Чтение онлайн

Нахшон выжидающе покосился на подопечную и нажатием клавиши представил ей новую подборку, словно сваха брачного агентства, желающая угодить капризной клиентке.

Женщина подалась вперед; рука ее вскинулась и неуверенно повисла в воздухе. Она мгновение поколебалась и твердо указала пальцем в центр экрана, в окошко, из которого бесстрастно взирал на них длиннолицый, толстогубый парень.

— Бабушка говорит, что вот этот парень сумку выдернул, она его узнала, — перевел короткий, импульсивный монолог внук (очевидно, опустив красочные пожелания поганому грабителю).

— Известная личность, наркоман со стажем… — пробормотал Нахшон, списывая индекс фотографии. — Ты, Яков, переведи ей: прямо сейчас им займемся. А сам можешь идти. Спасибо тебе.

— Да… Погоди-ка, не выключай! Что это за тип внизу — F-12… Распечатай мне сведения о нем, пожалуйста.

Яков еще раз вгляделся в нижнюю фотографию — смазливое лицо молодого парнишки с бездумным, инфантильным взглядом голубых глаз.

«Тот самый, с «юбилейной» кассеты! Он Глории тогда кувшин из кухни притащил. Видимо, он и мыл на вилле посуду в тот вечер». Яков взял из рук Нахшона готовую распечатку, кивнул, прощаясь, и вышел из кабинета.

«Как могла Ида допустить, чтобы у нее в доме (пусть даже один вечер) работал человек, состоящий на учете в полиции? — удивлялся Яков, направляясь к машине. — Вилла, где полно электроники, дорогих безделушек, картин… Соблазнительное место для мелкого воришки! Впрочем, он мог оказаться там случайно — приятель, например, попросил подменить разок. Это я сейчас у него и выясню… Адрес и прочие данные у меня имеются. Если дома находятся другие родственники — тоже неплохо. Максим Волков, значит…»

— Полиция? А… а вы к кому? — Миловидная женщина средних лет смотрела на Якова из проема двери без особого удивления, скорее с долей надежды, что нежданный гость просто-напросто ошибся квартирой.

— Здесь семья Волковых живет?

— Да… — женщина сокрушенно вздохнула. — Заходите, пожалуйста! Садитесь вот здесь, у стола. Что, опять Максим что-нибудь натворил? Уж вроде говоришь, говоришь с ним… И угрожаешь, и пряником подманиваешь! Вот Интернет недавно провели… А толку, я гляжу, шиш! Будто мало я нервов потратила, когда он велосипед соседский из подвала стащил…

— Да вы заранее не расстраивайтесь. Пока дополнительных грехов за ним не числится. Так, побеседовать надо. Где он, кстати?

— Спит. Ногу, говорит, вчера подвернул. Играл полдня с друзьями в баскетбол, а теперь ходить, дескать, больно… Он насчет учебы ленивый, так и ищет, как бы от занятий увильнуть. Другие-то уже экзамены на аттестат зрелости сдают, а он, в основном, бока отлеживает… Сейчас я его подниму. Подождите немного, пожалуйста.

— Ну, я Максим… А чего надо? — Весь розовый со сна, со следами отпечатавшейся на щеке подушки, невезучий баскетболист, неспешно пришлепавший из боковой комнаты, равнодушно и лениво смотрел на Якова.

— Ты хоть поздоровайся сначала! — не выдержала мать.

— Ну… здрасьте! А чего от меня надо?

— Здравствуй! — Яков поднялся со стула. — Пойдем поговорим у тебя в комнате…

— Значит, говоришь, ты в этом ресторане вообще никогда не бывал? — Яков мельком оглядел просторную комнату Максима с довольно приличной мебелью и новеньким компьютером.

— Никогда. Что я там забыл? Это Ромка у них работает официантом — уже второй год. Он меня тогда и попросил подменить его на разок.

— Что за Ромка? Друг твой, что ли?

