Ислам и Веды. Опыт сравнительного изучения суфийской и вайшнавской религиозных традиций
Шрифт:
Тайное значение этих и других стихов Корана исследовали такие знаменитые персидские поэты-суфии, как Джалалуддин Руми, Саади и Хафиз [49] . Живший в X веке Мансур аль-Халладж, один из наиболее известных суфийских мыслителей, памятен также своей глубоко духовной лирикой, темой которой нередко являлось переселение души: „Я сотни раз прорастал травой по берегам стремительных рек. Сотни тысяч лет я рождался и жил во всех телах, что есть на Земле“» [50] .
49
Элфорд Т. Уэлч. Смерть и умирание в Коране (Alford Т. Welch. Op. cit., 187 p.).
50
Роузен С. Реинкарнация в мировых религиях. – М.: Философская Книга, 2006.
Джалалуддин Руми поэтически описал реинкарнацию:
Всему, что зрим, прообраз есть,основа есть вне нас,Она бессмертна – а умретлишь то, что видит глаз.Не жалуйся, что свет погас,не плачь, что звук затих:Исчезли вовсе не они,а отраженье их.А как же мы и наша суть?Едва лишь в мир придем,По лестнице метаморфозсвершаем свой подъем.Ты из эфира камнем стал,ты стал травой потом,Потом животным – тайна тайнв чередованье том!И вот теперь ты человекты знаньем наделен, Твой облик глина приняла —о, как непрочен он!Ты станешь ангелом, пройдянедолгий путь земной,И ты сроднишься не с землей,а с горней вышиной.Известны и другие изречения Руми: «Я умер камнем и воскрес растением, я умер растением и воскрес животным, я умер животным и стал человеком. Чего мне страшиться? Разве смерть обокрала меня?
Первоначально ты был глиной. Пройдя стадию минерала, ты стал растением. Из растения ты стал животным, и из животного – человеком. В течение этих периодов человек не знал, куда идет, но все же был вовлечен в это длинное путешествие. И еще сотню разных миров предстоит тебе пройти» [51] .
51
Руми Джалалуддин. Поэма о скрытом смысле: избранные притчи. Пер. Наума Гребнева. – М.: Наука, 1986. – 272 с.
Анализируя историю концепции реинкарнации в ортодоксальном Исламе, С. Роузен пишет: «В серии статей „Реинкарнация. Исламские представления“ М.Х. Абди, ученый-исламист, описал события, результатом которых стало отторжение доктрины реинкарнации от ортодоксального мусульманского вероучения:
«На протяжении нескольких веков выдающиеся последователи Магомета принимали учение о реинкарнации, но утаивали его от широкого круга верующих. Эта позиция была обоснована определенными психологическими факторами. Исламское вероучение всегда в первую очередь призывало к праведным поступкам. Кроме того, оборонительные сражения, известные как джихад, или священные войны, которые мусульмане вели в дни зарождения исламской религии, и более поздние захватнические (а значит, не священные) войны значительно повлияли на судьбу Ислама. Ранее философские, мистические и этические течения получили мощный толчок к развитию, но позже, в результате определенных политических событий, ослабели и зачахли. Со временем арабские республики превратились в монархические государства; философы и святые утратили прежнее влияние. Такие сокровенные темы, как переселение души, требуют особого подхода. Для того чтобы судить о них, необходимо иметь представление о высших уровнях сознания, причинно-следственных законах и действии законов эволюции. Монархов не интересовали столь далекие от политики предметы. Подобно множеству других учений, доктрина реинкарнации доступна лишь суфиям и специалистам по истории суфизма. Тем не менее мусульманин, открыто верующий в переселение душ и названный еретиком, едва ли подвергается какой-либо опасности.
Следует отметить, что приверженцы традиционных направлений Ислама все же боятся прослыть еретиками, поэтому доктрина реинкарнации обсуждается и толкуется лишь в русле суфийской традиции. Однако многие ортодоксальные теологи уверены в том, что без веры в перерождение души трудно примирить проповедуемую Исламом мораль и религиозное учение. Г.Ф. Мур, например, в своей Ингерсоллской лекции на тему переселения душ отмечает, что ‚невозможность совместить страдания невинных детей с идеей Господней милости или, на худой конец, справедливости заставляет некоторых вполне либеральных мусульманских теологов (мутазилитов) искать причины мучений в грехах, совершенных в прошлой жизни. […] Учение о реинкарнации – неотъемлемая часть культа имама, исповедуемого шиитами. Это учение в специфической форме бытует также среди измаилитов и является важнейшей частью доктрины бабизма [52] .
