Чтение онлайн

Теперь, когда он с сожалением думал об упущенном, он размышлял, можно ли было воспитать дочь по-иному. Его доброе лицо стало угрюмым. Да, его мечты не оправдались, но он должен теперь быть тверд и повлиять на жизнь дочери для ее блага.

Миссис Петтифорт, несомненно, будет очень возражать против ущемления ее непререкаемого авторитета. Ему были крайне неприятны мысли о сцене, которая произойдет. Однако нужно было брать ситуацию в свои руки. Чем ранее дело будет завершено и его позиция объяснена, тем раньше он вновь обретет душевный покой.

Утром он прибегнет к праву главы семейства.

Верити сейчас желала лишь одного: оставшись одной, дать волю слезам. Но и этого ей не было дано. Горничная, которая оставалась в ее комнате, чтобы развести огонь, предложила помочь ей раздеться и Верити была вынуждена с благодарностью принять предложение. Горничная специально не ложилась спать, чтобы дождаться ее, и Верити считала недопустимым отсылать ее прочь. Верити взяла себя в руки и, хотя говорила с горничной сухо и холодно, не выдала себя.

Когда она уже пожелала горничной спокойной ночи, раздался стук в дверь. Горничная впустила миссис Арнольд.

— Верити, извини, что беспокою в такой поздний час. Надеюсь, я могу посидеть у тебя несколько минут?

Верити вздохнула.

Она ожидала этого визита: миссис Арнольд не желала ее приватного разговора с лордом Рэтбоуном. Она сделала знак горничной, чтобы та оставила их, и обратилась к подруге:

— Бетси, нет никакой необходимости утешать меня. Со мной все в порядке, как видишь. — Нет, меня не обманешь, — ответила миссис Арнольд. Она обняла Верити и подвела ее к кушетке у камина. — Да у тебя руки как лед! Я не настаиваю, дорогая, но я хочу, чтобы ты все мне рассказала.

Верити опустилась на кушетку. Миссис Арнольд уселась рядом. Верити тряхнула головой, глядя на свои руки, сложенные на коленях.

— Ах, Бетси. Мне нечего особенно рассказывать, ведь лорд Рэтбоун хотел только извиниться.

Верити не смела поднять глаз, боясь, что подруга заметит слезы, душившие ее.

— Но он и должен был извиниться, Верити, дорогая. В голосе миссис Арнольд была такая теплота и нежность, что слезы прорвались из глаз Верити. Она закрыла лицо руками и разрыдалась, а миссис Арнольд обнимала ее и успокаивала.

Через несколько минут Верити обрела контроль над собой. Она выпрямилась, избегая обеспокоенного взгляда подруги, и закрыла глаза руками.

— Прости, Бетси.

Миссис Арнольд вынула платок и дала его Верити.

— Ерунда. Тебе нужно было выплакаться. Ну а что теперь?

Верити покачала головой.

— Понятия не имею. Думаю, что со мной здесь все кончено. Влияние, которое я завоевала у мисс Петтифорт, теперь сошло на нет. Девушка обладает такой ревнивой натурой, что эти сплетни приведут ее в бешенство. Да и, кроме этого, моя репутация для окрестных семейств погублена, так что мое здесь пребывание — дело временное. — Ее голос задрожал. — Но я совершенно этого не желала! За что мне такая несправедливость, Бетси!

— Мне твои чувства понятны, — ответила Бетси. — Может быть, ты вернешься в Крофтхауз?

Верити в ужасе посмотрела на подругу.

— Я не могу. Как я уже тебе говорила, мы закрыли дом на зиму до возвращения Чарльза, поскольку наши денежные дела после смерти отца были в таком состоянии, что мы не в силах были обеспечить себе существование. Бетси, я… я совершенно не знаю, что делать.

