Чтение онлайн

Хриплое дыхание вырывается из моих легких. Я открываю дверь шкафа, который скрывает винный погреб, правильно названный мной пещерой летучих мышей. Мои кроссовки эхом отражаются от каменных стен, когда я поднимаюсь по лестнице по две ступеньки за раз.

Я прижимаюсь спиной к одной из стеклянных дверей холодильника и сползаю вниз, прижимая колени к груди. Мне требуется вся сосредоточенность, чтобы не дать волю слезам.

Сегодняшний вечер не складывается так, как я хочу. Каждый выбор, который я делала до этого момента с Маттео, оказывался ужасно неправильным, превратив мою жизнь в сплошной беспорядок. И ради чего? Ради отца, у которого уже есть семья и который даже не знает о моем существовании?

Я — всего лишь шутка. Мошенница. Ничем не лучше моей матери, лгущей, чтобы добиться своего. Осознание этого приводит к слезам, с которыми я боролась раньше. Я смахиваю их, ненавидя свидетельства своего страдания.

— У тебя есть два варианта. Ты можешь пойти туда и показать им, что они упускают, или ты можешь спрятаться здесь, и я скажу им уходить, — низкий голос Сантьяго отражается от стен. Пара кроссовок останавливается передо мной, его тело отбрасывает на меня тень.

Мое сердце застряло где-то в горле.

— Вот дерьмо! Почему ты все время такой тихий? — я прижимаю руку к груди, откидывая голову назад.

— Тренируюсь, — его ухмылка сменяется хмуростью, когда его глаза скользят по моему залитому слезами лицу.

Он выдыхает, грациозно приседая.

Мое сердце теплеет при мысли о том, что он довел себя до предела, чтобы быть со мной на одном уровне. Я наклоняю голову вперед, избегая его взгляда.

— Сегодняшний вечер — отстой.

Он проводит толстым мозолистым пальцем по моему подбородку, заставляя меня посмотреть ему в лицо.

— Эх. Они отстой. Только один человек за этим столом делает все терпимым, — он улыбается так, что мне хочется встряхнуть его.

Ни цента не жалко за его мысли. Я готова предложить своего первенца, если это означает получить доступ к частичке его разума.

— Я совершила ошибку, не так ли?

Он качает головой.

— Нет, не совершила. И я не могу их винить, потому что слава делает людей глупыми. Они думают, что способ сделать меня счастливым — это задавать мне вопросы о себе, но они не могут быть более неправы.

— Почему? — слова покидают мой рот шепотом.

— Потому что очевидно, что путь к сердцу любого мужчины лежит через его девушку.

— Фальшивую девушку, — полусерьезно пробормотала я. Фальшивые девушки не должны чувствовать к нему то, что чувствую я, но вот она я, вожделеющая чертового отшельника.

Он качает головой, борясь с улыбкой.

— Как ты смотришь на то, чтобы поиграть в игру?

— В игру? — у меня отвисает челюсть.

— Да. В игру, — он кивает, его ухмылка растет. — Тот, кто придумает самую нелепую историю о наших отношениях, выиграет все, что захочет.

Я смеюсь. Он громкий и безудержный, эхом отражается от стен.

— Зачем нам это делать?

— Потому что я предпочитаю видеть твою улыбку, а не слезы.

Я резко вдыхаю. Его сладкие слова проникают в меня, восстанавливая ущерб, нанесенный сегодняшним вечером. Мне страшно полагаться на такого человека, как он. Но в то же время я не могу игнорировать безопасность, которую он предлагает.

— Что я получу, если выиграю? — моя улыбка расширяется.

— На самом деле тебе стоит задать вопрос: что получу я, когда выиграю? — его улыбка становится озорной, разжижая мои внутренности.

О. Черт.

Я готова проиграть, если это означает, что я получу еще одну такую улыбку. Я могу размахивать флагом капитуляции, потому что Сантьяго похож на человека, который не берет пленных.

Сантьяго

С тех пор как Хлоя ворвалась в мою жизнь, не обдумывать свои планы стало привычным делом. Когда я застал ее плачущей на полу в подвале, мое сердце заколотилось так, что я начал действовать, а думать стал позже.

Вечер — это то, чего я ждал, и я становлюсь все более беспокойным. Я должен был довериться своим инстинктам и отвергнуть этот план. Моя интуиция была права. Семья Хлои совершенно ошеломлена. Это было написано на их лицах, как только они вошли в мой дом. Изначально я списал это на свои сомнения в намерениях других, надеясь, что они тоже хотят познакомиться с моей девушкой. Вместо этого они пропустили мимо ушей все комментарии, касающиеся Хлои, и сосредоточились на мне

Хлоя очень рассчитывает на то, что Маттео примет ее, как только она признается ему в их родстве. Я боюсь, что она будет разочарована, если он отвергнет ее. И что еще хуже, я боюсь, что у нее больше не будет причин оставаться здесь, если он разобьет ей сердце. Он — единственный человек, привязывающий ее к этому городу, и я не могу допустить, чтобы он все испортил. Мне слишком нравится ее общество, чтобы потерять его сейчас.

Я надеялся, что ошибаюсь насчет Маттео и его сына, но все, что произошло сегодня, доказывает, что я был прав. И пошли они оба, если это делает Хлою несчастной. Отсюда и моя дурацкая игра. Та самая, которая разожгла огонь внутри Хлои, прогнав ее слезы. Как чемпионка, она прошла через мой дом и заняла место рядом со мной.

Я вцепился в ее руку, прижав ее к столешнице. Она поднимает на меня бровь, и я улыбаюсь. Крошечный голос в голове шепчет, что границы размываются и чувства могут быть задеты. Но хоть раз за последние несколько лет моей замкнутой жизни я не беспокоюсь о том, чтобы прислушаться к нему. Я слишком долго был онемевшим. Я так чертовски устал от этого, что буду играть во все эти игры с Хлоей и наслаждаться нашими личными ставками.

Маттео смотрит на наши руки, лежащие на столе.

— Как долго вы двое знаете друг друга?

Я удивлен. Этот засранец наконец-то задает вопрос о нас, а не только обо мне.

Хлоя пользуется моим молчанием и улыбается мне.

— О. С самого детства. Это был медленно разгорающийся роман века, — она хлопает ресницами.

О, это должно быть хорошо. Я наклоняюсь ближе к ней, глубоко вдыхаю цветочный аромат ее парфюма, а затем шепчу ей на ухо.

— Побеждает тот, кто получит от них больше всего вопросов об истории. Давай будем справедливыми и беспристрастными.

Она резко вдыхает, ее тело вздрагивает, когда горячий воздух выходит из моего рта. Ее одобрительный кивок начинает нашу игру.

Джованни улыбается.

— О, правда? Я помню, что слышал о бывшей Сантьяго в одном из влогов его сестры. Но никакой другой информации о ней не появлялось.

Я вздрогнул. Всем было интересно узнать о моей бывшей девушке, но я держал эту историю под замком вместе с другими. Во время интервью я предпочитал держать свою жизнь в тайне, и репортеры воспринимали это как нечто пикантное, а не невинное.