Нельзя…
— Нельзя говорить…
— Нужно хранить…
— Нельзя использовать…
— Страшное… страшное…
— Я победил вас! — прорычал Сареф, теряя терпение, — я имею право знать ответ!
— Страшное…
— Страшное…
— Хотели доказать…
— Что достойны…
— Что сильны…
— Хотели увидеть…
— Тех, кого у нас отняли…
— Едва не погубили…
— Заслужили, заслужили…
— Это не ответ! — Сареф, взбешённый тем, какой цены ему едва не стоила эта победа, не собирался так легко сдаваться.
— Не надо…
— Не спрашивай…
— Чем больше будешь спрашивать…
— Тем чаще будут умирать…
— Те, кто тебе доверился…
— И однажды ты не успеешь…
— Этого исправить…
Сареф сощурился. Вряд ли они угрожали расправой здесь и сейчас. В общем же… об их словах можно подумать потом.
— В поместье драконов находится некто по имени Махиас, — сказал Сареф, — сын одной из вас. Он обезумел от горя и не может найти путь из звериного облика! Как я могу ему помочь?!
— Мой Махиас, — вперёд выплыла одна из теней, — воспоминания… воспоминания… Листушек мой ласковый… обратись к нему так… скажи, что мама обрела покой. Да… обрела…
— Могу ли я вам как-то помочь? — спросил напоследок Сареф.
— Не добивай Осину, — заговорили тени, — пощади… Твоё милосердие нам поможет… Сохранит память, но избавит её от страданий… Так будет лучше… Так никто не узнает…
— Хорошо, — кивнул Сареф, — я сделаю так, как вы просите.
— Спасибо…
— Спасибо…
— Береги нашего Махиаса…
— И награда…
— Возьми с собой эту награду…
С этими словами от лежащей Осины отломился небольшой сук и упал под ноги Сарефу. После чего четыре тени испарились.
Сареф, схватив деревяшку и убрав её в Инвентарь, бросился к своим спутникам. Обо всём, что он услышал, будет время подумать потом. Сейчас было главное — привести всех в порядок.
Наконец-то сошёл откат на Власть Жизни, и он повторно использовал умение на Йохалле. Наконец, у него запас здоровья вышел за отметку 10%, и он открыл глаза.
— Я уже умер? — тихо спросил он, — для посмертия у меня слишком сильно болят шея и жопа.
— Не дождёшься, — фыркнул Сареф, на которого только сейчас начали волнами накатывать страх и осознание того, до чего едва не дошло дело.
— Жаль, — прокомментировал эльф, — это было бы очень красиво и очень трагично. Мне бы хотелось уйти из жизни так, чтобы другие это запомнили.