Чтение онлайн

 — Зачем тогда Дьявол вообще пришел на землю?

 — Понимаешь, демоны совсем обезумили, особенно мой сын. И я решила, что пора заканчивать со всей этой ненавистью к людям и прекратить борьбу с Творцом. Но демоны отказывались. Тогда я решила поступить иначе, я решила испытать их в моей преданности. Те, кто меня предадут, я с легкостью уничтожу, а те, кто останется со мной все же не так потеряны и их можно изменить. Я надеялась, что мой сын, Александр проникнется жизнью человека и мне не придется его уничтожать. Его дух был помещен в сосуд проститутки, он внебрачный сын. Виктор один из братства, говорил тебе правду… Александр рос в богатой семье, видел всех духов, в том числе и меня. Я растила его снова. Он так меня любил, но итог, ты видишь. Власть одолела его, и он стал неуправляем. Хотел подчинить себе человечество, занять место Христа, забрать и мою власть. Он предал меня, а значит не прошел испытание…

 — Да, а что стало с хранителями, которые уже умерли? Почему они отказывались от вечной жизни, и передавали Грааль другому человеку.

 — Грааль дарует бессмертие, но не каждый может жить нескончаемое время… Владимир, например, хотел жить, но он стал умирать после того, как Грааль отказывался его слушать, а именно по той причине, что Грааль чувствовал истинную хозяйку на земле и тянулся ко мне. Поэтому Грааль даст тебе бессмертие, как только ты устанешь там, на земле, так придешь ко мне, в мое царствие…

Грацкий молчал, лишь тревожно изредка посматривал на Лилит.

 — Мы поклонялись тебе, — начал Грацкий, — потому что хотели узнать правду, хотели спасения от конца света, ты действительно это сможешь дать?

Лилит смутилась:

 — Я не знаю, как ты с такими сомнениями можешь вообще быть хранителем?

 — Просто ответь мне, ты спасешь нас?

Лилит недовольно взглянула в сторону Грацкого, и выдавила:

 — Конечно, я же сказала, что спасу!

 — Пообещай мне, прошу.

Лилит закатила глаза и раздраженно буркнула:

 — Ну, хорошо, обещаю, что за глупый вопрос?

И пристально вглядывалась в лицо Грацкого, словно ждала от него какого-то ответа.

 — Что? — спросил тот.

 — Что, что! Ты со мной?

 — Я с тобой, Лилит, не с сатаной, а с Лилит, — ответил Грацкий.

 — Ты пойми, что должен быть либо по мою сторону, либо по ту сторону.

 — Лилит, заметь, я сейчас с тобой…

Она холодно улыбнулась, и хитрыми глазами стрельнула в сторону Грацкого.

 — Что ж я рада, что ты согласен… я рада, что ты выбрал именно меня. Я расскажу тебе правду, а ты поведаешь ее в своей книге, за что будешь награжден мной.

Грацкий удобней расположился на кресле и приготовился внимательно слушать то, что ему будет говорить Лилит. Стояла тишина, Лилит выждала какое-то время и начала:

«Нас было двое, но об этом он всегда молчал и молчит.

Он не отвергнет моего существования, если ты его спросишь обо мне. Но если ты не спросишь обо мне, то он и не скажет, что кроме него, есть еще и я… Любовь является причиной всех бед, так и в нашей истории, в истории моей великой безответной любви, которая поделила ваш мир на белое и черное, и темным пятном являюсь я.

Ты обычный смертный человек, не знающий правды и поэтому верующий в то, что дано из уст твоих предков.

 Мы появились здесь, когда не было ничего. Мы существовали в полной тишине и пустоте. Когда мы находились рядом, наши лучи сплетались воедино. В тот момент мы достигли пика своего совершенства, и он начал творить. Он создал день и ночь. Я любила ночь, особенно, когда он украсил ее звездами. За это он назвал меня ночью. И теперь ночь — это время, когда я гуляю по земле. Это мое время. Он создавал, старался сделать все идеальным, а я лишь корректировала и разукрашивала, я помогала создавать ему его мир. Он мудр и велик, он предусмотрел все изначально, я восхищалась и восхищаюсь им до сих пор. Все к чему он касался, оживало, потому что он вдыхал в свои творения жизнь. Он так был увлечен своими творениями, что в какой-то момент забыл про меня. Я старалась обратить на себя внимание, но создавалось такое ощущение, что во мне он видел не свою половину, а своего делового партнера. Лишь иногда мы нежились в нашем саду и восхищались красотой, что была нами придумана. Он называл меня художницей. Потом Творец создавал много подобных нам существ, ему нужны были помощники. Каждого из них он наделял определенными талантами с возможностью развития и других качеств. Он творил духов, даровал им бессмертие. Но по силе никто из его творений, никогда не будет ему равен и уж точно сильнее его.