— В таком случае, ты поедешь со мной, — твердо сказала миссис Арнольд. — Нет, ты послушай меня. Умоляю тебя. Ты совершенно права: твоя репутация погублена, по крайней мере в глазах всех окрестных землевладельцев. Однако все эти люди — провинциалы. Они не имеют влияния в большом свете и у них если и есть, то весьма немного знакомых в Лондоне, в то время как у меня есть и то, и другое. Верити, тебе в такой ситуации не стоит бежать от людей и прятаться в какой-нибудь дыре. Я хочу, чтобы ты гордо глядела всем в глаза. Обещаю тебе, что в любой беде я буду рядом с тобой. С моей поддержкой и влиянием все эти слухи умрут, не достигнув ушей лондонского света.

— А как же лорд Рэтбоун? Что я скажу, когда встречусь с ним в Лондоне?

— Ты просто вежливо кивнешь ему. Поговоришь с ним о погоде, если представится необходимость, либо о последнем представлении в театре. — И миссис Арнольд со страданием добавила: — Не можешь же ты все время быть заложницей этой любви!

Потрясенная, Верити посмотрела на подругу.

— Откуда ты узнала? — прошептала она. У миссис Арнольд был вид умудренной жизнью матроны.

— Дорогая моя. Ты не первая женщина, которая влюбляется в недостойного ее человека.

— Бетси, и ты?

Миссис Арнольд тряхнула головой.

— Возможно. Было такое время. — На губах ее была насмешливая улыбка. — Но не теперь. Теперь мы говорим о тебе. Верити, ты поедешь? Ты должна понять, что это наилучший выход. Ты не можешь вернуться домой: там нет никого из родных.

— Действительно не могу, — согласилась Верити, подумав о том, как тяжко будет скрывать свое горе от тех, кто ее любит. — Хорошо, Бетси. Я поеду с тобой в Лондон. Остается надеяться, что ни одна из нас об этом не пожалеет.

— Обещаю, что я не пожалею. И постараюсь, чтобы не пожалела ты. А теперь ложись и отдохни. Утром я скажу миссис Петтифорт, что мы с Гербертом уезжаем. Я также скажу ей, что пригласила тебя в Лондон. Но уладить твои личные дела я предоставляю тебе, конечно.

Верити поднялась и обняла подругу.

— Спасибо, Бетси. Спасибо за все. Не знаю, что я делала бы сегодня без тебя, самой дорогой моей подруги.

Миссис Арнольд улыбнулась и подошла к дверям. Но прежде чем она взялась за дверную ручку, дверь с треском отворилась.

Миссис Арнольд была сбита с ног ударом и закричала скорее от удивления, чем от боли.

— Бетси! — Верити бросилась к подруге. В комнату ворвалась Сесили Петтифорт, совершенно не заметив, что сбила миссис Арнольд с ног. Глаза ее блестели яростью. На щеках были красные пятна.

— Ты! Ты — шлюха! Я выцарапаю тебе глаза! — заорала она.

Верити изумленно отступила, когда девушка налетела на нее. Она успела поймать ее запястья.

— Мисс Петтифорт! Сесили! Сесили, умоляю, держите себя пристойно!

Миссис Петтифорт последовала за дочерью и теперь, войдя, также молила дочь остановиться — но бесполезно.

Мисс Петтифорт была в истерике, негодование переполняло ее, и ничто теперь не могло остановить ее. Ее крики были слышны по всему дому, и в дверях быстро собралась толпа любопытных.

Мисс Тиббс не стала стоять и наблюдать. Она взяла девушку за плечо, развернула ее к себе и дала ей звонкую пощечину. Мисс Петтифорт в шоке уставилась на гувернантку.

— Хватит, Сесили. На сегодня с тебя хватит этой ерунды. — Мисс Тиббс говорила твердо и подавляла ее своим видом. — Мисс Тиббс! — потрясенная дерзостью, воскликнула миссис Петтифорт. Сесили разразилась рыданиями и упала в объятия матери.