Чтение онлайн

Эдейн продолжала:

– Они много месяцев обследовали руины Кенмор-Хауса и, наконец, нашли, что огонь возник не случайно, как они предполагали раньше. Кто-то намеренно устроил поджог.

Джеральд почувствовал, как по его спине побежали струйки пота. Он прихлебывал чай, мечтая, чтобы в нем было хоть немного бренди.

– Как они узнали, что пожар был устроен намеренно? – спросила Элис.

– О, я не знаю, но они уверены, – сказала Эдейн. – Я всегда знала, что тот пожар был не случайным. А у кого еще, кроме Деклана, был мотив избавиться от бедной Маргарет?

– Ни у кого! – возмущенно воскликнула Деирдр. – Так что они его еще достанут. Попомните мое слово! Деклан Ривз будет наказан за убийство моей малышки-сестры. – Жестокие глаза Деирдр победоносно сверкнули.

– Значит, они уверены, что это сделал Деклан? – спросил Джеральд, от всей души надеясь, что это случится пораньше. До сих пор не было никаких подозрений насчет его участия в этом деле, что его очень радовало. Он хотел, чтобы Деклан оказался в тюрьме еще до конца года. Таков был его нынешний план. Тогда Кэмелмор-Мэнор и все, что к нему относится, будет окончательно принадлежать Джеральду.

– Ну конечно! – присоединилась к разговору Эдейн. – Давайте предупредите вашего кузена. Он может убежать от закона, но долго прятаться не сумеет. Они его схватят.

– И едва это чудовище окажется в тюрьме, где ему самое место, я наконец получу Мару. – Деирдр подчеркнула свои слова энергичным кивком.

– Что еще вы можете нам сообщить, Джеральд? – спросила Эдейн. Ее лицо приняло обычный кислый вид. – Относительно Деклана? Он что-нибудь говорил во время вашей встречи в Лондоне?

– Я спросил его, хочет ли он вернуться домой. Но, как вы можете заключить по моему присмотру за Кэмелмором, он не собирается в ближайшее время приезжать в Ирландию. Я сказал, что Маре будет лучше вернуться к ее семье, но он с этим не согласился. Он хочет держать ее в Лондоне и консультироваться с врачами, которые специализируются в подобных вещах.

– Конечно, Маре лучше вернуться домой и находиться с родными, а не торчать в Лондоне одной, среди чужих, – сказала Деирдр голосом, полным презрения и досады.

– И зачем ему вообще возвращаться? – заметила Эдейн. – Он знает, что его сразу посадят. Несмотря на все, что я о нем говорю, Деклан вовсе не дурак.

– Они могут потребовать, чтобы он приехал? – спросила Элис, поднимаясь с дивана и подливая чай.

Джеральд подумал, что Элис в модном новом платье из шелка янтарного цвета выглядела так, словно родилась в Кэмелморе. Его жена была красива и элегантна, как любая графиня. Она достойна стать хозяйкой такого величественного дома, и Джеральд отчаянно хотел преподнести ей его.

– Если они соберут достаточно улик, то вполне могут потребовать, чтобы он вернулся, – ответила Эдейн.

– Скоро год с момента пожара, – внезапно промолвила Деирдр. – Я хочу, чтобы они наконец поторопились.

– Мне больно, что я являюсь тем человеком, который ставит вас в известность о том… – начал Джеральд, прекрасно понимая, что его сведения вызовут у сестер Райан взрыв безумного гнева. – Иногда я стыжусь кузена. До моего сведения было доведено, что Деклан… связался… с лондонской продавщицей.

– О господи боже! – хором воскликнули Деирдр и Эдейн.

У Эдейн был такой вид, будто она вот-вот упадет в обморок.

– Еще года не прошло с тех пор, как бедная Маргарет легла в могилу, а он… с другой женщиной… – Ее голос был полон отвращения.

Деирдр ударила костлявой рукой по столу.

– Это оскорбление для нас… для Маргарет! Вот что это такое.

– Это печальная ситуация, – простонала Эдейн. – Когда мужчина убивает жену, а потом ведет себя как ни в чем не бывало.

– Мужчины способны вести себя так, – с притворным сочувствием покачала головой Элис.

– Что ж, вы знаете, – вздохнул Джеральд, – я тяжело переживаю то, что случилось с милой Маргарет. Я любил ее как сестру. И хотя Деклан – мой дражайший кузен и единственный живой родственник, должен признать, что его положение не из лучших. Все указывает на него как на виновника гибели Маргарет. А когда я думаю о том, что бедная маленькая Мара тоже могла погибнуть той ночью, мне просто становится нехорошо.

– Что касается меня, я чувствую, что не могу смотреть людям в глаза от стыда, который навлек на нашу семью Деклан. – Элис выдавила из глаз две слезинки и промокнула их платочком с монограммой. Джеральд готов был зааплодировать ей.

– Представьте себе, что чувствуем мы! – возмущенно вскричала Эдейн.

– Я понимаю, что вы чувствуете, потому что мне тоже больно. – В голосе Джеральда звучали горечь и разочарование. – Мне хотелось бы предложить вам помощь, дабы вернуть Деклана домой. Это дело чести. Кузен он мне или нет, но он совершил преступление и должен за него заплатить. – Он сделал театральную паузу. Сестры Райан слушали его затаив дыхание. – Поскольку он отсутствует, обязанности графа Кэмелмора остаются на мне. У меня полный контроль над имением, и оно в вашем распоряжении, леди. Пожалуйста, считайте Кэмелмор-Мэнор вашим домом.

– Спасибо, Джеральд! Вы благородный джентльмен, несмотря на неприятное родство с вашим кузеном! – с пафосом провозгласила Эдейн.

– Весьма утешительно сознавать, что не все кровные родственники Мары лишены чести и достоинства, – добавила Деирдр.

Джеральд хотел создать у них именно такое впечатление. Он самый благородный и честный в семье. Он добивался доверия семейства Райан. Он крепко утвердился в Кэмелмор-Мэноре, ведя дела имения. Из Лондона он регулярно получал донесения о том, что делает Деклан. Теперь ему оставалось только ждать… чтобы титул и состояние перешли к нему.

Сестры Райан ничего не знали о том, как много уже сделал Джеральд, чтобы обвинить Деклана в смерти жены. Глупые старые вороны! И он будет продолжать общаться с сестрами Райан. Он будет делать все, что угодно, лишь бы Кэмелмор принадлежал ему.

Тем или иным путем.

Деклан крепко прижимал к себе Полетту Гамильтон, а она льнула к нему в поисках тепла.

Душные августовские ночи сменились прохладой сентябрьских вечеров, что было безусловным облегчением. Настала осень.

Они лежали в маленькой спаленке над книжной лавкой, и Деклан в сотый раз размышлял о том, что он сделал с этой прекрасной девушкой. Она была такой живой и красивой, полной решимости и энтузиазма во всем, что делала. В ней было что-то, притягивавшее его… как зов сирены. Она тронула что-то глубоко спящее в нем, растопила лед, сковавший его сердце со времени злосчастного брака. Эта милая, умная, чудесная девушка… Он просто не мог держаться вдали от нее.

Последние шесть недель они продолжали тайно встречаться. Он приходил в лавку пораньше, и это стало их ежедневным обычаем. Другим обычаем стал ежевечерний приход Деклана, после того как лавка закрывалась и все расходились. Тогда они на цыпочках поднимались наверх, в спаленку.