Чтение онлайн

Голос ее дрожал.

Несколько долгих секунд она стояла и смотрела, как Роман складывает круглые пуфики и подушки на кресло. Наконец он закончил и повернулся к девушке.

— Алена, ты не поверишь, как давно я не спал...

Он не успел договорить. Она поймала его губы своими и страстно поцеловала. Потом разжала объятия и стянула с себя широкую блузку.

«Вообще-то, не в этом смысле... не спал», — подумал Роман.

Глава 21

«ИНЖЕНЕР 9.

Танкеры, перевозящие нефть, 90 процентов времени идут на автопилоте. Эта система глобальна. Определить, где находится корабль, можно из любого места. Слабым звеном является программа, автоматически ведущая корабль курсом, заложенным в компьютер.

Программы управления тестируются на симуляторах. Человек, вносящий коррективы после тестов, — член нашей ячейки. Используя его, можно сделать так, чтобы в один день несколько десятков таких танкеров сбились с курса. Можно также спланировать, чтобы экологические катастрофы произошли у берегов западных стран...

Новое по Евротуннелю.

Общая длина 153 километра.

Под дном пролива туннель проходит в одном геологическом пласте. Это так называемый «голубой мел».

В нижней точке туннель дал течь еще во время строительства. В своде огромное количество трещин. Местами соленая вода бьет как из брандспойта. Ее постоянно откачивают. Туннель проходит на стометровой глубине...

...По служебному туннелю можно попасть в главный.

Дистанционно возможно открыть все переходы.

Взрывать туннель бесполезно, потому что бетон, которым он укреплен, необычный. В него добавлен гранит, и он крепче материала, из которого строят ядерные реакторы. Но в нижней точке давление так высоко, что, используя локальный пожар, можно разрушить стенки на промежутке между 410-й и 500-й дверями. Огонь нагреет бетон, а подступающая снаружи вода будет его охлаждать, В считанные минуты небольшое количество напалма или обыкновенного бензина создаст резкий перепад температур, что обрушит свод и затопит туннель вместе с поездами.

Приложения:

1. Контрольные геодезические точки.

2. Места возможных отклонений и природных провалов».

Алена в сладкой неге потянулась. Роман спал рядом. Она прильнула к нему, с удовольствием вспоминая, как они любили друг друга вчера вечером и всю ночь тоже, кажется. Если только это ей не приснилось. Все плохое стерла эта ночь. Алена поежилась от удовольствия и чмокнула Романа в ухо. Его темные волосы пахли ее шампунем.

Роман резко очнулся.

— Вика... — прошептал он еще в полусне.

— Что? — спросила Алена.

Он приподнялся и качнул головой, отгоняя плохой сон.

— Недавно умерла девушка, которая была мне очень дорога. Ее звали Виктория.

Алена насторожилась. Она села на постели:

— Эта девушка тоже работала в полиции?

— Что-то вроде этого.

Алена посмотрела на него своими большими, полными сочувствия глазами. Обняла сзади и прижалась к сильной, широкой спине.

— Ты хотела показать мне свою работу, — напомнил Роман.

— Да, но сначала... — Девушка положила ему руку на пах и вдруг ойкнула: — Я, кажется, забыла вчера поставить будильник! Меня начальник живьем съест!

Алена ликовала. «Все сходится. Спасибо тебе, Кепчия. Спасибо, милая. Все как ты сказала».

Была у Алены одна тайна, о которой она никому в жизни не рассказывала. Дело в том, что в здешней школе ее невзлюбили не столько за то, что она русская, хотя это само собой, а больше за дружбу с индианкой по имени Кепчия. Она была местной «ведьмой». Хоть открытой неприязни никто не выказывал, одинокая старая индианка так же, как и все, ходила в магазин и платила налоги, но в маленьком городке отношений не скроешь. Ее избегали. Может, просто взгляд у нее был тяжелый, а может, из-за того, что не говорила старуха на английском, а язык мескуаки никто на тысячу километров не знал.

Объявление о трех комнатах на съем в доме у «ведьмы» висело в агентстве уже несколько лет и, возможно, еще столько же провисело бы, если бы Алена с матерью не сняли жилье по телефону. Еще находясь на «карантине», они просто взяли то, что подешевле. Так и оказались квартирантами у индианки.

Одноклассники сразу стали подтрунивать над русской, связавшейся с «ведьмой».

Кепчия же, застав как-то Алену плачущей на заднем дворе, пригласила девушку к себе. В маленький однокомнатный сарай напротив.

Там, среди странных занавесок и колокольчиков с рыбацких сетей, она отыскала керамический чайник, поставила его на электрическую плитку и, сев на тахту у стены, стала пристальным, гипнотизирующим взглядом буравить Алену.

Девушка и без того не хотела идти в гости, но она боялась обидеть старую индианку, ведь все-таки они у нее живут. Теперь она не знала, куда себя деть от этого взгляда.

Старуха показала на стул и сказала сиплым голосом:

— Ахапи.

Алена немного помедлила в нерешительности и села.

Закипел чайник. Комната наполнилась терпким травяным ароматом.

Алена уже собралась убежать, но вдруг услышала нежный, робкий звук. Будто ветер забавляется пустыми бутылками. И Алене стало так покойно на душе, как не было уже давно.

— Когда ты встретишь свою любовь, ты станешь другой. Совсем другой. Выйдет, наконец, весь горький сок из твоих корней в листья, — сказала вдруг Кепчия на хорошем английском.

Алена вытаращила глаза. Они прожили у старухи почти месяц, но за это время та ни слова не произнесла по-английски. Даже в школе ее спрашивали, не говорит ли она с «ведьмой» по-русски?

Кепчия напоила девушку травяным чаем и заставила рассказать, почему она плакала.

— Имитаикс! — прошипела индианка. — Что от них ждать. Только тявкать умеют.

В тот же вечер, отправив Алену домой, Кепчия разожгла на пустыре костер. Пошептала что-то таинственное, но не страшное. Пофыкала в стороны. И каким-то странным образом школьные насмешки прекратились. Правда, легче от этого не стало. Теперь и Алену все избегали. Короче, друзей в школе она так и не завела...

Господи! Господи! «Когда ты встретишь свою любовь, ты станешь другой...» Да. Да. Да.