Чтение онлайн

Кристина тараторила без умолку.

Роман потрогал марлевую сеточку на виске. Пуля, выпущенная снайпером, по касательной тронула кость. Что называется, поцеловала. В принципе, ничего особенного. Даже нельзя сказать, что повезло. Роман уже слышал о таких выходках. Хороший снайпер запросто такие штуки откалывает. Ну, будет теперь шрам. А так, чистая работа. Даже голова не болит.

Но вот Кристина, кажется, точно его доконает своей болтовней.

Они лежали, тесно прижавшись друг к другу, на широкой кровати в маленькой четырехзвездной гостинице «Де Меридиен», которую отыскали на окраине города. У Романа уже звенело в ушах от Кристинкиной трескотни. Он и любовью с нею заняться решил, чтобы заставить ее хоть на несколько минут замолчать. Томные стоны все же лучше слушать, чем эти скорострельные рассказы.

Кристина села. Она засунула свои длинные ноги под одеяло. Глаза у нее горели. Видимо, у нее было припасено еще много чего рассказать.

— Ну, как твоя голова? — спросила она.

Роман кивнул.

Все, что было нужно, он узнал от нее еще по дороге в отель. Теперь Роман раздумывал, как заставить девчонку заткнуться.

И не придумал ничего лучше, как просто отвернуться, но не стал этого делать. Всему, как говорится, есть границы. Придется ждать, пока фонтан не иссякнет.

Но Кристина, кажется, заметила его неразговорчивый настрой и снова принялась за ласки. Она оперлась ему острыми локотками на грудь и поцеловала.

— Ром, — нежно шепнула Кристина, — мне очень жаль, что так вышло с твоей... Извини. Не помню имени.

Роман нахмурился:

— Виктория.

Сейчас, после короткого, машинального соития, Роман не мог смотреть на Кристину как на женщину. А вот она, кажется, думала, что настал самый подходящий момент подлить масла в горнило страсти.

Кристина заерзала на нем, как на русалка на отмели.

Роман стиснул зубы.

«Ну как они не понимают мужской психологии? Разговоры, сюси-муси — это до того, как мужчина кончил, а потом тишина и полный покой. И ведь у всех одно и то же. Учебник, что ли, написать на эту тему. Учебник не поможет. Это в генах. Все женщины одинаковы. Хотя нет. Алена не такая...»

Роман смотрел на Кристину и видел лицо жесткой, расчетливой суки, возвышающееся над хорошо сложенным, тренированным телом. И ничего больше.

Кристина раздражала его.

Девушка тонкой теплой рукой гладила Роману плечо и продолжала, продолжала говорить:

— Дальше, я поблагодарила ребят из ФБР за то, что до Франции подбросили, и мы разбежались. Они и не скрывали, что рядом будут. Наверное, и сейчас следят. Но возможно, если ты, конечно, не стучишь, в чем я сомневаюсь, возможно, они для своих обыграли твою смерть. Так и сказали, типа... Ну, там, постарайся правильно использовать и все такое. А один тебя хорошо знает. Имя так я и не выяснила, но описать хорошо могу. Слушай...

— Слушай, — резко прервал ее Роман, — осталась бы ты лучше с ними. Честное слово.

Кристина удивленно посмотрела на него. Настала ее очередь нахмуриться.

— Знаешь, милый, — Кристина говорила с нарастающей злобой, — у меня было столько искушений за последние несколько дней. Самой тошно. Тошно от вас от всех. И от этих подонков. А больше всех тошно от тебя. Они все подонки. Но ты худший из всех! Понял?!

— Спасибо за откровенность, — пробормотал Роман.

— А что? Не подонок разве? У тебя невесту убили. А ты уже со мной в постели развлекаешься. Подонок.

Роман задышал глубоко и ровно.

«Вот сучка. Знает, где больное место».

Внезапно он рассердился, спрыгнул с кровати, натянул брюки, полученные у Марты, схватил рубашку, в которую было завернуто все остальное, и быстро вышел, оставив дверь открытой.

