Чтение онлайн

– Нэнси? – шепнула она в микрофон микрорации.

Аусонио ответила с дрожью в голосе:

– Диана, она мертва. Я все перепробовала.

– Он все еще в зале. Я его слышу.

– Ну, так давай его брать. – Голос у Аусонио окреп.

– Нет, подождем подмогу. Ничего не предпринимай.

Тут она услышала, что мужчина крикнул:

– У меня здесь девушка. Только суньтесь, я ее прикончу.

– Мы не собираемся этого делать, – прокричала Францискович, – но и вы никого больше не трогайте.

В зале прогремел выстрел.

– Это ты? – крикнула Францискович в микрофон.

– Нет, – ответила напарница. – Думаешь, он ее пристрелил?

– Не знаю. Откуда мне знать?

– Диана, – прошептала Аусонио, – надо проникнуть в зал.

Перед Францискович вновь возникла жуткая картина: двери в коридор открываются, и бледный свет падает на посиневшее, холодное, как зимние сумерки, лицо жертвы.

– Скажи охраннику, что нам нужен свет в коридоре.

– Включит, как только скажу, – через пару секунд сообщила Аусонио. – Готовность на счет “три”. Считай.

– Раз. – Францискович вцепилась в ручку. – Два. Три!

Она ворвалась в зал в тот самый миг, как яркий свет залил коридор.

– Ни с места! – крикнула она в пустой зал.

Францискович увидела около полусотни складных стульев.

Четыре или пять валялись на спинке и на боку, но это не походило на баррикаду, он их просто расшвырял. Справа была низкая сцена, на ней стояли усилитель и два динамика.

Помещение, в сущности, представляло собой герметически закрытый куб. Окон не было. Отверстия для вентиляции – всего сантиметров пятнадцать в диаметре. Никаких люков на сцене, никаких других выходов, кроме главного и пожарного, через который ворвалась Францискович.

– Эй, – громко окликнули их из коридора, и они разом обернулись. – Приехали “скорая” и полицейские. – Это был охранник. Он спросил: – Вы его взяли?

– Его здесь нет, – произнесла Аусонио дрожащим голосом.

Женщины стояли в оцепенении, безуспешно пытаясь понять, каким образом убийца скрылся из комнаты, из которой не было выхода.

– Он слушает музыку.

– Да нет, просто музыка играет сама по себе.

– Так значит, музыка? – пробормотал грузный, средних лет детектив Лон Селлитто, входя в спальню Линкольна Райма. – Интересное совпадение.

– Он полюбил джаз, – пояснил Том, – чем, должен признаться, меня удивил.

– Я же сказал, – продолжил Линкольн Райм капризным тоном, – что работаю, а музыка играет себе и мне не мешает. О каком совпадении ты говоришь?

Молодой помощник Райма кивнул на монитор с плоским экраном, установленный перед пневматической кроватью его пациента, и произнес:

– Ничего он не работает. Тоже мне работа – целый час глядеть на одну и ту же страницу.

– Команда – перевернуть страницу.

Компьютер распознал голос Райма и выполнил команду, перевернув на экране страницу “Научного обозрения по криминалистике”.

– Хочешь проверить, что я там вычитал? – ехидно поинтересовался Райм у Тома. – Расспросить о составе пяти самых ядовитых токсинов, найденных в лабораториях террористов в Европе?

– Нет, не хочу. Нам нужно заняться другим, – ответил помощник, намекая на функции организма, отправлять которые парализованным, каковым был Линкольн Райм, приходится с помощью тех, кто за ними ухаживает. – Вы бы, Лон, на минуту вышли.

– Конечно.

Пока Том со знанием дела исполнял свои обязанности, Линкольн Райм слушал музыку и думал: какое же это может быть совпадение?

Через несколько минут Том пригласил Селлитто в спальню.

– Ну, Линк, как я, по-твоему, выгляжу? – спросил детектив, обернувшись вокруг себя. На нем был мятый серый костюм из тех, что он обычно носил. – Сбросил больше семи килограммов. Рейчел посадила меня на диету. Тут вся хитрость в том, чтобы не есть жирного.

– Об этом давно всем известно, Лон. Итак? – Райм предлагал перейти к сути.

– Тут одно странное дело. В музыкальном училище выше по твоей улице Сентрал-Парк-Уэст с полчаса назад нашли тело. Боюсь, без твоей помощи нам не обойтись.

Селлитто изложил факты: убита студентка, убийца бежал через потайной люк, который пока не обнаружен.

– Что с местом преступления?

– Затоптать еще не успели. Может, попросим Амелию его обработать?

– Она будет занята еще минут двадцать или около того.

– Что у нее за дело?

– О, дело очень важное, – ответил Райм.

У нее потели ладони, кожа под копной огненно-рыжих волос, убранных под шапку, чесалась. Вдоль стены жилого дома скользнул полицейский в форме.

– Значит, так, ввожу в обстановку, – произнес он, приблизившись к ней. – За углом дома пустырь, там автомобиль, на котором пытались скрыться преступники, но потерпели аварию. Автомобиль врезался в мусорный бак и вышел из строя. Преступников трое. Они пытались удрать, одного мы взяли. Второй в машине, у него что-то типа охотничьего ружья. Он ранил патрульного.

– Ранение серьезное? – спросила Амелия Закс.

– Поверхностное.

– Третий преступник?

– Засел в квартире на первом этаже. – Кивок на дом. – Взял в заложницы беременную женщину.

Закс заметила на груди коллеги бирку с фамилией и спросила:

– Где наши, Уилкинс?

Молодой человек указал на двух полицейских, пригнувшихся за стеной в конце пустыря, и сказал:

– Еще двое перед зданием.

Она щелкнула “моторолой” и произнесла:

– Говорит пять-восемь-восемь-пять. Я на месте. Вызываю инспектора.

Ей тут же ответили:

– Говорит капитан семь-четыре. Докладывайте.

– Время десять тринадцать. Место – около дома номер шесть-ноль-пять на улице Деланси. Один из полицейских ранен. Требуется подкрепление, машина “скорой помощи” и ребята из ОЧС. Преступников двое, оба вооружены. Один захватил заложницу, нужен переговорщик.

– Вас понял. Конец связи.

– Переговорщика к дому не доставить, – возразил Уилкинс. – Стрелок все еще в машине.

– Я как раз им сейчас займусь, – ответила Закс.