Чтение онлайн

– Назад! – послышался за ее спиной голос. Мэйсон бросилась к Дювалю, но тот же голос снова попытался ее остановить:

– Назад или я буду стрелять!

Но Дюваль уже встал и поднял руку:

– Нет, подождите.

Мэйсон едва не упала ему на грудь.

– Инспектор! Вы должны мне помочь! Я здесь, чтобы во всем признаться.

Дюваль посмотрел на министра и сказал:

– Месье, боюсь, что мне придется этим заняться. Это может быть важным для дела, которое мы сейчас обсуждаем.

Дюваль велел охранникам проводить Мэйсон в комнату для допросов.

– Я сейчас к вам вернусь, – пообещал он Мэйсон.

– Прошу вас, допросите меня сейчас же. Нельзя терять время. На кону стоит человеческая жизнь.

Охранники проводили Мэйсон в маленькую комнату по соседству с кабинетом Дюваля. Единственное окно выходило на собор Парижской Богоматери. Прошло несколько минут, а Дюваль все не появлялся. Мэйсон встала и принялась нервно ходить по комнате. Где он? Чем он занят? Разве она не сказала ему, что у нее срочное дело?

Наконец, дверь открылась и вошел инспектор. Он сел за стол и сказал:

– Очень хорошо, мадемуазель, я готов вас выслушать.

– Я хочу во всем сознаться. Я устала от вранья. Глаза Дюваля широко распахнулись:

– Хорошо, мадемуазель.

– Я ничего не стану говорить, пока вы не отправите своих людей на поиски Ричарда Гаррета. Его жизнь в опасности. – Мэйсон сбивчиво поведала инспектору о том, что только что произошло, а в конце добавила: – Если он уже не в том особняке, то его можно найти в квартире на Монмартре или в его номере в «Лё-Гранд-Отеле». Но где бы он ни был, вы должны найти его и защитить от этой сумасшедшей.

После недолгого колебания Дюваль встал, подошел к двери и отдал распоряжения охраннику. Когда Мэйсон услышала, что именно тот ему сказал, она сразу же почувствовала облегчение. Слава Богу. Теперь, по крайней мере, Ричард будет в безопасности. Словно из нее разом вышибли дух, Мэйсон бессильно опустилась на стул.

Дюваль вернулся и сел напротив.

– Ну что же, начнем. Теперь пути назад уже не было.

– Мэйсон Колдуэлл не совершала самоубийства.

– Я прекрасно об этом осведомлен. Но скажите мне, как вы об этом узнали?

– Потому что я и есть Мэйсон Колдуэлл.

Дюваль дернулся, словно случайно положил ладонь на раскаленную сковородку. Он явно был удивлен. Но почему? Он же не раз намекал, что знает правду? У него есть доказательства того, что на мосту была еще одна женщина.

– Расскажите мне все, что знаете, – ледяным тоном приказал он.

Мэйсон так и сделала. Не в силах усидеть на месте, она вскочила и, расхаживая взад-вперед, рассказала Дювалю, как все было с самого начала. Во всех подробностях, не щадя себя, не пытаясь как-то оправдать свои поступки.

Он слушал, не сводя с нее глаз. Закончив рассказ, Мэйсон в изнеможении опустилась на стул.

Дюваль продолжал сидеть неподвижно, погрузившись в глубокое раздумье. Затем он встал и медленно подошел к окну.

После еще более продолжительного молчания он сказал:

– Я намерен вас задержать.

– Я так и предполагала. Я готова нести ответственность за то, что совершила.

– Боюсь, – сказал Дюваль, продолжая смотреть в окно, – что ответственность, которую вы намерены нести, не вполне та, что вы ожидаете.

– Мне все равно, что вы со мной сделаете. Я просто хочу, чтобы все это кончилось, и Ричарду перестала бы угрожать опасность.

– К сожалению, я не могу принять на веру ваш рассказ, как бы вы ни были при этом убедительны и искренни.

Мэйсон с тревогой посмотрела на Дюваля:

– Но это правда. Каждое слово.

– Это не может быть правдой, мадемуазель. Вы не можете быть Мэйсон Колдуэлл, потому что тело Мэйсон Колдуэлл было найдено на берегу Сены.

– Я вам сказала. То была Бланш Куверо.

– И в то же время вы говорите, что не существует записей, свидетельствующих о существовании этой женщины.

– Я же вам сказала, Ричард их уничтожил.

– Не слишком убедительно.

– Прекратите играть со мной в игры, инспектор! Я же сказала вам, я себя не убивала.

– Это в основном верно. Мэйсон Колдуэлл себя не убирала.

– Наконец-то!

– Она была убита.

Казалось, последнее слово повисло в воздухе, продолжая зловеще вибрировать.

– Убита?!

– Подло убита женщиной, с которой ее видели чуть раньше тем же вечером. Женщиной, которая сбросила ее с моста.

Мэйсон вскочила со стула:

– Нет-нет, все не так. Я сказала вам…

– Все эти несколько недель я трудился над тем, чтобы выяснить ее имя. Имя убийцы. И сегодня же это имя станет известно прессе.

– Это безумие. Какая убийца?

– Подойдите сюда. Я вам покажу. Смотрите. Вот ее привезли.

Из окна Мэйсон видела, как полицейский фургон заехал во двор. Двое полицейских вытащили из фургона в наручниках женщину, которая отчаянно сопротивлялась. Солнечный луч упал на ее золотистые локоны. Лизетта!

Мэйсон мерила шагами тесную камеру. Бесконечный путь, ведущий в никуда. Вне себя от переживаний за Ричарда и Лизетту. Сбитая с толку нагромождением немыслимых домыслов. В ужасе от того, куда это чудовище, созданное ею самой, может их всех завести.

После того как допрос был окончен, Дюваль вызвал тюремщика. Тот надел на Мэйсон наручники и накинул ей на голову капюшон. Затем Мэйсон потащили по лестнице вниз, в подвальный этаж, в темницу. Там с нее сняли наручники и заперли в камере. Мэйсон в недоумении оглядела свою новую обитель – Дюваль сообщил ей, что эта камера – пересыльный пункт для буйных сумасшедших. Отсюда Мэйсон должны были отправить в сумасшедший дом.

– В настоящий момент здесь нет никого, кроме вас, – пояснил Дюваль. – Вы можете не тратить силы попусту. Поскольку, что бы вы ни говорили, как бы ни кричали, охранники сочтут все бредом сумасшедшей.

– Вы не можете так поступить, Дюваль, – взмолилась Мэйсон. – Если вы считаете, что должны так поступить со мной, прошу вас, не поступайте так с Лизеттой. Это чудовищное преступление. Лизетта и мухи в своей жизни не обидела.

Дюваль ушел, захлопнув за собой дверь.

Прошли сутки. Мэйсон устала колотить в дверь, умоляя охранников ее выслушать. Она пыталась унять тревогу, говоря себе, что Дюваль не может допустить, чтобы события развивались в этом же ключе. Неужели он действительно всерьез намеревался до конца жизни запереть ее в психиатрической лечебнице в Шарантоне? Неужели всерьез собирается судить Лизетту за убийство? В это невозможно поверить! Дюваль придет в себя и увидит всю нелепость своих построений. Как только он поговорит с Лизеттой, и она все ему расскажет, он поймет ошибку, и они обе окажутся на свободе.