Чтение онлайн

— Ладно, достаточно, — потребовал Хершел, протиснувшись в камеру. — Шейлин нужен отдых.

— Для начала, пусть пообещает, что больше никогда не совершит подобной ошибки, — сухо потребовал брат, и наши глаза встретились в молчаливой борьбе. — Мы не должны разделяться, особенно теперь, когда Губернатор и его люди в любой момент могут нагрянуть в лагерь.

— Я рисковала, потому что хотела отыскать Дэрила или убедиться в его смерти.

— Поэтому и оказалась в заложниках у шайки бродяг, пострадала сама, да ещё и сыскала помощи у предателя Диксона!

Майкл перенервничал, вышел из себя, поэтому я не приняла его слова слишком близко к сердцу, однако всё равно испытала боль от одного лишь воспоминания о случившемся кошмаре. Никто не смел винить других за беспокойство и тревоги, когда дело касалось родных и близких. В том числе и я.

— Хватит, Майк, — сдержанно попросил Рик, прижав сбитую ладонь к вздымавшейся груди племянника. — Остынь.

Майкл коротко кивнул и спешно покинул камеру, даже не обернувшись, а я так и осталась лежать в чистой постели, съедаемая изнутри собственными воспоминаниями.

— Шейлин, мы заперли оружие, на случай, если это повторится, — предупредил Рик, и только теперь я заметила кровоподтёки на его лице — память о встрече с Мэрлом Диксоном.

— Мы бы нашли Дэрила, — прошептала я, снова перевернувшись набок. — Вы можете попробовать ещё раз…

— Нет, Шейлин, — Рик отрицательно покачал головой. — Мы сделали всё, что могли. — Он отвернулся, но, прежде чем покинуть камеру следом за Майклом, спокойно добавил: — Отдыхай. Скоро нам понадобится твоя помощь, когда люди из Вудбери подберутся к нашему дому.

Я закрыла глаза, искренне рассчитывая забыться, погрузиться в сон и отдалиться как можно дальше, избавиться от дурных воспоминаний, как о жутком кошмаре, но на деле всё оказалось куда сложнее. Мир изменился. И где бы мы ни прятались, постоянно чувствовали себя в опасности. Прежние законы, нормы и правила больше не действовали. Я должна была вспомнить об этом прежде, чем покинуть лагерь, но, как известно, после драки кулаками не машут. Всё было кончено. Теперь лишь требовалось отыскать в себе силы и научиться жить с осознанием собственной никчёмности. Я не смогла защититься, самостоятельно спастись. Оружие не гарантировало безопасность, лишь бдительность и восприимчивый ум — вот что действительно имело смысл в новом мире.

4 мая

Я стояла неподалёку от решетчатой ограды и молчаливо всматривалась в даль, изучала опушку, с нескрываемым отвращением разглядывая полуразложившиеся, ходячие тела. Мертвецы выскальзывали из леса, собирались кучками по всему периметру, на первый взгляд, крепкого забора, изредка меняя своё местоположение. Мы не позволяли им приближаться и слишком сильно давить на ограду; расправлялись без лишнего шума, не прибегая к огнестрельному оружию. Пользовались удлинёнными ножами и заточенными палками, иногда железными прутьями; протыкали головы ходячих насквозь, и они падали на землю, прямо друг на друга, поэтому за оградой зачастую образовывались целые кучи мертвецов. Рик и Гленн без труда растаскивали тела и сбрасывали чуть дальше, в неглубокий овраг. Вот и тем тёплым днём, они отправились за ворота, прихватив с собой несколько винтовок с глушителем. Ну а я осталась наблюдать у смотровой башни, на которой дежурили Кэрол и Мэгги.

