Чтение онлайн

— Садитесь, садитесь!

На пороге раздался шорох, я обернулась. Сказочник дошел до трюмо, на ходу развязывая бант, бросил взгляд на свалку под вешалкой.

— Повесишь?

Мне на руки полетела бархатная курточка. Он остался в белой свободной рубахе, поверх которой стал натягивать черный свитер с высоким воротником.

Хотелось возразить. В конце концов, я приехала сюда не для того, чтобы убираться. Но Сказочник уже скрылся в дверях. Многоголосье взметнулось и опало.

— Начали?

Задвигались стулья. Послышалось: «Эй! Куда?», «Катя, со мной!». И наступила тишина.

— Ну что, дорогие мои, я вас поздравляю!

— Ура!

Дрогнул от криков воздух.

Я не выдержала и выглянула.

Они сидели вдоль обеих стен и под окном. Девчонки почти все в голубом. С краю — смешная челка, два хвостика — Маленькая разбойница. Дальше Герда в голубом свитере с синими ромбами. Главный разбойник круглолицый, лопоухий, в желтой футболке и белой толстовке. Суровый Советник облокотился на руку, подперев голову кулаком, решительное треугольное лицо, короткая стрижка. Еще один разбойник, невысокий, в голубой футболке с синими короткими рукавами, на лице восторженная улыбка. Сложив одинаково руки на коленях и перекинув ногу на ногу, прижавшись друг к другу боками, устроились три девицы — голубой джемпер, серо-голубая кофта и синий свитер с мишкой коала на груди. У всех троих черные джинсы, на лицах одинаковые ухмылки. Рядом парнишка в темно-синей кофте. Играл стражника. Снежная королева, еще не смывшая ярко-голубого макияжа с блестками.

Почувствовала, как все глаза на мгновение перешли на меня, и тут же спряталась. Глянула на брошенную одежду. Как-то так все и должно было начаться. В тибетских монастырях ученики по несколько лет таскают воду. А я, значит, буду вешать костюмы.

Встряхнула бархатную курточку. Нашла свободную вешалку, подсунула ее углы под плечики. Восторг девчонок заразителен. Когда воздух наэлектризован обожанием, тяжело не поддаться общему чувству. Я выгребла кучу одежды на середину комнаты, разбирая, что здесь к чему. Костюм Снежной королевы похрустывал от нашитых блесток и бусин. Прикинула его на себя. Нет, голубой мне не идет.

За стеной бурно обсуждалось, кто куда пошел и что не получилось. Сказочник говорил негромко, ребята оправдывались. В комнату проскользнула низенькая девочка в серо-голубой футболке с совенком. Волосы собраны высоко на макушке, отчего получившийся хвост распадался русым фонтаном. В спектакле она была Принцессой. Постояла у дверного косяка, буравя меня светло-зелеными глазами.

Я подняла с пола очередной костюм, расправила. Давненько я не была в роли новенькой. Даже забыла, как это.

— Ты у нас будешь? — без лишних предисловий стала выяснять кнопка.

— У вас — это где? — уточнила я, намеренно растягивая разговор.

— В театре, — с вызовом ответила Принцесса и качнула прической-фонтаном.

— А Ска… то есть Семен Эдуардович у вас давно?

— Эдо? — хихикнула пигалица, мгновенно понимая, что я для их оравы не соперница. — Два месяца назад появился. Ты его откуда знаешь?

Я медленно убрала костюм разбойника. Когда впервые заговорили о колдуне? Катрин дала Максу адрес где-то неделю назад. А перед этим… Кто-то уже произносил название этого города?

«На Урале живет. Город Усть-Катав…»

Вспомнился мелодичный перезвон сигналов сообщений, голос диктора, объявляющий о времени прилета самолетов, далекий гул турбин. Аэропорт. Москва. Нас неожиданно встретила Катрин и стала убеждать, что мне надо учиться. Это был апрель. Два месяца от сегодняшнего дня — это март. В день нашего венчания, 29 февраля, Катрин о колдуне еще не знала, иначе что-нибудь сказала бы. Выходит, она с Семеном знакома недавно. И что-то за это время произошло.

От предощущения чего-то важного вспотели ладони.

— Вы с ним вместе учились в театральном? — продолжала пытать меня пигалица.

Я с сомнением прислушалась к голосам за стеной. Слишком путаная легенда получается у колдуна. Зачем ему театральный институт и работа с подростками в студии, если он, по заверению Катрин, так силен? Принцесса утверждает, что он приехал весной. Откуда? Почему именно сюда? Его так заботит судьба местной самодеятельности? Или он что-то предвидел заранее? Что же здесь должно произойти, помимо моего обучения? Чьи визиты ожидаются?

— Из Екатеринбурга? — не сдавалась мелкая.

— Почти, — я повесила последний костюм. Северный олень. Рога безжизненно болтались, как поверженные знамена.

Два месяца назад — это март. Мы с Максом еще в Норвегии. В это же время Эдо приехал сюда, положил на стол растрепанные, исписанные листы с пьесой и начал собирать спектакль.

Мелкая больше не ждала моих ответов. Она кружилась по комнате, невинно выдавая все секреты:

— Он классный! В него все девчонки влюблены.

Кто бы сомневался!

— А ты зачем сюда приехала?

Любопытной Варваре на базаре… Совенок с футболки Принцессы посмотрел на меня как-то недобро. Ребята здесь странные не только тем, что ходят в одном цвете. Возраст! Им всем лет по пятнадцать-шестнадцать.

— Вы из одной школы? — догадалась я.

— Из двух классов. — Принцесса засмеялась, довольная, что я заметила. — Эдо специально так собирал. Сказал, что с классом легче работать, не надо тратить время на знакомства. Он очень торопился, спектакль нужно было выпустить к началу мая. Последние дни кое-кто здесь даже ночевал, — игриво закончила она, но я пропустила ее фразу мимо ушей. Мне было плевать, какие романы кружат голову обитателям ДК.

Два класса, все знают друг друга, никаких неожиданностей. А главное — никого чужого. Что же он имел в виду, говоря, что заберет то, о чем я пока не догадываюсь?

— Почему вы его зовете Эдо?

Бросила взгляд на зеркало. Бледная. Волнуюсь. Надо послать Макса к Катрин, пускай узнает, откуда она взяла этого колдуна. Начало мая… Он меня ждал?

— Имя Семен ему не нравится, а Эдуардович звучит длинно. Он сам сократил.

Неубедительно.

— Он живет на Переломной, около кладбища. Девчонки за ним проследили. Может днями не показываться на улице. И ходит только в библиотеку да в книжный. А еще на Прямушку. Разведет костер, сядет и смотрит на огонь. Девчонки однажды как бы случайно набрели на него, он их не прогнал. В следующий раз всех пригласил. Вадик гитару принес. У Эдо такой шикарный голос. Только песни какие-то странные поет. Ни «Алисы», ни «Арии» не знает. Радио, что ли, не слушает?

Надо думать. Вряд ли у Семена Эдуардовича есть на это время и интерес. Хотя ради своих фанатов мог бы и выучить пару песенок группы «Фабрика».

— Так ты чего тут? — словно опомнилась собеседница, требовательно вглядываясь мне в лицо.

— Зашла сказать, что мне понравился ваш спектакль. Эдо попросил задержаться.

Вопрос «зачем» раз за разом читался в глазах, но Принцесса его не задала, а я в очередной раз сделала вид, что его мне не пытаются задать. Все равно на подобные вопросы мог ответить только Семен Эдуардович.