Используй меня
Шрифт:
Виола отдала ей свою накидку, предложив мне сделать то же самое.
Потом взяла меня под руку, и потащила вперёд по коридору, ступая широкими шагами. Мы вошли в огромный зал, такой роскошный, что у меня перехватило дыхание. Стены были покрыты богатыми шёлковыми гобеленами, среди которых располагались антикварные картины с массивными позолоченными рамами. Полированный пол, тёплого кремового оттенка, с пробегающими тёмными прожилками, сверкал, блистая во всём великолепии. Объёмные бархатные драпировки обрамляли огромные, с широкими рамами окна, которые придавали комнате воздушность, несмотря на то, что свет преднамеренно приглушили, создавая тёплую и мягкую атмосферу.
В зале стояло несколько низких столов и мягких диванов, на которых расположились элегантно одетые мужчины и женщины — все строго в масках. В маске был даже бармен, стоящий за большой стойкой.
По крайней мере, тот факт, что все были одеты, меня очень утешал.
Мы не остались незамеченными: наш приход вызвал любопытство у многих мужчин, которые бросали в нашем направлении озорные взгляды, улыбки и подмигивали. Более того, некоторые, что-то комментировали друг другу и удовлетворённо улыбались.
В какой-то момент, неожиданно, все, кто находился в комнате, внезапно замолчали, словно их поразила молния.
Я обернулась и увидела мужчину без маски, блуждающего среди гостей с такой чувственной улыбкой, что мой живот мгновенно скрутило в узел.
Мануэль.
Он останавливался среди небольших групп людей, обменивался несколькими словами с каждым, а затем переходил к другим. Все ожидали его кивка, улыбки и прикосновения. Именно это я заметила — он часто прикасался как к женщинам, так и к мужчинам. Кого до руки, кого-то ласково касался по спине, кому-то дарил лёгкое прикосновение по плечу...
Все, мужчины и женщины, восхищённо смотрели на него, и я не могла не задаться вопросом — имел ли он секс с каждым из них… без различия.
Он поднял глаза и, наконец, заметил нас. Без колебаний направился к нам навстречу и коснулся рук обеих, в утончённом и чувственном поцелуе.
— Я знаю, кто вы, мои прекрасные, но сохраню это в секрете, — прошептал он убедительно. — Я знаю каждого на этой вилле, но из моих уст ничего не выйдет, могу поклясться.
Его слова заинтриговали меня и одновременно расслабили.
— Да, Сара. Могу тебя заверить, — подтверждая слова Мануэля, Виола приблизилась ко мне ближе и прошептала: — Как партнёры, мы с Мануэлем подписали контракт, который защищает мою личную жизнь и интересы людей, которых я решаю пригласить сюда в качестве гостей.
— Извини... что ты подразумеваешь под «партнёром»?
— Я купила долю и я член клуба, как и все здесь присутствующие. Это даёт мне право посещать виллу всякий раз, когда хочу, и пользоваться всеми услугами, которые она предоставляет. И сегодня вечером ты мой гость, — ответила она с улыбкой на мой озадаченный взгляд. В последнее время я понимала, что она от меня что-то скрывала, но узнать это таким прямолинейным образом, принимая участие в её секретах, сбивало меня с толку. — Сара прости меня, — оправдывалась она, — Но это личное, и если я никогда не рассказывала тебе об этом, то потому, что у тебя был жених, а у меня нет. Я не была уверена, что ты поняла бы, но теперь ты здесь, со мной... Я уверена сегодня вечером... ты поймёшь.
Я ничего не ответила ей, только сделала глубокий вдох и повернулась к Мануэлю, который в этот момент положил свою руку мне на бедро. Он касался меня, как поступал в отношении всех присутствующих в этой комнате, и тяжесть его прикосновения была похожа на огонь, горящий под моей кожей.
Я спрашивала себя: не было ли это способом заставить присутствующих чувствовать себя комфортно или, вероятнее всего, говорило о проявлении обладания. Я повернулась к нему и посмотрела в глаза, которые сияли от возбуждения.
— Виола рассказывала мне о тебе и о твоей... проблеме, — прошептал он низким глубоким голосом.
От удивления я приоткрыла рот. Резко развернулась к своей подруге: что она ему рассказала обо мне? И как далеко продвинулась? Виола улыбнулась мне, а Мануэль слегка сжал моё бедро, заставив снова повернуться к нему. Он хотел моего внимания.
— Я мог бы пригласить кого-то для тебя, если бы ты этого захотела, — голос звучал тепло и успокаивающе.
— Как? — я не поверила своим ушам.
Теперь всё прояснилось, эти двое предлагали мне сексуальное приключение... перепихон. И они верили, что этим я разрешу всё?
Сбитая с толку, я посмотрела на Виолу.
Я попыталась ответить, но Мануэль не дал мне такой возможности, заставив снова отвести взгляд от Виолы, и повернуться к нему лицом, в решительной манере, но, не больно надавив мне на бедро.
— Сара, у меня есть мужчина для тебя. Поверь мне, — пробормотал он хриплым голосом, проводя пальцем по моему подбородку и нежной лаской дотягиваясь до губ. — Я понимаю твою проблему, тебе просто нужно познать себя и свою сексуальность. Здесь ты можешь делать это свободно.
Я перестала дышать.
— И каким способом? — спросила я, потрясённая, только оттого, что свободно обсуждаю с незнакомцем мои самые интимные проблемы. Но тут, и с этим мужчиной, разговор мне показался самым естественным в мире. Спонтанным.
И это было одновременно странно и увлекательно.
— Выходя за пределы твоих запретов, — объяснял Мануэль, — пытаясь понять, что тебе нравится, ища удовольствие и наслаждение от тела внутри тебя, — он взял меня за руку, сжимая её как будто лаская. — Принимая тысячи разных оргазмов. — При этих словах мой живот сжался в горящих тисках. То, что это мужчина мне предлагал, звучало извращённо и пахло скандалом. Это было трансгрессивным, и за пределами всего того, что я когда-либо собиралась сделать, это было за границами всего того, что я всегда считала, что существует.
Слушая дальше эхо его слов, я всё сильнее ощущала тепло, окутывающее и растущее в животе и пульсирующее между бёдер. Чем ярче представляла, следуя за ним в его игре, тем больше ощущала, как мои соки увлажняют трусики.
Дыхание стало поверхностным, ноги задрожали. Я почувствовала, как набухают соски и прижимаются к ткани топа.
Нервничая, я увлажнила губы. Вокруг меня больше ничего не существовало, словно исчезло. Остались только глаза Мануэля. Синие, полные эротизма.
Он приблизился ко мне, чтобы сказать на ухо. Его горячее дыхание щекотало кожу, вызвав трепет.
— Сара, я знаю, что ты его безумно хочешь. Твоё тело говорит мне. — Он отодвинулся от меня и посмотрел с улыбкой, пожимая мою руку, которую всё ещё держал в своей. — Что скажешь, пойдём?
Я надолго задержала на нём свой взгляд, непреодолимым образом порабощённая его обаянием, которое магнетизировало и исходило от его тела и глаз, сияющих опасным блеском. У Мануэля был такой чувственный парфюм, который опьянял, а рот, казалось, был создан специально для греха.