Рик сдержал своё слово и запер оружие на замок, дабы оградить меня от безрассудных поступков. Единственное, что удалось раздобыть, так это небольшой карманный нож, припрятанный за пазухой, да заточенную палку, используемую для истребления ходячих вдоль ограды. Я не расстраивалась, ведь, несмотря на предосторожность, Майкл и Рик волновались, постоянно наблюдали и не оставляли в одиночестве даже после заката. В течение дня мне поручали самые обыденные занятия, вроде приготовления пищи, прогулки за водой и дежурства на смотровой башне, без оружия, разумеется, с биноклем в руках и обязательно в обществе Мегги, Кэрол или, на худой конец, Бэт. Родные слишком опекали, не позволяли спокойно и воздуха глотнуть, ну а я, в свою очередь, самостоятельно боролась со страхами и внутренними переживаниями, с удовольствием выполняя все поручения, в надежде сгодиться и принести пользу. Воспоминания тяготили, и иногда казалось, словно я тону, стремительно иду на дно, уносимая сильным течением, но всякий раз чудом выбираюсь на поверхность, хватаю больше воздуха, а затем опять бросаюсь в пучину пугающих мыслей и ещё более беспросветного тёмного будущего.

Никто не знал, что ожидало впереди, но каждый догадывался, инстинктивно предчувствовал беду, в том числе и я.

— Как ты себя чувствуешь? — Откуда ни возьмись, рядом появилась Бэт. Она остановилась по левую сторону и с нескрываемым интересом посмотрела на меня, прежде чем продолжить: — Папа сказал, что ты неплохо справляешься.

— Стараюсь не пасть духом раньше времени. — Я повернулась к девушке. — Всё проходит, да мне и не пятнадцать лет, чтобы зацикливаться на прошлом.

— А ещё, он добавил, что ты отчаянно отрицаешь случившееся, и это напоминает посттравматический стресс.

Я нахмурилась, припомнив о странном забвении, в котором находилась многие годы, отчаянно пряча страшные мгновения из детства, заталкивая как можно глубже в подсознание. Сработало. Видимо, мне действительно удалось забыться, но, как выяснилось уже через некоторое время, отголоски психологической травмы отразились на личной жизни. У меня было всего двое мужчин. И ни с одним в полной мере так и не удалось постичь обещанного наслаждения. Я боялась секса, на интуитивном уровне, не могла расслабиться должным образом, поэтому зачастую испытывала неудобство во время полового акта. Меня манили объятия, поцелуи, ласки, но первые мгновения физической близости пугали. Возбуждение. Да, я испытывала его, желала лечь в постель, отдаться порыву и чувствам, но в процессе никогда не расслаблялась. Никогда!..

— Он думает, что не стоит подавлять прошлое. Нужно лишь отпустить.

— И поэтому ты здесь? — Я посмотрела на Бэт. — Хершел прислал поговорить? А, может, ещё и вразумить? Наставить на путь истинный?

— Почему же, нет, — Бэт мягко улыбнулась и неожиданно взяла за руку. — Все мы многое пережили, но это не повод замыкаться в себе, понимаешь?

— Ты об изнасиловании, — прямо поинтересовалась я, не скрывая своего негодования, — или о съеденных заживо родственниках? Что из этого, по-твоему, подкосило меня больше?

Однако, вопреки всем ожиданиям, девушка не только не отпрянула в сторону, но даже не изменилась в лице. Лёгкая улыбка вновь растянула её губы, а мягкий вдумчивый взор немедля заставил устыдиться собственных слов и поступков. Бэт выглядела спокойной и рассудительной, не то, что я, загнанная в угол собственными кошмарами.

— Несмотря на потери и потрясения, мы всё ещё живы, — она теснее сжала ладонь своими тёплыми пальцами, и на моих глазах навернулись слёзы. — Будущее не предрешено, Шейлин. Ты должна понять это прежде, чем нам придётся покинуть это место.

Наши взгляды встретились, и отчего-то захотелось выговориться, открыть душу человеку, готовому выслушать и поддержать без лишних упрёков. Я нуждалась в понимании, а Бэт оказалась единственным собеседником, способным достучаться до порабощённого разума. Она смотрела своими выразительными глазами, в искреннем желании помочь!

— Знаешь, мне давно не пятнадцать и даже не двадцать лет, поэтому я не была девственницей, разумеется. — Пришлось собрать всю волю в кулак и проглотить тяжёлые воспоминания из детства, прежде чем продолжить: — Эти мужчины… Они надругались, но не нанесли сильных внутренних травм. Несмотря на внешний вид — ссадины, кровоподтёки, синяки, я не слишком пострадала.