Сначала были мы — бессмертные. Был наш мир, но потом он сотворил подобных вам существ. Это была эпоха, где люди, назовем их так, были полубогами, но они не были бессмертны.

Ничего не должно быть вечным, кроме нас первозданных, меня и его.

Если говорить о бессмертии, то все познавалось в относительности. Существа, населявшие землю тогда, были смертны по отношению к ангелам, ангелы же были смертны по отношению к нам — ко мне и Творцу. Из этого и получилась иерархия.

Мы жили вместе со смертными, по крайней мере, свободно ступали на их землю и свободно взаимодействовали с людьми. Учили их, веселились вместе. У каждого человека стал появляться свой любимый бог. Пошло многобожество, это не смущало Творца, ведь во главе все же стоял он и я, в качестве его помощницы…

Но потом произошло то, что было непонятным для него. Смертные и бессмертные стали вести себя не так как хотелось бы ему. Сейчас вы зовете это любовью. Он назначил запрет. Но многие не могли ничего сделать с собой, просили у него благословения и уходили к смертным. Так как Творец очень добр, то лишь настоящую любовь он благословлял, и разрешал плодиться... но потом происходило страшное, одна половина погибала, другая жила вечно, — мучилась и страдала. Тогда он окончательно запретил союз смертного и бессмертного, а детей их отправил на другую сторону, создал им свою сферу проживания. Проникновение бессмертных в жизнь своих детей было категорически запрещено, они общались посредством передачи информации, через специальное приспособление, дарованное богом. На вашей планете такое изобретение тоже есть, оно есть практически на всех планетах…

Дети те были великими, и очень сильными, они стали добиваться того, чтобы он разрешил жить им с их родителями, но Творец был против этого. И тогда был великий бунт, дети, объединившись с родителями, пошли против него. И тогда он уничтожил всю их цивилизацию. Родителей же и других бессмертных запер, так что те не могли никуда выйти, и долгое время был в печали, я тогда была с ним, и видела его боль и слезы… да боги тоже плачут, но это куда грустнее видеть, чем видеть, как плачете вы. Потом он часто вспоминал свои творения, бродил бесцельно по саду, то улыбался, то печалился, и видно было, как скучал по ним. Он уничтожил эту планету. Испепелил ее, но оставил ее пустую как память о случившемся.

Творец обратил все свое внимание на новую планету — это ваша земля. Планета Земля была заселена лишь страшными существами. Они поедали друг друга и боролись за свое существование. Но он скучал по своим творениям, которые испытывали чувства, эмоции, имели разум. Было великое обновление земли, все тогда погибло, и через какое-то время планета снова приобрела свой первозданный вид.

Тогда он решился на новые творения. Бессмертных выпустил, взяв обещания, что те больше никогда не вступят в связи со смертными, и те согласились. Он создал уголок для своих новых творений такой, что любой бы хотел там жить. Я раскрасила этот уголок всеми цветами, какие только могут быть. Затем он сказал: сотворим человека по образу нашему и по подобию нашему. Он стоял напротив меня, и я лепила его скульптуру, каждый изгиб тела помню до сих пор, каждый изгиб. После того, как скульптура была готова, он вдохнул в нее жизнь.

Вот с тех пор и началось наше противостояние…

Он был настолько увлечен тем существом, что как всегда забыл про меня. Любовался им, учил его. Однажды и я пришла вместе с ним полюбоваться на первого человека. Увидев меня, Адам очень удивился и спросил:

 — Что это за прекрасное творение, это мой дар?

Мы немного смутились, и даже растерялись. Первый человек же влюблено смотрел на меня:

 — Это лучшее из того, что я когда-либо видел…

Он был ослеплен мной. Казалось, что его счастью не было предела. С тех пор мы стали часто проводить время вместе. Но Адам видел во мне не только второго Творца, но и женщину. Когда я покидала его, он умоляюще смотрел мне вслед в надежде, что я вернусь очень скоро.