Чтение онлайн

– Ладно сынок! Давай заноси мои вещи. Одежду отнесёшь наверх, а кухонные принадлежности сюда неси, я их по полочкам разложу.

Скоро они уселись у камина, и Парис зажарил на шампурах замаринованное заранее для шашлыка мясо. После сытного обеда все стали чаёвничать. Елена, сидя в кресле заснула.

– Уморилась. Может разбудить и проводить в спальню? – забеспокоилась Лина.

– Не надо. Она частенько так засыпает. Не будем беспокоить.

Поспав часок, Елена встала.

– Пойду лягу к себе.

Лина проводила её наверх.

– Для вас мы подобрали самую светлую спальню. Вам нравится?

– Вполне. Ты мне лучше покажи комнату моей будущей внучки.

– Она возле вашей. Такая же просторная и светлая.

– Ну молодцы вы у меня. Особенно ты хозяюшка. Отличный семейный очаг устроила. Всё со вкусом. Слов просто нет.

– Спасибо за добрые слова! Вы устраивайтесь. Я вам ещё одно одеяло положила. Комната не обжитая, если будет зябко, то накроетесь.

– Не беспокойся, доченька. Я вообще то не мерзлячка.

– Ну смотрите. После юга к здешнему климату можете сразу не привыкнуть. Да, туалет напротив.

– Уже видела. Ты иди, не беспокойся.

Лина оставила свекровь одну и пошла вниз, довольная, что так быстро поладила с бабушкой своей будущей дочурки.

– Какая уютная женщина твоя мать. Она меня уже доченькой назвала.

– Вот видишь, а ты беспокоилась.

– Я уверена – мы отлично поладим. Жить с такой свекровью – одно удовольствие.

– Не сомневайся. А заодно поучишься у неё всяким женским премудростям.

– Больше всего я хочу научиться вкусно готовить.

– Мама сама делает соленья, варенья, компоты, соки.

– Бог ты мой! Неужели я смогу всему этому научиться?

– Конечно сможешь. Глядишь – наша лисичка скоро превратится в запасливую белочку.

– Я согласна и на белочку.

– А пока ты лисичка, и я соскучился по твоей норке. Пошли в нашу спаленку.

– Пошли. Только ты не забыл, в каком я положении?

– Разве такое забудешь?

Они легли рядышком и Парис зарылся лицом в раздавшуюся грудь Лины.

– Они просто великолепны. Да и раньше были чудом, но сейчас полный блеск.

– Милый мой! Не могу же я ради твоих восторгов быть вечно беременной.

– Ну пока ты беременна, то мои восторги не возбраняются.

Вдруг снаружи раздался протяжный, холодящий душу вой.

Лина от страха крепко обняла Париса.

– Мамочки! Это воет та волчица у озера.

– Какая ещё волчица? – спросил Парис и хотел уже встать с постели.

– Ой, не уходи, я боюсь! – воскликнула Лина и ещё больше вжалась в плечо Париса.

– Почему ты думаешь, что это волчица?

– Мне об этом Ингрид рассказывала.

– Ингрид это та кассирша из торгового центра?

– Точно. Ты тоже её знаешь?

– А, кто не знает эту пигалицу с ужасными синими глазами.

– Вот именно. Она так на меня смотрит, что душа холодеет.

– Ну и что она тебе рассказывала?

– А то, что эта та волчица, у которой весь выводок утопили в озере. Вот и воет она там по ночам.

– Что ещё за байки а ля собака Баскервилей?

– Это не собака Баскервилей, а волчица колтушская. Ингрид говорит, что пока она не утащит какого- нибудь младенца, то не успокоится.

– Дура это твоя Ингрид. Только пугать умеет своими байками. Ты поменьше её слушай.

– А ты думаешь зачем я в твоё отсутствие в Питере у подруги жила? Напугала это Ингрид меня.

Парис освободился из объятий и подошёл к окну. Вой у озера стих.

– Вот сука!

– Не сука она, а волчица, – поправила его Лина.

Парис хотел уже сказать кого он имел ввиду, да промолчал и быстро нырнул к жене под одеяло.

Раннее утро обещало быть солнечным. Лина проснулась от вкусного запаха исходящего из кухни. Париса рядом не было.

Лина одела халат и спустилась вниз. Она застала Париса за разрезанием привезённой из Еревана бастурмы, которую свекровь жарила с яичницей.

– Какой вкусный запах! – воскликнула Лина, – Такой вкусный, что разбудил меня.

– Я знаю, как беременным нравится запах яичницы с бастурмой, потому и решила её приготовить на завтрак.

– Она специально меня с утречка да ещё в воскресный день разбудила, чтобы я нарезал бастурму, – посетовал Парис.

– Зря ворчишь. Резать бастурму – это чисто мужское занятие.

Лина с восторгом смотрела на мать с сыном.

– А ты доченька – давай умывайся и за стол.

Лина пошла делать утренний моцион.

– Неужели мы всегда будем так вкусно есть? – аппетитно уплетая завтрак, спросила беременная.

– Пока я жива и с вами, то да.

– Я буду молить Бога, чтобы вы жили долго, долго.

– Не только молись за меня, но и учись у меня всяким премудростям.

– С удовольствием.

– А пока с таким уже удовольствием поешь варенье из грецких орехов.

Лина с удивлением взглянула на содержимое розетки предложенное свекровью.

– Это грецкие орешки?

– А ты не вороти нос, а пробуй.

Лина осторожно откусила и ей так понравилось, что тут же съела остальное.

– Эту вкуснятину вы готовили?

– Что за странный вопрос? Конечно я. Вот этими вот руками.

– Елена Сократовна! От такой кормёжки у меня фигура заплывёт.

– Ты беременна, моя дорогая, а беременным глупо следить за фигурой. И потом эта кормёжка не только для тебя, но и для моей внучке Леночке, – ответила свекровь.

Лина и Парис переглянусь. Парис развёл руками – мол что тут поделаешь – Восток дело вкусное, привыкай.

– Парис! Пошли мясо для толмы купим, а заодно и проведаем чем и как тут люди живут. Лина, ты с нами?

– Конечно. Чего мне дома одной сидеть?

– Ну и правильно. Беременной двигаться надо.

Прогуливаясь по Колтушам, Елена с улыбкой вспоминала места своей молодости.

– Парис! А обезьяний питомник на том же месте?

– На месте, но обезьян я давно не видел.