Искушение
Шрифт:
И все же она не давала волю своему языку. Только когда Чалмерс подошел к ней и нагнулся, чтобы налить вина, она мягко сказала ему на ухо:
– Вам не трудно дышать, Чалмерс, когда вы засовываете свой нос прямо в лиф мисс Фостер? Вы только не подумайте, что я ревную, просто действительно неприятно смотреть, как вы задыхаетесь.
По всей вероятности, эти слова сильно подействовали на Чалмерса: он закашлялся и пролил вино на белоснежную скатерть. Взволнованный столь редким конфузом, он вытер скатерть, оставив пурпурное пятно, и удалился из комнаты.
– Какой же гадостью вы смутили Чалмерса на этот раз? – спросил Грэнт, удостоив внимания Аманду.
Она легонько пожала плечами, послав ему ангельскую улыбку.
– Я не имею ни малейшего представления о том, что так взволновало его. А вы случайно не знаете, может, он склонен к апоплексии? Если это так, мне придется воздержаться от свиданий с ним в розовом саду.
Негодующий вздох послышался с того места, где стояла миссис Дайвотс. Анабел и Гарднер фыркнули в тарелки. Затем последовало долгое молчание.
Когда, наконец, ко всеобщему облегчению обед был закончен, Аманда встала, аккуратно отложила в сторону салфетку и произнесла с чувством:
– Для меня было большой честью познакомиться с вами, мисс Фостер. Обязательно заходите еще как-нибудь: мы с вами посплетничаем, обсудим всякие интимные делишки. Например, способности Грэнта на любовном поприще или еще что-нибудь в этом роде.
Победоносно удаляясь из комнаты, Аманда чувствовала на себе их взгляды. И еще она услышала, как Анабел с яростью набросилась на Грэнта, а тот тщетно пытался защищаться.
– Прекрасно, – пробормотала Аманда с кривой улыбкой. – Мы оба умеем играть, Гарднер. Только я обычно выигрываю.
На следующее утро Аманда оторвала себя от подушки намного раньше обычного. Хотя ее встреча с адвокатом Дарси была запланирована на послеобеденное время, она страстно желала побыстрее попасть в город и заняться покупками. Она была приятно удивлена, когда обнаружила, что экипаж и кучер уже ждут ее. Гарднер, по-видимому, не собирался ругаться с ней по мелочам. В прекрасном настроении она спустилась в холл, где встретила Чалмерса, который проводил ее осуждающим взглядом.
Благодаря Вилли, она сразу же смогла отправиться к самой известной лексингтонской модистке по имени Ленор Лалейн.
Внушительных размеров дама с огромным бюстом, напоминающим корму парохода, ястребиным носом и маленькими черными глазками при появлении Аманды повела себя, вопреки всем ожиданиям, вполне обходительно. Окинув Аманду профессионально внимательным взглядом, она просто спросила:
– Чем я могу вам быть полезна?
Аманда удивилась, что ей сразу же не указали на дверь: видимо, в этом городе были и приятные люди.
– Мне необходимо приобрести новый гардероб. Полный набор, за исключением, может быть, костюма для верховой езды, поскольку сама я не езжу, – приятным голосом ответила Аманда. – Я надеюсь, что с вашей помощью и полагаясь на ваш опыт, сумею подобрать фасоны, более подходящие леди, нежели платье, которое вы видите на мне.
– Я понимаю вас, – кивнула женщина, продолжая внимательно изучать ее фигуру. Губы у нее расплылись в улыбке:
– Подумать только, она не ездит верхом. В этой «лошадиной стране» это большой недостаток, мисс…
– Сайтс. Аманда Сайтс, – улыбнулась Аманда. – Я уже имела несчастье обнаружить, что не очень подхожу под здешние нравы. Однако я полна решимости привыкнуть к ним, поскольку теперь владею здесь собственностью и собираюсь осесть навсегда.
– Могу я осведомиться, где вы остановились, мисс Сайтс? Ведь нам, несомненно, придется доставить по вашему адресу готовые заказы.
– Я живу в Туманной Долине, на ферме Гарднера.
– Мне знакомо это место, – сказала мадам Лалейн, и лишь слегка приподнятые брови выдали ее любопытство. – Ну, что? Теперь мы можем начать.
Следующие несколько часов Аманда была усеяна всевозможными булавками, иголками, заколками; ее беспрерывно измеряли и примеряли на ней крой.
– Мне кажется, розовый, – выдавала мадам Лалейн сквозь сжатые губы. – Да, это добавит нежности вашей чудесной коже.
Либо:
– Этот голубой цвет прекрасно гармонирует с вашими очаровательными глазами.
Или:
– Никогда не надевайте зеленое, моя дорогая. От этого ваше лицо принимает ужасно болезненный оттенок. Носите лучше красный.
Под конец она посоветовала:
– Я понимаю, вы не ездите верхом, и все же, полагаю, вам не помешает хотя бы один такой костюм. Я уверена, что когда-нибудь он вам пригодится. Если вы не возражаете, мы можем выбрать вариант, который подойдет вам не только для езды: обычная юбка с разрезом и жакет. К тому же несколько свободных юбок и блузок будут очень удобны для прогулок по ферме.
Аманда преклонялась перед мастерством француженки, хотя все время делала осторожные замечания по фасону. Особое внимание она уделяла формам рукава и линиям шеи. Этим она приятно удивила модистку.
– Моя дорогая, – говорила ей мисс Лалейн, – у вас отличный вкус. Вот только этот ваш лак… Будет просто великолепно, если вы подберете более легкие тона к вашим новым платьям. Но это единственный изъян. Что касается вашей фигуры, то большинство моих клиенток не выдерживают никакого сравнения с вами.
Безукоризненную фигуру Аманда унаследовала от матери. Вкус же ее сформировался за долгие годы путешествий с отцом. Она видела множество самых разных людей: монахинь, проституток, благородных дам, высокопоставленных особ и простых рабочих. Каким-то образом, повинуясь врожденному безошибочному инстинкту, ей удавалось вбирать в себе все лучшее и отбрасывать плохое. Никогда не бывая в хорошем обществе, она, однако, научилась быть светской женщиной, поддерживать беседу. Подводил ее только темперамент, которым она не всегда умела управлять, да острый язык. Не считая, конечно, привычки к жевательной резинке и пристрастия к яркому лаку для ногтей.
Обычно Аманда была вполне уверена в своих силах, но за последние дни несколько пала духом. Теперь же, когда модистка лестно отозвалась о ее вкусе и внешности, она чувствовала прилив душевных сил, которые были изрядно истощены Гарднером, его слугами и мисс Фостер.
Когда Аманда собралась уходить, облачившись в новое очаровательное платье с элегантным пиджаком, ее душа торжествовала. Модистка сняла платье прямо с витрины, слегка подогнала его и присоединила в качестве подарка к новому гардеробу Аманды. За этим платьем последовали пара белых блузок и две юбки розового и голубого цветов, которые мадам Лалейн вынесла из задней комнаты и примеряла на Аманду, пока шли сборы.