Чтение онлайн

Жаров поднял стакан и выпил. Друзья не последовали его примеру, а лишь молча смотрели на него. Пилипенко сказал:

— Я не собираюсь пить за то, чего нет.

— А я выпью, — Минин пригубил и поставил стакан на стол, — но просто так, не в счет тоста.

— Ладно, пусть будет просто так, — сказал Пилипенко и сделал то же самое.

— Автор этой статьи, — продолжал тему Минин, — рассказывает историю некоего Эн, у которого умерли аж три жены: со всеми произошли какие-то странные несчастные случаи. Это значит, что Эн болен именно «покрывалом вдовы».

Пилипенко повернулся к Жарову.

— Был бы у тебя какой-нибудь начальник — редактор там… Он бы тебе за такую статью голову отвинтил.

— Тем и живу, — парировал Жаров, — что всем в своей газете стравляю сам. ЧП «Жаров». Частное предприятие. Нет у меня ни начальников, ни подчиненных. Даже уборщицы нет.

Он оглядел помещение своей редакции, поводя туда-сюда ладонями. Пилипенко меж тем наполнил стаканы. Спросил весело:

— И статью эту ты тоже сам написал? Давай признавайся!

— Обижаешь. Я только передовицы пишу. А это реальный человек прислал. И фамилия у него настоящая — Куроедов.

— Как — Куроедов? — встрепенулся следователь.

— Куроедов, а что?

Пилипенко потер пальцами лоб.

— Эта фамилия мне знакома.

Жаров, запрокинув голову, выпустил ровные кольца дыма, затем пронзил их дымной струей. Пилипенко поморщился. Он еще с начала года безуспешно пытался бросить курить, и упражнения друга его раздражали.

— Там еще написано, — сказал Жаров из-за дымовой завесы, — что в случае смерти жены, как правило, преждевременной или трагической, муж как бы сохраняет в себе отпечаток смерти. При повторном браке он заражает новую супругу и несет ей несчастья. Покрывало вдовы.

— Нет никакого покрывала вдовы! — воскликнул Минин.

— А Куроедов?

— Да нет и никакого Куроедова! Это он все выдумал, в том числе и свою фамилию, неужели не ясно? И вообще, разве может быть такой человек — Куроедов?

— Нормальная, существующая фамилия, не хуже других, — буркнул Жаров.

— Вспомнил! — вдруг оживился Пилипенко, подняв палец. — На днях произошел несчастный случай с женщиной, которая носит такую же фамилию. Это точно — была некая Куроедова. Выходит, что она — его очередная супруга, а автор рассказывал свою собственную историю… Кто он такой, этот Куроедов?

— Я не очень-то и знаю. Многочисленный мой читатель. Просто прислал в газету статью.

Пилипенко укоризненно покачал головой.

— И как у тебя только совести хватает печатать неизвестно кого и непонятно о чем?

Жаров развел руками.

— А что же, мне и вправду самому все это писать?

На неделе Жаров заглянул к другу в кабинет. Пилипенко поднял голову от бумаг, строго посмотрел на Жарова.

— Помнишь, в субботу пили с Мининым у тебя в редакции?

— А что? Виски оказалось плохим? — язвительно спросил Жаров.

— Да нет, хорошим. По полной программе стошнило. Говорили о Куроедове, о его статье, о покрывале вдовы.

— И что?

Пилипенко потряс пачкой бумаг.

— Я проверил этого Куроедова. Он действительно существует, и у него на самом деле по разным причинам умерли три жены, а недавно чуть было не погибла четвертая.

Говоря это, следователь выбрасывал на стол листы бумаги, один за другим, Жаров ловил их, просматривая в один короткий взгляд.

— Везет же людям! — пробормотал он.

— Это в чем? — нахмурился следователь.

— Тут и одной-то жены не найдешь, а у этого… Получается, что Минин был тогда не прав — Куроедов есть.

— Куроедов-то есть, вот только…

Пилипенко опять собрал листы в стопку. Сказал:

— Куроедов есть, а покрывала вдовы нет. Следовательно…

Он аккуратно уложил стопку на край стола.

— Следовательно, будем искать убийцу.

— С чего начнем?

— Осмотрим место преступления.

2

Через четверть часа они стояли на углу улицы, Пилипенко осматривался по сторонам, поводя туда-сюда ладонями.

— Машина вывернулась с Садовой, — сказал он. — А жена Куроедова как раз переходила Платановую. В неположенном месте.

— А это имеет значение? — спросил Жаров.

— Нет.

Следователь двинулся выше по Садовой, Жаров — за ним. Пилипенко остановился, посмотрел назад. Сказал:

— Странно, что дорожники этого не заметили. Ведь с данной точки пешехода видно издалека. И водитель вполне бы успел затормозить.

— Тинэйджеры были пьяные, — заметил Жаров.

Пилипенко с удивлением воззрился на него:

— Какие тинэйджеры?

— Здрасьте! — воскликнул Жаров. — Ты ж мне сам сказал, что машину угнали, чтобы покататься.

— Сказал, и что? Это всего лишь версия. Никаких тинэйджеров не задержали. Машину просто нашли в кустах, помятую и залитую пивом. У меня такое ощущение, что машина была угнана специально для того, чтобы задавить эту женщину, и только ее. Но вот в чем вопрос: почему этот горе-убийца не довел свое дело до конца? Ведь удар пришелся скользяком, краем бампера. Надо подключить игровую станцию Клюева и глянуть подробности этого расследования.

Они вернулись в управление. На мониторе компьютера в дежурной части и вправду шла увлекательная игра. Лейтенант Клюев исследовал курсором какую-то причудливую аппаратуру: медные котлы, трубы, змеевики, табло вроде допотопного арифмометра. Пилипенко и Жаров встали за его спиной, словно стражи.

— Сейчас, еще один тайный рычаг… — пробормотал Клюев.

Лапка мыши схватила длинный рычаг за деревянный набалдашник и дернула его. Тотчас на табло замелькали цифры, а из трубы-рожка полилась струя красного пара.

— Я давно этого добивался, — сказал Клюев. — То самое число! Но вам не понять.

Клюев вышел из игры и вызывал текстовые окна деловых бумаг.

— Не доросли мы умишком, — сказал Пилипенко с терпеньем в голосе.

— Точно! Где уж нам, дуракам, чай пить, — проворчал Жаров.

Оба знали, что бесконечные игры Клюева не влияют на ход его работы. На мониторе один документ быстро сменялся другим.

— Ничего, еще дорастете… — приговаривал Клюев, виртуозно шаря мышью и стуча по клавиатуре. — Откроете себе этот удивительный мир… Готово! Значит, так. Происшествие определено как несчастный случай. Свидетельница, продавщица овощного лотка, стояла спиной и ничего конкретного не видела. Второй свидетель — пенсионер с собачкой. В момент наезда он как раз общался со своей белой болонкой и оглянулся, лишь когда машина уже сбила женщину. Какие-то еще люди… Бросились задержать машину, «Ауди» эту из прошлого века, но та укатила. Вот! Один свидетель вообще не был опрошен. Он пришел, чтобы дать показания, но его не стали слушать, поскольку дело и так казалось ясным.