Чтение онлайн

— Ну что могу сказать по вашему больному. Если о нем можно говорить, как о таковом.

Владимир с надеждой перебил врача:

— Значит, мы зря волновались?

Калинкин нахмурился.

— Владимир Афанасьевич, вы не так истолковали мои слова. В любую минуту пациент может превратиться в тело! К сожалению, на данный момент только Господь Бог может помочь вашему другу, это я говорю как специалист. Тщательно осмотрев больного, я нашел в правом боку, меж ребер, небольшое красное пятнышко. Это след от стальной иглы. Несчастному проткнули печень, у него внутреннее кровоизлияние. На этой стадии процесс необратим, слишком много прошло времени. Шансы были, обратись вы часов пять-шесть назад. Я вколол ему морфиногидрохлорид, это облегчит его участь. Впрочем, осмелюсь утверждать: он ничего не чувствует. Советую отвезти раненого в ближайшую больницу или вызвать «скорую». Помрет — потом хлопот не оберетесь, милиция затаскает. На этом считаю свою миссию завершенной. Владимир Афанасьевич, сами понимаете, инфляция в стране не идет на спад, плюс ночной вызов и моя гарантия анонимности…

— Да, конечно, одну секунду. — Владимир отсчитал врачу двести долларов.

Калинкин пытаясь сохранить достоинство, сухо попрощался и вышел с высоко поднятой головой.

— Какие будут предложения, Семен Константинович? — спросил Богданов.

Семен вскочил со ступени.

— Начнем с того, что отведем смерть от раненого.

Богданов с недоверием покачал головой. Семену пришлось рассказать про книгу, выпавшую с полки.

— Семен Константинович! Это не случайность! Григорий Алексеевич говорил, что если человек, пусть даже не явно, управляет провидением, то у него большие зачатки к магии. Судя по ситуации, случай с книгой тому пример. А раз так, тогда за дело!

Не рассчитывая на свою память, Семен взял пострадавшую книгу. Озадачив управдома найти зеркало и свечу, сам отправился к умирающему. Смертельно раненный Василий лежал, укрытый одеялом, его нос заострился, губы растрескались и были фиолетового цвета. Семен поискал, что можно сжечь для получения сажи. На тумбочке у кровати лежали учебники и конспекты девушек. Он вырвал два листа из тетради, скомкал их и поджег в широкой хрустальной вазе. Огонь быстро слизнул продукт целлюлозного производства, оставив небольшую кучку пепла. Откинув одеяло с безжизненного, на первый взгляд, Следопыта, Семен нанес пеплом на его тело четыре описанных в книге креста. Установил принесенное Владимиром зеркало в изголовье лежащего и, держа горящую свечу, приготовился к чтению «отвода». Семен расслабился, вытеснил из своего разума посторонние мысли и после глубокого вдоха начал отвод смерти:

— Матушка Смерть! Не терзай душу страждущего. Оставь в покое раба божьего Василия до срока, отписанного ему Всевышним — Отцом всего сущего. Отверни свой лик от раба божьего Василия. Твой час еще не пробил! Ступай своей дорогой!

Семен взял зеркало, развернул его отражающей поверхностью от себя и сделал шаг к двери. Его качнуло, как будто кто толкнул в грудь. По спине Семена пробежали мурашки, на лбу выступил холодный пот. Вытянув перед собой зеркало в слегка дрожащих руках и шагая вдоль тела раненого, Шульга продолжил «отвод»:

— Взываю к ангелам божьим: Забатхилу, Зедикилу, Мадимилу, Семмелилу, Ногабилу, Карабилу, Лаванилу! Вступитесь за раба божьего Василия, отверните Смерть от него. Не по Божьему умыслу Смерть явилась, но с Божьей помощью пусть уйдет… — Шульга вышел из комнаты и с силой захлопнул дверь. — Аминь! — произнес последнее слово «отвода» Семен. Поставил на пол у двери зеркало. Смахнул рукавом пот с лица, кивнул Владимиру.

— Ну, как думаешь, получилось?

Владимир, выскочивший из комнаты, как только Семен с зеркалом пошел к выходу, стоял, прижавшись к перилам. Он молчал, его глаза были широко раскрыты и устремлены на прислоненное к стене зеркало. Семен взглянул на отражающую поверхность, ничего особенного на ней не было.

