Чтение онлайн

И тут раздался голос. Хриплый, с издевательскими нотками, он эхом разнёсся по коридорам и сразу же заполнил её разум, словно возникал не снаружи, а внутри её головы.

— Свежее мясо… ммм… и свежая Сила… — голос растягивал слова, смакуя каждую букву, словно испытывая извращённое наслаждение. — Давно у меня не было таких гостей.

Аня застыла. Её ноги приросли к полу, а сердце сжалось, словно его схватили ледяные пальцы. Она зажмурилась, надеясь, что голос — это всего лишь плод её измождённого разума, что её страх и усталость играют с ней злую шутку. Но голос не исчез. Он нарастал, как набегающая волна, заполняя пещеру, проникая в каждую трещину, в каждый уголок её разума.

— Ты думаешь, что можешь уйти? — голос перешёл в издевательский смех, низкий, гортанный, разносившийся по коридорам. Смех проникал в неё, пробирая до костей. — Я чувствую тебя, девочка. Каждую каплю твоего страха. Каждую искру твоей Силы. Ты... моя.

Её руки инстинктивно сжали мешок, висевший на плече, словно в нём хранилось спасение. Грудь тяжело вздымалась, сердце билось так сильно, что казалось, сейчас разорвётся. Она сглотнула с трудом, чувствуя, как горло сжимается от ужаса. Оставаться на месте было невозможно, но и двигаться вперёд казалось подвигом.

— Тебе некуда бежать… Я уже здесь.

Её взгляд метался в темноте, но там не было ничего. Только абсолютное, всепоглощающее ничто. Тьма окутывала её, обволакивала, проникала внутрь, а голос, казалось, звучал отовсюду сразу. Он был над ней, под ней, вокруг и в самой её голове. Вибрации голоса проникали в самые глубины её сознания, лишая девочку остатков воли.

— Я вижу тебя, вижу каждую слезу, каждую дрожь твоего тела. Это красиво. Ты ведь знаешь, что не убежишь? Ты сама пришла ко мне.

Аня затрясла головой, пытаясь отогнать слова, но голос становился только громче. Его слова звучали, будто сама пещера произносила их вместе с ним, и от этого становилось ещё хуже.

— Когда я поймаю тебя… — голос на мгновение затих, и в этой паузе она услышала звук — тяжёлый вдох прямо у себя за спиной.

Её тело застыло. Холод прошёлся вдоль позвоночника, сковывая всё внутри.

— Я буду пить тебя медленно. Каплю за каплей, — прошептал голос, теперь ближе, так близко, что её собственное дыхание слилось с ним. — Ты будешь чувствовать, как твоя Сила стекает в меня, оставляя тебя пустой.

Аня хотела закричать. Она отчаянно пыталась собрать воздух в лёгких, выплеснуть его в крик, но не могла. Горло сжалось, голос застрял где-то внутри, так и не вырвавшись наружу. Тьма вокруг неё казалась живой, а голос стал её единственной реальностью.

— Ты ведь чувствуешь, правда? Как тебе становится тяжело? Как твоё тело предаёт тебя? Я просто забираю то, что мне принадлежит.

Аня стиснула зубы, заставляя себя идти. Каждое движение требовало неимоверных усилий. Казалось, что её ноги опутали невидимые цепи, а каждое прикосновение воздуха к коже обжигало, как огонь. Боль растекалась по мышцам, спина гудела от напряжения, но страх подгонял её вперёд. Она знала, что остановиться — значит умереть.

— Беги, беги… это так весело. Ты ведь знаешь, что я уже близко? — голос захохотал, хрипло, с каким-то звериным наслаждением, которое пробрало её до самых костей.

Её тело действовало на пределе. Аня сначала ускорила шаг, затем перешла на бег. Дыхание стало резким, болезненным, словно острые иглы протыкали её лёгкие с каждым вдохом. Тьма вокруг была бесконечной. Стены, казалось, сдвигались, смыкаясь вокруг неё, превращая коридоры в ловушку. Голос становился громче, ближе. Он был везде и нигде.

Пещера напоминала живой лабиринт. Коридоры извивались, переплетались, с каждым шагом становясь всё уже. Стены покрылись склизкой влагой, от которой её ладони соскальзывали, едва успевая находить опору. Воздух был густым, обжигающим, словно насыщенным невидимым пламенем. Каменный пол хрустел под ногами. Аня взглянула вниз и едва не вскрикнула: он был усеян обломками костей. Их белизна, контрастируя с окружающим мраком, ранила глаза, как вспышки молнии.

Она старалась не смотреть вниз. Не хотела задаваться вопросами, кому могли принадлежать эти останки, и почему они оказались здесь. Но воображение рисовало ей картины, одна страшнее другой.

Пещера дышала. Необычный жар сочился из стен, и с каждым вдохом ей казалось, что она пьёт вязкую, угрожающую тьму.

— Не спеши, дитя... У нас так много времени, — голос всплыл из ниоткуда, мягкий, как шёпот змеи, но с нотками издёвки, от которых по её коже побежали мурашки. — Мне нравится наблюдать, как ты мечешься. Как ты цепляешься за надежду, которой нет.

Аня вздрогнула, споткнулась и упала вперёд. Её руки ударились об пол, но вместо гладкого камня они встретили что-то твёрдое, холодное. Кости разлетелись в стороны, острые осколки впились в её ладони. Аня вскрикнула, её глаза наполнились слезами. Боль пронзила её, словно раскалённое лезвие.

Она подняла руки, даже сквозь тьму видя, как кровь проступает на коже, смешиваясь с пылью и грязью. Боль возвращала ей осознание, реальность, но страх тут же заполнял этот проблеск разума. Мрак окружал её, обнимал, проникал в сознание. Казалось, сама пещера наслаждалась её муками, её отчаянием.

"Встань," — прозвучал внутренний голос. Но тело дрожало, отказывалось повиноваться. А голос в пещере, насмешливый и хриплый, продолжал звучать, став частью её мыслей. Он был повсюду, он был её окружением. И он был ближе, чем ей хотелось верить.

Аня попыталась подняться, но её пальцы наткнулись на что-то прохладное и гладкое. Она замерла. Глаза, привыкшие к мраку, уловили слабый металлический блеск среди белизны костей. Сердце пропустило удар, и она, затаив дыхание, наклонилась ближе. На полу лежала необычная, странная вещь, похожая на какой-то артефакт. Кристалл, опутанный тонкими серебристыми нитями, которые, казалось, едва уловимо двигались в свете, исходящем ниоткуда.

— О, что это? — прошипел голос, его интонации обволакивали её разум, проникая в самые глубины. — Ты нашла что-то... ценное. Интересное. Но ты ведь знаешь, что оно не твоё? Оно моё.

Аня почувствовала, как ледяная дрожь пробежала по её спине. Её сердце забилось быстрее, и инстинкт, древний и неосознанный, заставил её действовать. Она резко схватила артефакт и прижала его к груди, словно это могло защитить её. Холод металла пробрался через её пальцы, но она не обратила на это внимания.

Она сунула находку в мешок, её движения были быстрыми и резкими, полными паники. Каждый миг казался вечностью. Казалось, что сейчас сама пещера оживёт, чтобы забрать у неё то, что она посмела присвоить.