Чтение онлайн

— Я так всегда одеваюсь, — расстегиваю пальто и ставлю его на спинку свободного стула.

Лиза закатывает глаза, явно не веря ни единому моему слову.

— Все так говорят. А на самом деле по Демьяну тут многие сохнут.

Она усмехается, явно наслаждаясь моментом, и наклоняется чуть ближе, словно собирается поделиться страшной тайной.

— Но такие куколки, как ты, явно не в его вкусе. Так что даже не надейся.

Я прищуриваюсь, не зная, как реагировать. Меня словно втягивают в какую-то нелепую игру, в которой я даже не собиралась участвовать. Да и вообще какая этой глубоко беременной девице разница пришла я сюда по душу Демьяна или чтобы денег на жизнь заработать?

— Я же сказала, — выдыхаю спокойно, — мне неинтересен Демьян.

Но прежде чем Лиза успевает ответить, в разговор вмешивается женщина постарше.

— Лиза, хорош болтать, — она бросает на девушку недовольный взгляд. — И прекрати распускать слухи о начальнике.

Начальнике, значит. Моя догадка насчет Демьяна подтвердилась. Надо бы побольше о нем узнать. Лиза закатывает глаза, но всё же отступает.

— Ладно, садись, — указывает рукой на стул рядом. — Раз уж пришла.

Я сажусь, но чувствую себя неуютно под чужими взглядами.

Лиза вздыхает, берёт кружку с чаем, медленно делает глоток, а потом снова смотрит на меня.

— Честно говоря, я не уверена, что тебя стоит чему-то обучать, — наконец говорит она.

— Почему? — я напрягаюсь.

— Ясно ведь, что ты тут не надолго, — хмыкает она. — У тебя сапожки стоят больше, чем моя месячная зарплата.

Меня передёргивает от её тона.

— Ну, спасибо за тёплый приём, — саркастично бросаю я.

Лиза пожимает плечами.

— Просто я реалистка.

Я молча смотрю на неё, а внутри закипает злость.

Ну уж нет.

Если она думает, что я вот так просто сбегу, то сильно ошибается.

День тянется бесконечно.

Работа диспетчера оказывается куда сложнее, чем я себе представляла. Это не просто «передавать информацию», как уверял Демьян.

Я слушаю, как Лиза объясняет мне всё, начиная от того, как правильно принимать вызовы, и заканчивая тем, как передавать их спасательным группам. Надо быть предельно внимательной, быстро разбираться в ситуациях, успокаивать людей на линии и одновременно заполнять все данные.

К обеду голова у меня идёт кругом.

Я чувствую себя не просто чужой здесь — я словно случайно попала в другой мир.

То, что ещё пару дней назад казалось важным — салоны красоты, вечеринки, покупки, обсуждения с подругами, кто кого бросил и кто что купил — вдруг стало каким-то чужим и ненастоящим.

Я смотрю на экран компьютера, но не могу сосредоточиться.

Как вообще моя жизнь так изменилась за два дня?

Вчера я жила в особняке. Сегодня — работаю диспетчером в МЧС.

В груди сжимается тревога.

И тут меня осеняет.

Лера!

Я со вчерашнего дня вообще не заглядывала в телефон! Как там моя доченька? Все ли хорошо? Мне все еще тяжело на душе за то, что я ушла от Олега, а фактически и ее там бросила.

Резко открываю сумку, достаю смартфон, разблокирую экран…

Чёрт.

Десятки непрочитанных сообщений.

Но больше всего мне бросаются в глаза не голосовые от Леры, которая сообщает мне о том, что ей срочно нужно купить костюм для праздника в школе.

А Ритки.

Мельком пробегаю взглядом по первым строкам.

"Ну наконец-то ты свалила. Я думала, что не дождусь уже этого дня.»

"Я всегда знала, что Олегу нужна нормальная баба, а не истеричка. За машину еще ответишь, тварь.»

"Как там твоя клоповня? Нравится? Привыкай. Потому что этот шикарный дом теперь мой, ты и так тут засиделась.»

Я судорожно вдыхаю, пальцы сжимаются вокруг телефона.

Но дальше — хуже.

Последнее сообщение.

"А вот и клубничка на тортик для тебя, дорогая."

И фото.

Я даже не успеваю понять, что это, прежде чем экран передо мной вспыхивает неприличными кадрами.

Ритка и Олег. Оба голые. Я узнаю нашу супружескую спальню. Вот как! Он притащил ее в дом в тот же день, что я ушла, а потом пришел требовать, чтобы я вернулась? Какая же тварь! Как он мог такое сделать, когда дочь дома? Как он себе представлял нашу дальнейшую семейную жизнь? А может он собирался мне выделить отдельную комнату, а сам с Ритой в нашей спальне жить?

Какая же мерзость!

Я слышу, как у меня перехватывает дыхание, пальцы предательски дрожат. Кажется, меня вот-вот вырвет. Я стою в коридоре, моя смена закончилась, мне нужно вызвать такси, ехать домой, а я и шагу сделать не могу. Слезы душат, но я не позволяю себе разреветься.

Ладно если бы это была какая-то левая баба. Я бы поняла эти нападки в свою сторону. Но не лучшая же подруга! Не человек, которого я так долго опекала! Я даже не намека ей ни разу, чтобы она деньги мне вернула, которые я ей на ремонт ванной комнаты одалживала в ее старенькой квартире!

Столько раз она приходила ко мне жаловаться на своих любовников, когда я выслушивала часы нытья про ее несчастную судьбу, когда она просто использовала меня, как жилетку, в которую можно поплакаться.

Я покупала ей подарки, когда у нее не было денег даже на себя, угощала в кафе, когда мы выходили вместе, потому что знала, что у нее туго с финансами.

Я была той самой, кто давал ей крышу над головой, когда она плакалась, что не может жить со своими родителями, той, кто бегал с ней по магазинам, помогая выбрать дешевую, но приличную одежду для собеседований.

Я была рядом, когда ее бросал один мужик за другим, когда она стенала, что все мужчины — козлы, я утешала, поддерживала, убеждала, что всё наладится.

А в итоге что?

Она всадила мне нож в спину так глубоко, что я до сих пор не могу вздохнуть.

Как можно быть такой неблагодарной, такой подлой, такой мерзкой?

Она пользовалась моей косметикой, потому что "ой, у тебя столько всего, а у меня даже тоналки нормальной нет"!

Она ездила со мной отдыхать, потому что я платила за нее!