Искушение и соблазн
Шрифт:
Ухватившись за изножье кровати, он вскочил на ноги и молниеносно обернулся, наставив на Уоррена пистолет. Софи — благослови ее Бог! — оказалась цела. К тому же она подняла такой шум, что Уоррен забыл о Линдли. Впрочем, капитану сейчас было не до него — выронив разряженный пистолет, он с трудом отбивался от набросившейся на него Софи. Неловко повернувшись, он оступился и с криком рухнул на пол. А Софи, разъяренная, словно фурия, навалилась на него сверху и при этом что было сил молотила по нему каким‑то смутно знакомым Линдли предметом, который сжимала в руках.
Линдли, опомнившись, кинулся на помощь. Уоррен, прикрывая лицо руками, отчаянно вопил, словно его режут. А Софи наносила Уоррену удар за ударом — по лицу, по голове, по рукам, которыми он пытался закрыться. От злости ее силы удесятерились. Тупой предмет, которым она колотила Уоррена, в руках взбешенной девушки превратился в грозное оружие.
Только тут Линдли сообразил, что Софи держит в руках ту самую обтянутую кожей палку, которую она повсюду таскала за собой в узелке. Если бы не серьезность ситуации, он бы, наверное, лопнул от смеха. Подумать только, Уоррен повержен, и кем? Разъяренной белошвейкой с дилдосом в руках!
Изо всех сил стараясь удержаться от смеха, он пинком отбросил в угол разряженный пистолет Уоррена, после чего встал над своим поверженным противником и знаком дал Софи понять, чтобы она отодвинулась в сторону.
— Довольно! — рявкнул он, убедившись, что держит Уоррена на мушке. — Оставь его, дорогая! Он мне нужен живым.
— Но ведь он собирался тебя застрелить! — возмущенно пропыхтела Софи.
Линдли, позволив себе еще пару минут полюбоваться этим дивным зрелищем, помахал пистолетом перед носом притихшего Уоррена.
— Но ведь ты ему не позволила, — улыбнулся он. — Кстати, ты не ранена?
Софи, в пылу схватки, по‑видимому, забывшая обо всем, немного подумала, потом оглядела себя и покачала головой:
— Нет. Похоже, промахнулся. А ты? — спохватилась она.
— Со мной все в порядке, — ответил Линдли, весьма польщенный тем, что она волнуется за него. — Теперь уже все в порядке, — с облегчением добавил он.
Однако Софи, похоже, до сих пор терзали сомнения. Повернувшись к Линдли спиной, она подозрительно разглядывала свою притихшую жертву.
— Так это и есть капитан Уоррен?
— Да, это он. Хотя, думаю, ему уже теперь недолго осталось носить это звание. Что‑то мне подсказывает, что его начальство не обрадуется, когда узнает о его темных делишках.
Так же, как не обрадовался он сам, когда узнал правду об Уоррене, мысленно добавил Линдли. Честно говоря, в глубине души он надеялся, что его подозрения о предательстве Уоррена и его участии в убийстве его семьи и прочем окажутся ложными. Увы, поведение Уоррена, его попытка убить Софи и избавиться от Линдли доказали, что это не так. Эудоре и ее сыну за многое придется ответить, поклялся Линдли.
Но пока этот ублюдок лишь нагло ухмылялся, молча наблюдая за ними, — видимо, ждал подходящего момента, чтобы улизнуть. Нужно было срочно придумать, как ему помешать. И тут Линдли вдруг вспомнил о д’Аршо, о котором совсем забыл в пылу схватки. Проклятие… где его черти носят?
Уже начиная обо всем догадываться, Линдли обернулся в сторону гардеробной, из которой пару минут назад так эффектно появилась Софи. И не ошибся — за стеной раздался топот, и в комнату ввалился запыхавшийся д’Аршо.
— Папа! — радостно взвизгнула Софи. И бросилась к нему на шею, даже не заметив, что опасный предмет, который она держала в руках, просвистел в сантиметре от головы ее отца.
— Жаль, что вы опоздали, д’Аршо. Должен сказать, с этой штукой в руках ваша дочь выглядела весьма впечатляюще! — за неимением лучшего брякнул Линдли. — И вообще, где вы шлялись все это время, хотел бы я знать?
— Искал потайной ход, — невозмутимо заявил тот, кивнув на проход в стене. — Он ведет в эту комнату из подвала. А эту каналью, — он указал на Уоррена, — надо связать.
Софи растерянно оглянулась по сторонам, подумала немного, ринулась в гардеробную и скрылась за раздвижной панелью в стене. Очень скоро она вернулась, держа в руках уже хорошо знакомый Линдли узелок. Увидев его, Линдли мысленно возблагодарил судьбу за то, что Софи повсюду таскает его с собой. Оставалось только надеяться, что д’Аршо не придет в голову разглядывать его содержимое.
— Вот, возьмите это, — пробормотала она, протянув отцу моток мягких шнурков, на которых красовались многочисленные узелки.
Ничего лучшего и желать было нельзя. Схватив их, Линдли перевернул Уоррена на живот и туго стянул ему руки за спиной. Рывком подняв Уоррена с пола, Линдли подтолкнул его к двери.
— Пошли, кузен. Пора отвезти тебя к тем, кому предстоит решить твою дальнейшую судьбу.
Подталкивая перед собой упиравшегося капитана, Линдли спустился вниз, в небольшую, но уютную прихожую. Софи с отцом молча следовали за ним. Выйти из дома они не успели — в дверях стояла Эудора. Линдли даже не удивился, только тяжело вздохнул, проклиная себя за то, что заранее не подумал об этом.
— Ну, здравствуй, тетушка. Зачем пожаловала? — устало пробормотал он.
И увидел наставленный на него пистолет.
Впрочем, чего‑то в этом роде он и ожидал.
— О нет, только не говори, что ты тоже собираешься меня убить! — вздохнул Линдли.
— Не глупи, Ричард, — поморщилась Эудора. — Зачем мне ты? Нет, я собираюсь убить его!
Отведя пистолет в сторону, Эудора прицелилась в д’Аршо. И похоже, это была не пустая угроза. Все участники этой сцены на миг окаменели. Потом прогремел выстрел, и поднялась кутерьма. Грохот выстрела эхом отдался в доме. Линдли, даже не успев ни о чем подумать, метнулся вперед, закрывая собой Софи. Похоже, то же самое сделал и д’Аршо. Двое мужчин сшиблись, едва не раздавив бедную Софи, которая, как и следовало ожидать, оказалась между ними, — толчок оказался такой силы, что все трое с криком отлетели в разные стороны.
Уоррен мешком свалился на пол. Глаза у него округлились, по лицу растеклась мучнистая бледность, а темно‑багровое пятно, появившееся слева у него на груди, ясно говорило о том, куда угодила пуля. Видимо, это поняла и Эудора — с криком метнувшись к сыну, она опустилась возле него на колени.
— Джорджи!
— Дьявольщина, мама… может, объяснишь, в кого ты целилась?!
Но Эудора как будто не слышала. Убедившись, что ее сын жив, она, словно разъяренная гарпия, набросилась на д’Аршо.