Чтение онлайн

Подол едва прикрывал мою нижнюю часть тела.

Ронин шагнул ближе, и его эрекция уперлась в низ моего живота.

Мое тело нагрелось.

— Просто отдай мне губку, — сказала я, слегка напрягая голос.

— Просто смирись с тем, что я мою эту чертову посуду. — его голос был низким и спокойным.

По моим рукам побежали мурашки.

Мои руки опустились на его плечи.

Наконец он снова опустил губку.

Я развернулась и вырвала ее из его рук.

Тарелку тоже.

Он прижался к моей пояснице, а его руки неохотно опустились на мои бедра, и он издал низкий, сексуальный смешок.

И вновь по моей коже побежали мурашки.

Его запах… он был в моих легких, несмотря на запах мыла, смешивающийся с ним в воздухе.

— Ты упрямая, Тор.

— Как и ты, Альфа. — я не обращала внимания на то, как быстро бьется сердце в груди, и заставляла себя сохранять спокойствие, пока мыла посуду.

Он легонько провел пальцами по моим бедрам. Это прикосновение было гораздо более интимным, чем любой беспорядочный, пьяный секс, который у меня был с человеческими мужчинами.

Это была попытка доказать себе, что клан больше не контролирует меня. Но все, что это дало, — я стала чувствовать себя еще более неуправляемой и менее уверенной во всем.

Но, когда Ронин прикасался ко мне, все было по-другому.

Я стала теплой, и влажной.

Его член оставался между нами, негласно свидетельствуя о том, что он хотел этой связи.

— Ты не должен прикасаться ко мне, пока я не решу, что меня устроит, — сказала я напряженным голосом, продолжая мыть посуду.

— Тебе не стоит забирать посуду из моих рук, если не хочешь, чтобы я прикасался к тебе. — он слегка сжал пальцы.

Я изо всех сил старалась не замечать, как по мне начинает растекаться желание.

— Ты не можешь одновременно готовить и убирать за мной. Ты здесь не для того, чтобы мне прислуживать.

— Я буду рад служить тебе всеми возможными способами, Тор. — его руки медленно спустились с моих бедер, и я крепко стиснула бедра.

Он не оказал на меня никакого влияния.

Совершенно никакого влияния.

Может быть, если я буду повторять это про себя, это каким-то образом станет правдой.

Его губы коснулись моего уха, когда Ронин наклонился чуть ближе.

— Моими руками. Моим ртом. Моим языком. Моим членом.

Мои ноги слегка задрожали.

Совсем чуть-чуть.

— Ты забыл о своем уме, — сказала я.

Его губы коснулись моего уха, и я не смогла подавить дрожь.

— Он тоже сосредоточен на тебе. — руки Ронина вернулись к моим бедрам, снова сжали их и остались. — Я подожду, пока ты не будешь готова.

— Я никогда не буду готова. — слова вырвались прежде, чем я успела их обдумать.

Его язык медленно провел по трем пирсингам в мочке моего уха.

— Я подготовлю тебя.

Наконец он отпустил мои бедра и отступил на шаг.

Но далеко не отошел.

Краем глаза я наблюдала, как он лениво пересекает кухню, а затем снова садится за стол.

Его взгляд не отрывался от меня.

— Твоя прачечная была интересной, — сказала я, пытаясь перевести разговор на более безопасную тему.

— Я занимаюсь ремонтом с тех пор, как переехал. До прачечной еще не добрался.

Ах.

Черт возьми, это было вполне разумное объяснение.

И он явно знал толк в своем деле, потому что дом выглядел просто потрясающе.

— Ты не занят своей работой в сверхъестественном правительстве?

— Нет. Есть кое-какая бумажная работа, но в остальном ничего особенного. Они обращаются ко мне, когда возникает необходимость, я работаю несколько дней, а потом наступает время полной тишины, пока я снова им не понадоблюсь. Обычно это происходит всего несколько раз в год. Большинство сверхъестественных существ достаточно взрослые и умные, чтобы самим разбираться со своим дерьмом, насколько это возможно.

Всё именно так, хотя я бы ещё добавила, что они достаточно хитры, чтобы скрывать как можно больше своего собственного дерьма.

Вампиры, создавшие меня и моих подруг, слишком долго держали нас в строжайшей тайне.

— И ты все сделал сам? — я жестом указала на кухню.

— По большей части. Поменялся местами с несколькими парнями в стае, которые лучше разбираются в сантехнике и электрике.

Чертовски жарко.

Шкафы были серыми, плиточная задняя стенка — белой, а столешницы — каменными. Все выглядело по-настоящему красиво. И новое напольное покрытие, и свежая краска на стенах, и великолепная ванная… мужчина явно был хорош.

За исключением сантехники и электрики.

Но у него должны же быть какие-то недостатки.

За исключением похищения меня с работы.

— Это потрясающе, — честно призналась я.

— Хорошо, когда есть чем заняться. — его голос был… неловким.

Казалось, Ронин не знал, как реагировать на комплимент.

Когда я взглянула на него, то увидела, что его лицо слегка покраснело.

Это было восхитительно.

Я, разумеется, ничего не сказала по этому поводу. Какой альфа-оборотень захочет, чтобы его называли очаровательным?

Наверное, не тот, кто смотрит, как я мою посуду, словно это его личное шоу.

Не очень сексуальное шоу, но каждому свое.

— Что тебе осталось отремонтировать в доме?

— Не слишком много. — он быстро рассказал мне обо всем. Может, для него это и не было много, но для меня это звучало как большой объем работ.

Он заканчивал свой список, пока я складывала последнюю посуду в посудомоечную машину. Включая сковороду, потому что жизнь слишком коротка, чтобы мыть ее вручную.

Когда я оглянулась через плечо, чтобы посмотреть, не будет ли он возражать против того, чтобы сковорода отправилась в посудомоечную машину, он все еще пристально наблюдал за мной.

Я бы точно привыкла к такому вниманию.

Но не могла себе этого позволить. Если хотела сохранить свою свободу.

Поэтому закрыла посудомоечную машину.

Если я хочу сбежать от него и получить то время на размышления, на которое я рассчитывала, мне придется выпить его кровь.

Лучше раньше, чем позже.