52
Moore G.F. Metempsychosis. – Cambridge: Harvard University Press, 1914. – 52–54 pp.
Специалист по истории Ислама, И.Г. Браун, развивает эту мысль в своем классическом трехтомном труде ‚Литературная история Персии‘. Рассказывая об эзотерических направлениях Ислама, он упоминает три вида перевоплощения, которые признаются мусульманскими мыслителями: 1) хулул, повторяющееся воплощение святого или пророка; 2) риджат, возвращение имама или другого религиозного деятеля сразу же после его смерти; 3) танусукх, обычное перевоплощение любой души. Измаилиты утверждают даже, будто Кришна, Бог индуистского пантеона, пришел в мир как Будда, а позднее – как Магомет; члены этого течения верят в то, что великие учителя рождаются вновь ради блага новых поколений“» [53] .
53
Роузен С. Реинкарнация в мировых религиях. – М.: Философская Книга, 2006.
Для религиозных учений, отрицающих реинкарнацию, вопрос о существовании зла в мире является одним из наиболее важных. Если человек живет только одну жизнь, то непонятно, почему кто-то рождается богатым, здоровым и счастливым, а кто-то нищим, больным и несчастным. Если человек живет только одну жизнь, то такое неравенство можно объяснить либо несправедливостью Бога, либо отсутствием у Него полноты власти. В любом случае ответственность за неодинаковые условия жизни людей падает на Бога. Однако религиозные учения, признающие реинкарнацию, говорят о личной ответственности человека за свою судьбу. Не Бог, а прошлые поступки человека определяют место его рождения и судьбу. В исламской традиции закон кармы прослеживается в творчестве суфийских учителей. Джалалуддин Руми, например, в поэтической форме излагает его следующим образом:
«Этот мир – гора, а наши поступки – выкрики; эхо от выкриков всегда возвращается к нам».
КАРМА
ПЕРЕВОПЛОЩЕНИЕ ДУШИ
2.6. Одноглазый лжеучитель в Ведах и Исламе
И в ведической, и в мусульманской традициях мы находим образ одноглазого лжеучителя.
Одноглазый учитель демонов в Ведах
В ведической литературе помимо человеческих существ и полубогов упоминаются демонические силы, называемые асуры, данавы, дайтьи и ракшасы. Они описываются как силы зла, постоянно соперничающие с полубогами и отличающиеся ненавистью к Богу. Особенно интересна личность Шукрачарьи – одноглазого учителя демонов, который искусен в науке чувственных наслаждений. Само его имя – Шукра – переводится с санскрита как «семя» или «половые наслаждения». Кали-юга – современная эпоха по ведическому летоисчислению – описывается как время, в которое правит одноглазый гуру, учитель, пропагандирующий материалистическое знание, в корне отличное от знания духовного. В этом смысле можно провести параллель с одним из народных названий телевизора – «одноглазый гуру».
Одноглазый даджаль в исламской традиции
В Исламе аль-Масих ад-Даджаль («ложный мессия») – аналог христианского антихриста, лжепророка.
В хадисе Ибн ‘Умара приводятся слова Мухаммеда: «Аллах не одноглазый. Но ложный мессия (аль-масих ад-даджаль) является одноглазым, слепым или с дефектом правого глаза, его глаз похож на виноград» [54] .
Согласно хадису от Анаса, Пророк Мухаммед сказал: «Не было послано пророка, чтобы он не предупредил своих людей об одноглазом лжеце. Он является одноглазым, но ваш Господь не является одноглазым, и между его глазами будет написано кафир» [55] . Исламские теологи утверждают, что задача даджаля – развращать человеческое общество, пропагандировать атеистические идеи.
54
Bilgrami Sayed Tahir 6. Essence of Life. A translation of Ain al-Hayat by Allama Mohammad Baqir Majlisi. – Qum: Ansarian Publications, 2005. – 103 p.
55
Bilgrami Sayed Tahir 6. Essence of Life. A translation of Ain al-Hayat by Allama Mohammad Baqir Majlisi. – Qum: Ansarian Publications, 2005. – 104 p.
2.7. Сравнительный анализ описаний Бога в ведической религии и исламском мистицизме