Чтение онлайн

— Я не разговаривала с ними, пока шли съемки, но, конечно, могу догадаться. — Она положила вилку и взяла чашку с кофе.

— Тебе нельзя было общаться с ними?

— Да, мы могли делать всего один звонок в неделю по телефону в доме проекта, и все это записывалось. Я не хотела, чтобы они записали, как моя мама плачет, а отец ругается по свиному телефону.

— Свиному телефону?

— Стационарный телефон в форме свиньи. — Лекси отпила кофе. — Он был розовый и хрюкал вместо звонка.

Ну конечно.

— А что родители думают о твоем женихе?

— Отец считает Пита нытиком.

— А он нытик?

— Не знаю. — Она пожала плечом. — Мама не могла перестать плакать и думать о том, что я не должна выходить за мужчину, которого не знаю. Она была права. У нас было всего два свидания, но мы не были на них наедине. Там была вся съемочная команда.

— Прикалываешься?

— Нет. Некоторые из девушек встречались с ним наедине в его частном «Свинарнике». — Отдельное бунгало в поместье, которое вмещало спальню Пита, образно называли «Счастье до поросячьего визга». — Я в «Свинарник» не ходила никогда.

— Еще разок. — Шон подался вперед. — Ты прикалываешься?

— Нет. Я не хотела унижать моих родителей или компрометировать себя.

Его шокировало вовсе не это.

— Ты собиралась выйти замуж за мужчину, которого не знала и с которым не провела ни секунды наедине?

— Я знаю, это звучит ненормально. — Лекси посмотрела из-под своей «рыбной» шляпы на картину кораблекрушения, висевшую на стене позади Шона, как будто хотела собраться с мыслями. — Но все шоу было ненормальным. — Она нахмурилась. — Нас просто закружило в нем. По крайней мере меня.

Шон поднял палец.

— Твои родители не хотели, чтобы ты выходила за него. — Поднял второй. — Ты не хотела выходить за него. — Затем третий. — Так какого черта ты собиралась выйти за него?

Лекси перевела взгляд на Шона и сказала, как будто это имело какой-то смысл:

— Наши фотографии были на посудных полотенцах, когда началось обсуждение.

Какое обсуждение? И что, черт возьми, такое посудные полотенца?

— Нам удалось побыть несколько мгновений наедине, пока съемочная бригада упаковывала свои вещи. Например, после состязания по серфингу. — Лекси сделала еще глоток и покачала головой. — В тот день он казался очень унылым. Как будто кто-то забыл посыпать пудрой его праздничный торт. — Она наморщила нос. — Мы были на пляже, и я очень старалась не смотреть на его раздражающе длинный ноготь на ноге.

— Что?

— Это должно было стать первым намеком на то, что я не могу выйти за него. — Она поставила кружку на стол. — Потом он сказал, что ему не нравятся маленькие собачки. Такое обычно можно рассматривать, как помеха для сделки.

Ногти на ногах и неприязнь к маленьким собачкам, вероятно, были самыми меньшими проблемами у этой парочки.

— Много кто не любит маленьких собачек.

Лекси вскинула бровь.

— По моему опыту, мужчины, которые не любят маленьких собачек, кое-что компенсируют.

Наклонившись вперед, Шон взял свой стакан.

— И что же?

Он знал, что Лекси имела в виду, просто хотел услышать, как она скажет это.

Под полями шляпы глаза у нее забегали, как будто она была преступником в комнате полной копов. Щеки порозовели, и Лекси понизила голос, как будто собиралась сказать нечто шокирующе вульгарное:

— Маленький пенис.

И все? Пенис? Шон ненавидел слово «пенис». Оно казалось маленьким.

— Не у всех мужчины, не любящих маленьких собак, детское «хозяйство».

— И сколько таких мужчин ты знаешь?

Только себя. И у него не было проблем с «хозяйственным отделом». Шон сделал большой глоток пива, потом попросил:

— Объясни мне еще раз. Какого черта ты едва не вышла замуж за унылого парня с некрасивыми ногтями на ногах и маленьким членом?

— Ну, если ты любишь…

— Не говори мне, что ты любила этого парня, — перебил Шон. — Это так не происходит.

Глаза Лекси округлились.

— Сколько раз ты влюблялся?

— Прямо чтобы захотеть жениться?

— Да.

— Никогда.

— Тогда тебя нельзя считать специалистом.

— Я и не говорю, что специалист. Мне просто любопытно, как такая девушка, как ты, оказывается помолвлена с мужчиной, которого даже не знает.

— Как я?

Помня о ловушках, которые женщины расставляют, чтобы сбить мужчин с ног, Шон аккуратно ответил:

— Не страшная.

— Давление. — Она откинулась на спинку стула. — И самовнушение, что это любовь с первого взгляда.

Шон фыркнул.

— Ты не веришь в любовь с первого взгляда?

— Нет. — Усмехнувшись, он покачал головой. — Я верю в желание с первого взгляда.

Шон смотрел ему прямо в лицо. Смотрел в лицо желанию и хаосу. Опасная комбинация.

Лекси вздохнула и откинула притворство в виде «может быть», «вроде как», «могла бы влюбиться».

— Я сказала себе, что, возможно, неправа насчет его унылости, и решила, что ему можно сделать педикюр. — Она положила нож с вилкой на тарелку и отодвинула остатки вафель. — Невозможно не влюбиться в Ням-Ням и… и мы могли бы компенсировать.

Шон покачал головой:

— Принцесса, ничем нельзя компенсировать маленький член.

— Однажды я встречалась с парнем и… — Ее голос упал, и она не закончила предложение.

— Вот именно.

Шон посмотрел на Лекси, которая в этой смехотворной «рыбной» шляпе выглядела абсолютно прекрасно. Шон Нокс сиживал напротив множества прекрасных женщин. Некоторые были просто как удар под дых и пиршество для глаз. Другие привлекали его внимание и оставляли хотеть большего. Лекси сочетала и то и другое: двойная доза соблазна, сдобренная скандалом высшей пробы. Это утраивало проблему. Ту, в которой он совсем не нуждался.

Чуть приподнявшись, Шон вытащил бумажник из поношенных «Левисов». Прошлым вечером он очень хорошо рассмотрел корсет Лекси. И подумал, что этот предмет одежды создан для первой брачной ночи, и мысль о том, как какой-то мужчина срывает корсет с нее, заставила Шона сорваться с гостиничной парковки, когда он высадил Лекси и Джимми.

Ему следовало установить некоторую дистанцию между собой и Лекси Ковальски, но вот где он в итоге оказался. Снова думает о ее нижнем белье и нежной коже.

— Я заплачу за твои вафли. — Шон вытащил банкноту и бросил на стол.