Чтение онлайн

Так как средств уличного контроля нахватает, то я вполне допускаю ситуацию, при которой поселенец сможет передвигаться по базе никем незамеченным и безнаказанно творить все что угодно. Патруль на границе двух зон расселения просто не даст кому-то войти в «городок специалистов» с выключенным идентификатором личности. Если же идентификатор будет выключен после входа в сектор, то по пеленгу последнего места нахождения сигнала немедленно выдвинется дежурная группа полицейских, которым будет разрешено живым нарушителя не брать. Таким образом, я надеюсь свести к нулю преступления в местах проживания полезных для базы жителей. В районе трущоб какое-то время будет властвовать анархия и закон силы, хотя я постараюсь сделать все от меня зависящее чтобы такая ситуация длилась недолго и не перешла в совсем уж откровенный беспредел, чему должны способствовать частые рейды военных и полиции по территории сектора.

Интересные результаты принесла прослушка сегодняшних разговоров вновь прибывших. Внимание привлекла еще одна группа оплативших совместное прибытие из шести человек, державшаяся особняком и участия в утреннем кровопролитии не принимавшая. Как оказалось, на мою базу прибыл некто под кличкой Малек. Как удалось понять из разговоров, этот человек был вполне авторитетен в определенных кругах. Да и кличка его была вполне уважаемой. Это примерно как во Франции, когда человека называют «Петухом», а еще лучше «Галльским Петухом» это не только не является оскорблением а, наоборот, для этого человека такое обращение будет комплиментом. Этого конечно нельзя сказать об уголовном мире России, где так обращаются не к самой привилегированной категории заключенных.

Установить «авторитетность» данного Малька было не сложно, так как больно на серьезные темы он общался. Здесь немало помог и переводчик с блатного на человеческий язык общения, так как некоторые термины без соответствующего разговорника были непонятны даже из контекста. В целом благодаря разговорникам было понятно девяносто пять процентов всего сказанного. Оставшиеся пять процентов слов были поставлены в очередь на дешифровку значений. Она будет происходить постепенно, по мере накопления информации. А вот установить, кто из присутствующих и есть искомый криминальный авторитет было очень сложно.

Что интересно, так это то, что сам Малек предпочитал самостоятельно не звонить своим товарищам. Вместо него это делал один из подручных, который и говорил от его имени. Главный бандит все это время оставался в тени и вроде бы не проявлял интерес к разговорам, а точнее к тем комментариям, которые вслух, якобы в сердцах, озвучивал подставной главарь банды. Понять же кто есть кто, помогла одна из специализированных военных программ по чтению языка жестов. Именно с ее помощью удалось придти к выводу, что подставной главарь помимо вербальной части общения, содержащей мало полезной информации, большую ее часть передавал языком жестов, стараясь маскировать их под естественную жестикуляцию. Истинный лидер отвечал ему также исключительно жестами, внешне оставаясь безучастным к разговору.

Не имея специализированного программного обеспечения, вполне можно было бы подумать, что главарь банды обсуждает со своими ближайшими соратниками планы по налаживанию жизни на новой территории, а бандит по кличке Малек был взят ими, чтобы было кому оказывать главарю мелкие услуги, например, принести обед из столовой. Было понятно, что нарвался я на очень хитрую личность. Реши я отдать приказ на захват и немедленную депортацию банды, то у меня полностью отсутствовали бы любые законные основания для депортации истинного главаря. Ведь во время всех важных разговоров тот сидел тихо, и даже не думал вставить в слова подставного авторитета хоть одну ремарку. Прямо образец благовоспитанности и случайной жертвы обстоятельств, которую силой заставили делать то, что она не хотела.

В общем, придется докупить дополнительное оборудование не только для слежки и возможной ликвидации коменданта, но и подготовить еще один комплект оборудования для наблюдения и возможного устранения Малька. Изгонять с базы столь ценный кадр нельзя ни в коем случае. Если с ним удастся найти общий язык, то на базе появится мой заместитель по незаконным операциям. А что поделать, что нельзя предотвратить, необходимо возглавить. Да и против черного рынка ничего не имею. Другое дело, что крайне нежелательно появление на нем некоторых специфических товаров. Я в любом случае буду против работорговли и наркотиков. Также хочу иметь контроль над торговлей тяжелыми вооружениями. В остальном, пусть шалят, но в меру, не мешая гражданам из нормальных районов и сбывая награбленное с караванов у меня на базе. Если же Малек не пойдет на сотрудничество со мной, что поделать, придется заняться организацией его похорон. Живым с базы столь умный и хитрый человек уйти не должен.

Криминальный авторитет известный по кличке Малек вспоминал. Он отлично помнил всю свою преступную карьеру. Как ему, будучи голодным мальчишкой со свалки удалось пройти пусть до крупного босса планетарной мафии, с которым были вынуждены считаться большинство окружающих лидеров банд. Жизнь свою он начинал не на обычной свалке, а на планете, отданной под последнее пристанище космических кораблей, где они дожидались переплавки на металлолом.

Девяносто девять процентов от всех жителей свалки ждала очень короткая жизнь. Все дело было в том, что в космосе никто не стеснялся применять против врага различные виды грязного оружия. Часть из этих видов загрязняла судно различными видами излучений или патогенными организмами, специально разработанными для быстрого избавления от команды корабля.

Конечно, достижения современной науки вполне позволяли дезактивировать поврежденные отсеки, после чего была возможна их дальнейшая эксплуатация. Вот только кто будет этим заниматься на сильно поврежденных судах, чья участь была оказаться на ближайшей планете-свалке? Правильный ответ никто.

По этой причине все жители кладбища кораблей обязательно имели в качестве орудия промысла легкий изолирующий скафандр. Наиболее богатые или везучие приобретали в дополнение ко всему и универсальный сканер. Однако ни скафандр, ни сканер в полной мере не могли защитить от подобных опасностей. Эти вещи имели достаточную защиту лишь для того чтобы снизить воздействие неблагоприятных факторов на организм до степени позволяющей выполнить боевую задачу и вернуться на базу. После этого уже делом врачей было устранить негативные последствия от облучения членов экипажа корабля.

Вот и получалось так что, даже соблюдая осторожность, через какое-то время организм накапливал достаточную дозу для начала тяжелой болезни без дальнейшей помощи, приводящей к летальному исходу. А вот денежных средств чтобы обратится в официальную клинику у жителей свалки нет. Кое-как спасали периодически находимые в обломках кораблей военные или полоцкие аптечки, но вылечить от всего они не могли, ведь и они были рассчитаны в основном на поддержание жизни носителя до попадания в стационар.

Вот и оставалось тем, кто тяжело заболел либо мучительно умирать на свалке, либо обращаться за медицинской помощью не имея средств на оплату услуг клиники. Вот только дальше назвать судьбу такого разумного завидной не получалось. Если ты приходишь за лечением в частную клинику, то с тобой тут же заключается фактически кабальный договор, в соответствии с которым получатель услуги по лечению обязан отработать на поставщика лет двадцать минимум. При этом на то, что попадешь на престижную работу, с хорошими условиями труда, можно и не рассчитывать. Более вероятно, что работать придется, чуть ли не за еду, а по окончанию контракта заключать новый договор на подобных условиях. Способы как заставить человека заработать еще больший долг, чем изначальный, у подобных корпораций очень разнообразны.