— И что ты там увидел такого сногсшибательного? Глядишь на него, словно мышь на удава. Вольдема-а-р, я к тебе обращаюсь! — Последнюю фразу Семен выкрикнул. Владимир словно очнулся.

— Когда ты нес перед собой зеркало, на него словно кто-то дышал. Оно покрывалось испариной, а в центре явно был виден отпечаток пятерни. Вот и сейчас, если приглядеться, он остался.

Семен присмотрелся: и правда, в центре зеркала отражающая поверхность была темнее и имела силуэт ладони с пальцами. Мороз пробежал по телу Шульги, как только он подумал, чей это отпечаток.

— Давай выпьем граммов по сто противострессовых капель?! Завтра на свежую голову займемся поисками злосчастного черепа. Заодно узнаем, помог ли Василию «отвод», — предложил уставший Семен.

— Хорошо, только вначале я отгоню обратно «Мерседес», — внес поправку Владимир.

Глубокой ночью Семен беспричинно проснулся. Сел в разложенном кресле. В каминной было темно, но предметы были различимы благодаря проникающему сквозь шторы свету уличного фонаря. Он посидел несколько секунд, моргая со сна. Затем повалился назад в постель. Повернулся на бок, лицом к двери, прикрыл глаза. В следующий момент открыл их, услышав два тихих постукивания со стороны холла. Не успев сообразить, что к чему, Семен увидел, как открывается дверь. В темном проеме кто-то стоял в белом бесформенном одеянии. Этот кто-то тихо спросил женским голосом:

— Войти можно?

«Наверное, Светлана решила прийти ко мне», — спросонья подумал Семен. Приподнявшись на локте, хотел ответить утвердительно. Но в его сознании всплыли события этого вечера. Света и Юля были похищены! С трудом соображая, Семен всматривался в силуэт: кто же тогда это?

— Я опоздала, но решила заглянуть, посмотреть на тебя…

Семен удивленно приподнял бровь, окончательно запутавшись в своих мыслях. Светлый силуэт исчез, дверь закрылась.

— Да что творится в этом доме?! — прорычал Шульга, вскочил, полуголый, с постели, включил свет. Прошел в холл — никого! «Может, это к Владимиру знакомая пришла, да с любопытства заглянула ко мне?» — подумал Семен и, подойдя к комнате управдома, постучал к нему. Дверь открыл заспанный Владимир.

— Что, не спится? А я, представляешь, отрубился сразу. Или случилось что? — спохватился Владимир.

Семен понял: если бы у Владимира была гостья, он не выглядел бы таким сонным. Все же для своего успокоения спросил, один ли тот в комнате. Управдом оглянулся за спину и полушепотом произнес:

— Что это вдруг я должен быть не один? Кто-то проник в дом?

Семен почувствовал себя неловко. В оправдание пришлось рассказать о заглянувшей к нему незнакомке. Выслушав историю о ночной посетительнице, Владимир ладонями провел по своему лицу, как будто снимая с него остатки сна.

— Мать моя женщина! Ты так и не понял, кто это был?

Семена прошиб озноб.

— Скажешь тоже! Серьезно думаешь, это была Она?.. Смерть? Владимир многозначительно поджал губы.

— Тогда пойдем еще по стопочке опрокинем, не каждый день, вернее ночь, выпадает встреча с такой особой.

— А после встречи не всегда будет возможность за это выпить, — подхватил управдом.

Осушив рюмки, полуночники решили посмотреть, в каком состоянии пребывает Василий. Войдя в комнату девушек и включив свет, увидели: Следопыт жив. Его грудь вздымалась и опадала от равномерного дыхания. Лицо было бледно, но жизнь, по всей видимости, возвращалась к счастливчику.

— Чудеса, Семен Константинович! Ему лучше! — громко изумился радостный управдом.

Василий часто заморгал и приоткрыл щелочки глаз. Семен догадался: свет режет больному глаза. Он быстро включил лампу на тумбе и выключил потолочное освещение.

— Пить, — прошептал Василий растрескавшимися губами.

Владимир стрелой помчался на кухню и столь же быстро вернулся с банкой воды. Семен приподнял голову больного, Богданов стал поить Василия водой. Раненый громко глотал живительную влагу. Наконец, утолив нездоровую жажду, отстранился от кружки. Семен опустил голову Следопыта на подушку. Василий отдышался и обратился к Владимиру шепотом: