Чтение онлайн

Она не ведала, что творила.

Она пророчествовала, не отдавая себе отчета в том, что говорит.

Убьете, когда возникнет необходимость.

Шестнадцатого числа она возникнет.

Черт побери!

Что происходит?

— Простите, мне надо идти, у меня урок, — сказала Нина Петровна, обнаружив, что иссяк поток спешащих к школе учеников.

Последние, те, кто опаздывал, пробегали мимо, и не каждый в этой гонке здоровался с Ниной Петровной, не замечали учителя.

— Я вас провожу, — предложил Китайгородцев. — Еще хотел спросить. Вы знаете в роду Лисицыных такого человека, как Михаил?

— М-да, — протянула неуверенно женщина, явно сомневаясь.

— Он обладает даром гипноза.

— Да! — вспомнила Нина Петровна. — Михаил! Помню!

Значит, это правда.

— Он действительно гипнотизер? — спросил Китайгородцев.

— Да.

— Вы его видели когда-нибудь? Или только слышали о нем?

— Видела.

— При вас он проделывал такие штуки? Я имею в виду гипноз.

— Нет, при мне ни разу. Но мне говорили.

— Кто?

— Все.

— Глеб?

— И Глеб, и Стас, — сказала Нина Петровна. — И Наталья Андреевна.

— И генерал Лисицын?

— Тоже, наверное, — пожала женщина плечами.

— Вы его знали?

— Георгия Александровича? Да. Хороший человек был.

— Он умер?

— Уже давно. Примерно десять лет назад.

— На похоронах вы были?

— Нет.

— А Глеб?

— Глеб был.

Они уже дошли до школьных дверей.

— Сколько у вас сегодня уроков? — спросил Китайгородцев.

— А что?

— Я бы хотел еще с вами встретиться, поговорить.

— Знаете, вы не обижайтесь, но у меня совсем нет времени.

Она хотела бы никогда больше с Китайгородцевым не встречаться. Ни под каким предлогом.

— Я вас надолго не задержу! — клятвенно заверил Китайгородцев.

— У меня действительно много забот. — Нина Петровна даже заставила себя скупо улыбнуться, будто просила простить ее за неуступчивость. — Я одна, и все хлопоты на мне. Планы каждый день писать к урокам — это я. Готовить и стирать — тоже я. А у меня больная мама, взрослый сын, я кручусь, как белка в колесе. Тут у нас семейный праздник — это тоже хлопоты. А ночью этой к маме вызывали «скорую»…

Махнула рукой. Вам не понять моих проблем, мол.

Было слышно, как в школе зазвенел звонок.

— Простите! — быстро сказала Нина Петровна.

И скрылась за дверями школы.

Утром дядя Степа пробудился, увидел в своем доме незнакомых людей и нисколько этому обстоятельству не удивился. Возможно, подобное уже не раз в его жизни случалось: накануне застолье зачиналось в одной компании, потом собутыльники менялись, одни уходили, другие приходили, пьянка продолжается, лиц уже не различишь, а утром смотришь — кто такие? А какая разница? Не любопытно, в общем.

Дядя Степа загремел посудой в поисках оставшейся водки. Как часто это и бывало — безрезультатно.

— Где твои гости? — спросил Стас Георгиевич.

Дядя Степа и ухом не повел.

— Ты глухой? — недобро прищурился Лисицын.

Смурной после вчерашнего дядя Степа в ответ пробормотал что-то невразумительно-невежливое. Стас Георгиевич посмотрел на стоявшего ближе к дяде Степе охранника тяжелым взглядом. Понятливый охранник расшифровал этот взгляд без труда. Взял в руку пустую бутылку из-под водки и разбил ее о голову дяди Степы. Брызнули осколки стекла. Дядя Степа охнул и схватился за голову. Меж пальцев заструилась кровь.

— Ты отвечай, когда спрашивают, — посоветовал Лисицын.

Подразумевалось, что в противном случае только хуже будет.

— Гости твои где? — возвратился к интересующему его вопросу Стас Георгиевич.

— Какие? — спросил дядя Степа, растирая кровь по лицу.

— Вытрите ему рожу! — поморщился Лисицын.

Тот охранник, который разбил дяде Степе голову, бросил своей жертве грязное полотенце. Дядя Степа вытер, как мог, кровь с лица, потом приложил полотенце к ране.

— Я про гостей, которые у тебя вчера тут были, — сказал Лисицын, отворачиваясь, чтобы не видеть собеседника.

А дядя Степа действительно выглядел неважно. Кровь по-прежнему струилась по его лицу, он безуспешно пытался от нее избавиться.

— Уехали, — сказал дядя Степа.

— А у тебя они как оказались? Что им за интерес?

— Знакомого искали.

— Кого? Как звать знакомого?

— Глеб.

Взметнулась бровь изумленного Стаса Георгиевича.

— Зачем он им? — спросил Лисицын.

— Без доклада было, — ответил дядя Степа. — Я не любопытствовал.

— Что ты им про Глеба рассказал?

Но тут в разговоре случилась заминка. Дядю Степу стошнило. То ли от выпитого накануне ему так плохо было, то ли от удара по голове бутылкой. Лисицын отошел к окну и отвернулся, чтобы ничего этого не видеть.

— Дайте ему водки! — процедил сквозь зубы. — Водка есть у нас?

Из машины принесли водку. Наполнили стакан. Дядя Степа жадно пил. Водка смешивалась с кровью. Присутствующие старались не смотреть.

— Что ты рассказывал про Глеба? — после паузы повторил вопрос Стас Георгиевич.

— Что видел его аж в прошлом годе.

— Это когда он на рыбалку приезжал? — деланно равнодушным голосом осведомился Лисицын.

Но дядя Степа почувствовал опасность. Замешкался с ответом.

— Что ты им про рыбалку говорил? — насторожился Лисицын.

— Да ничего, — пьяно пожал плечами дядя Степа.

Но пьяному трезвого не обмануть.

— У тебя в сарае стоит машина Глеба, — сказал Лисицын. — Ты хочешь сказать, что не было разговора о том, как машина оказалась у тебя?

И снова дядя Степа замешкался с ответом.

— Врежь ему, — негромко произнес Лисицын.

Охранник ударил дядю Степу ногой в лицо. Дядя Степа взвыл.

— Молчать! — все так же негромко сказал Лисицын.

И дядя Степа испуганно затих.

— Что ты видел? — спросил Стас Георгиевич.

— Когда?

— В прошлом году. Я про ту рыбалку спрашиваю. И не ври, — посоветовал Лисицын. — Покалечим, врачи потом тебя не соберут.

Дядя Степа смотрелся затравленным зверьком. Чтобы его немного отпустило, ему еще налили водки. Он послушно выпил.