Чтение онлайн

Он вспомнил как взбирался по этим ступеням ребенком, чтобы взглянуть в мертвое лицо своего отца. Его мать всхлипывала, ступая впереди него, в объятиях мясистой руки Биффа Стоуки. Теперь Кэм думал, что времени с переездом Бифф не терял. Майка Рафферти еще в землю не закопали, а Стоуки уже наложил руки на его вдову.

И вот круг замкнулся.

Засунув руки в карманы, Кэм пошел дальше по коридору. Двойные двери главного зала были закрыты. Немного посомневавшись, он постучался. Через несколько мгновений, дверь тихо отворилась.

Чак Гриффитс стоял с грустным видом в одном из своих пяти черных костюмов. Гриффитсы были могильщиками в Эммитсборо больше ста пятидесяти лет. Сын Чака уже проходил обучение, чтобы возглавить семейный бизнес, но в свои сорок, Чак был в лучшей форме.

В детстве он в прозекторской чувствовал себя столь же привычно, как и на бейсбольном поле, где он был выдающимся питчером. Для Гриффитсов смерть была бизнесом, и хорошим бизнесом. Чак мог позволить семье двухнедельный отдых каждый год и раз в три года покупал новую машину жене.

У них был симпатичный дом на окраине города с подогреваемым бассейном. Люди часто подшучивали над тем, что смерть построила бассейн.

В качестве тренера малой лиги Эммитсборо, Чак представал громким, неукратимым и стремящимся к победе. В качестве единственного в городе устроителя похорон, он был грустным, немногословным и полным сочувствия. Он немедленно протянул широкую, натренированную ладонь Кэму.

— Хорошо, что пришли шериф.

— Мама здесь?

— Да. — Чак быстро оглянулся. — Никак не могу ее убедить, что в сложившихся обстоятельствах, лучше выставлять закрытый гроб.

Неожиданно в сознании Кэма вспыхнула отвратительная картина того, что осталось от лица Биффа. — Я поговорю с ней.

— Пожалуйста, входите. — Он жестом пригласил Кэма в сдабоосвещенную наполненную цветами комнату. Из скрытых динамиков тихо звучала музыка. Какая-то мягкая и успокаивающая мелодия. — Мы тут чай пьем. Пойду принесу еще чашку.

Кэм кивнул, потом подошел к матери. Она сидела прямо на диване с высокой спинкой, рядом с ней лежала упаковка бумажных носовых платков. На ней было черное, не знакомое ему, платье. Он подумал, что она, должно быть, одолжила его или попросила купить кого-то из подруг. Она крепко стиснула чашку. Джейн так крепко сжала колени, что Кэм подумал, что ей должно быть больно. У ее ног стоял небольшой раздувшийся чемодан со сломанным замком.

— Мама. — Кэм сел рядом с ней и вскоре осторожно положил руку ей на плечо. Она не взглянула на него.

— Ты пришел на него посмотреть?

— Нет, я пришел побыть с тобой.

— Не стоит. — Голос у нее был холодный и твердый, как камень. — Я уже хоронила мужа.

Он убрал руку, и ему пришлось бороться с собой, чтобы не сжать ее в кулак и не ударить с силой по сверкавшему кофейному столику. — Я хотел помочь тебе с приготовлениями. В такие моменты сложно принимать решения. Да в добавок все это дорого. Я хочу оплатить все счета.

— Зачем? — Она подняла твердую, как скала, руку, глотнула чаю, опустила руку вновь. — Ты ненавидел его.

— Я предлагаю помощь тебе.

— Биффу бы твоя помощь не понадобилась.

— Он что, все еще руководит твоей жизнью? Она резко повернула голову, и ее покрасневшие от многочасовых всхлипываний глаза прожгли его.

— Не смей говорить о нем плохо. Он умер, забитый до смерти. Забитый до смерти, — повторила она страшным шепотом. — Ты здесь представляешь закон. Если ты хочешь помочь мне, то найди убийцу моего мужа. Найди его убийцу.

Чак прочистил горло, входя в комнату. — Миссис Стоу-ки, может быть вы хотите…

— Больше не надо чая. — Она встала и подняла чемодан. — Больше ничего не нужно. Я принесла одежду, в которой я хочу, чтобй его похоронили. А теперь отведите меня к мужу.

— Миссис Стоуки его еще не подготовили.

— Я прожила с ним двадцать лет. Я посмотрю на него такого, какой он есть.

— Мама…

Она рванулась в сторону сына. — Уходи отсюда. Думаешь буду смотреть на него, если ты будешь стоять сзади, зная, как ты к нему относился? С тех пор как тебе исполнилось десять, ты заставлял меня стоять между вами, выбирать между вами. И вот он умер, и я выбираю его.

«Ты давно выбрала его», — подумал Кэм и отпустил её.

Оставшись один, он снова сел. Он знал, что ждать ее бессмысленно, но ему необходимо было побыть еще здесь, прежде чем выходить на улицу, где все будут таращиться и перешептываться.

На столе лежала Библия — кожаный переплет стал совсем гладким от бесчисленных рук, через которые она прошла. «Интересно, мать нашла в ней хоть какое-то успокоение».

— Кэмерон!

Он поднял взгляд и увидел в дверях мэра.

— Мистер Атертон.

— Не хочу мешать в трудное для вас время. Заходила моя жена. Она считает, вашей матушке может пригодиться поддержка.

— Она с Чаком.

— Понятно. — Он шагнул было назад, потом передумал. — А я ничего не могу для вас сделать? Я знаю, люди всегда говорят, что в такое время, но… — Он передернул тощими плечами, вид у него был смущенный.

— Вообще-то надо бы, чтобы кто-то отвез ее домой, когда здесь все окончится. Она не хочет, чтобы это был я.

— Я охотно ее отвезу. Люди реагируют на горе по-разному, Кэмерон.

— Так мне говорили. — Он поднялся. — У меня тут отчет о вскрытии. К завтрашнему дню я сниму вам копию и передам все остальные бумаги.

— О, да, — Атертон слабо улыбнулся. — Должен сказать, я никак не приду в себя.

— Вам их надо будет только подшить. Скажите, мэр, есть в школе банды? Крутые ребята не объединяются?

Лицо Атертона — лицо прилежного учителя — пошло складками, брови сдвинулись.

— Нет. У нас, конечно, есть обычные смутьяны и бала-мутчики, случаются драки в коридорах, из-за девчонок или во время игры в мяч. — Его задумчивые глаза расширились. — Вы же безусловно не считаете, что Биффа убили дети?

— Надо же мне откуда-то начинать.

— В школе Эммитсборо, шериф… Кэмерон… у нас нет даже проблемы с наркотиками. Вы же это знаете, случается, мальчишки иной раз разбивают друг другу носы, а девчонки выдирают волосы, но ничего и близкого к убийству нет. — Он вытащил старательно сложенный носовой платок и промокнул верхнюю губу. При одной мысли об убийстве он покрывался потом. — Я уверен, вы обнаружите, что повинен в этом кто-то не из города, какой-то чужак.

— Как-то это не вяжется, чтобы чужой человек бросил тело там, где мальчишки многие годы ходят вброд. И чтобы чужак столкнул с дороги машину как раз в том месте, мимо которого каждый вечер проезжает Бад Хьюитт.