— Да не… Не друг, так, сосед просто. Он под нами как раз живет. Сейчас дома, наверное. Он обычно вечерами работает.

— Он не сказал тебе, почему не смог в тот день на вилле работать?

— Сказал. Там телк… это… девушка одна должна была находиться… Подруга его бывшая. Он мне говорит: выпьет, мол, на банкете, и потянет ее на подвиги! Ну, цепляться к нему начнет или еще какую бодягу разведет. Скандал, типа… Ну, я и согласился. Деньги никогда не лишние… Она, правда, хозяйка-то с виллы, только недели через две заплатила. Я позвонил — так она сама чек завезла. Да че, я же понимаю — не до моих грошей было…

— Правильно понимаешь. Максим, расскажи мне с самого начала, что ты там видел.

— Я? Ну… Как приехали — я сначала просто сидел на кухне, а девчонки все таскали на веранду, ну, закусь всякую. Я потом им помогать начал. Там кухня классная, как в…

— Погоди. Пока ты был на кухне, кто-нибудь еще там появлялся?

— На кухне? Хозяйка заскакивала. Какая-то она… ну, дерганая была, подгоняла девчонок все время. Потом мальчишка, сын ее, заходил с беби-ситтер своей. Она такая… узкоглазая, таиландка, наверное…

— Филиппинка. Что они там делали?

— Ну, филиппинка эта молоком теплым его поила. Потом она с официантками разговаривала, смеялась. Удивлялась, какие волосы у них пушистые. У самой-то черные, жесткие. Она на иврите смешно так базари… говорит.

— Потом что было?

— Потом, видать, банкет начался. Девчонки ушли на веранду, ну, следили там, кому чего подать. Я просто сидел, колу пил. Потом телефон зазвонил. Трезвонил, трезвонил, пришлось мне трубку поднять.

— Кто звонил?

— Мужик какой-то. Акцент у него сильный, американский, с первого слова заметно. Попросил мистера Флешлера, хозяина, как я понял. Я ему объяснил, что на банкете все. Звать, мол, не буду — если хочет, пусть на мобильный звонит. Я-то ведь там человек посторонний. Не горничная какая-нибудь! Он мне: не отвечает, мол, мобильный…

— Он на иврите говорил?

— А на каком еще? На китайском, что ли?

— Ясно, юморист… Что дальше было?

— Дальше-то попотеть пришлось. Как начали мне тарелки кидать — только мой да ополаскивай. Хозяйка опять примчалась. Шипит: «Что вы, девушки, еле ползаете!» Потом филиппинка снова пришла. Начала официанткам помогать. Торт унесла. Опять телефон позвонил — это оказался хахаль беби-ситтер, филиппинки. «Хявер…»[4] — говорит. Я еле разобрал, чего ему надо, он на английском лопотал, только с таким акцентом, что наша англичанка — и то бы, наверное, не поняла ни фига. Ну, эту, как ее… — Максим сморщился, вспоминая, — эту…

— Глорию, — подсказал Яков.

— Точно, Глория ее зовут, вспомнил… Ну, позвал я ее. Она все-таки не эта… не юбиляр, типа… Прибежала она, чирикнула с «хявером» своим два слова и обратно помчалась. Хоть бы «спасибо» сказала! Еще и пробурчала — вот, мол, хозяйка из-за тебя недовольная будет. Надо было не звать ее, а хахалю, дескать, ответить — попозже позвони! Я же и виноват оказался! Хочешь людям хорошее сделать, а они…

— Не расстраивайся. Дальше что было?

— Дальше… Дальше ужастик начался! Глория уже вернулась, сидит в кухне, кофе пьет, а я с посудой шурую. Ни на что внимания не обращаю. Вдруг слышу, табуретка об пол шваркнула, это Глория спрыгнула с нее да как сиганет в салон! А через минуту орет оттуда дурным голосом — мальчик, мол, на кухне который… тащи сюда кувшин темный с полки! Быстрее!