— Оба-на, — тихо произнесла Кристина и улыбнулась.

Роман был потрясен. Ничего подобного он от себя не ожидал. Ну, если так хотелось, чтобы она замолкла, взял бы занялся еще разок сексом с нею. Это же Кристина. Или сделал бы ей массаж. Сослался бы на головную боль. Вон и причина есть.

Он опять потрогал рану на виске, заклеенную Кристиной.

Что было не так? Зачем он так? Вернуться? Нет?

«Нет, с Аленой...»

Роман остановился на месте как вкопанный.

«Черт подери! Но ведь Алена не работает в госбезопасности! Идиотизм! При чем здесь Алена?»

Роман проверил, как застегнуты пуговицы на рубашке.

Он шел по пустынной улице и все больше и больше раздражался. И надоело ему заставлять себя думать об одном и не думать о другом.

Роман вспомнил, как Алена, вся в слезах, стояла рядом с ним в маленькой квартирке на задворках Нью-Йорка. Очаровательная. Нежная. Хорошая. Она была так далеко сейчас. Он вспомнил, как она, краснея от стыда, готовила им постель. Пусть все идет к черту, лишь бы обнять ее снова. Сказать ей это слово «люблю», а потом неторопливо, нежно наслаждаться ее тоненьким, совершенным телом. Зачем ему вся эта беготня по Европам, когда у него никого, кроме Алены, не осталось.

Роман вздрогнул. Он вдруг осознал, что от этих мыслей об Алене он полностью успокоился. И даже довольно улыбается.

«Алена... Имя-то какое...»

От одного ее имени у него становилось тепло на душе.

«Ну все, побаловал себя и будет», — подумал он, хоть и знал, что не прекратит думать о ней.

И не бродить же ему так до рассвета. Роман решил купить Кристине сигарет. Он улыбнулся и повернул обратно к гостинице.

Медленным, размеренным шагом пошел он по темному бульвару, наслаждаясь воспоминаниями милого личика, так глубоко засевшего в сердце образа.

Возможно, он побежал бы в номер, где осталась Кристина, если бы знал, что ему предстоит увидеть через несколько минут.

Глава 39

Кристина, оставшись одна, заперла дверь и снова легла на кровать. Как раз на то место, где только что лежал Роман. Постель еще хранила его тепло.

— Очуметь, — тихо пробормотала девушка и улыбнулась.

«Верит или нет? Верит или нет?» — металось у нее в голове.

Ну не может же человек так измениться за пару дней. Ей всегда казалось, что она знает его лучше всех на свете. В каком-то смысле это не он ее нашел, а она его. Она сделала из него человека. Что бы он делал без нее? Она вспомнила, как они раньше проводили время.

«Нет, теперь он просто невозможен. Неандерталец какой-то. Трахнул как овцу. Нагрубил. Что-то здесь не то».

Кристина пыталась рассуждать так, как это делала ее любимая героиня из американского сериала. Она приняла ту позу, в которой телезвезда лежала в последней серии, соблазняя мужа собственной сестры. Посмотрела, правильно ли лежит ее обнаженное тело, и царственно повернула голову к воображаемому собеседнику.

«Давай вспомним наши с тобой лучшие моменты», — эти слова героиня сериала произносила таким тоном, что было сразу ясно, чем они в эти моменты занимались.

Кристина грубо выругалась.

— Нет, не так!

Она вскочила с постели и чуточку повернула зеркало трюмо, стоявшего в углу. Теперь с кровати она могла видеть в нем свое отражение.

Кристина снова легла на прежнее место и представила себя с Романом.

— Давай вспомним наши с тобой лучшие моменты, — произнесла она томно, проводя рукой по гладкой коже.

Здесь она прижмется к телу Романа. Умело совершит все, без исключения, придуманные ими ритуалы любви.

«Поверил этот сукин сын или нет? Поди узнай».