Испорченная безумием
Шрифт:
Я смущенно улыбнулась ему.
— Разве не я должна задать тебе этот вопрос? Я не собираюсь выходить в клетку для жестокого боя.
Невио одарил меня улыбкой, полной энтузиазма.
— Ты нервничаешь перед тем, как встать на свой скейтборд?
— Нет, но это не одно и то же.
— Почему? Борьба у меня в крови. Когда ты становишься на скейтборд, ты тоже рискуешь своим здоровьем.
— Риск невелик. А тут ты знаешь, что тебе будет больно, когда ты войдешь в клетку. Это неизбежно. Если я хорошо выполню трюк, то точно не получу даже синяка, — в прошлом у меня было несколько падений посильнее, но пока ничего серьезного, даже сломанной кости нет. Мой брат, хотя и катается меньше, чем я, а уже получил перелом руки и ребра. Конечно, иногда он ведет себя как сумасшедший, что делает несчастные случаи более вероятными.
— Я не против получить травму, и я знаю, что моему противнику будет намного хуже, чем мне.
У двери не было вышибалы. Полагаю, если бы вы пришли на арену с намерением причинить неприятности, нашлось бы немало желающих преподать вам урок, который вы не скоро забудете.
— Зрителям гораздо страшнее наблюдать за боем Невио, чем ему самому, — пробормотал Алессио, подходя к нам. Он впервые вынул наушники, но его по-прежнему окружала атмосфера сосредоточенности.
Невио открыл мне дверь и подмигнул Алессио.
— Именно это мне и нравится.
ГЛАВА 8
Аврора
Когда мы вошли внутрь, у меня перехватило дыхание. Бар был до отказа заполнен посетителями, в основном мужчинами. Все столики были заняты, и даже кабинки вдоль бетонных стен. Люди, не нашедшие свободного места, стояли у стен и тоже наблюдали за зрелищем. Стена рядом с баром была украшена красными неоновыми трубками, опоясанными колючей проволокой, на которых были написаны такие слова, как «Кровь», «Пот» и «Мужество». В воздухе витал запах дыма, пота и алкоголя. Некоторые гости курили внутри, так что я не была уверена, почему остальные выбегали для этого наружу. Мой взгляд был прикован к огромной боевой клетке в центре. Сетка выглядела как тонкая проволока, но я знала, что она намного прочнее, чтобы выдерживать удары. В ней находились двое мужчин и рефери, так как вот-вот должен был начаться первый бой вечера.
Невио с дразнящей улыбкой обнял меня за плечи и глубоко вздохнул. Я на мгновение была поражена его близостью, особенно в таком общественном месте. Даже если это был исключительно дружеский жест, люди в наших кругах любили делать неправильные выводы и распространять ложные слухи.
— Это запах чистого адреналина. Разве он не опьяняет? — спросил Невио низким, убедительным голосом.
Я сделала еще один, чуть более глубокий вдох и снова почувствовала запах пота и алкоголя. Я с сомнением посмотрела на Невио.
Я заметила Карлотту в кабинке с Диего. Антония тоже была за их столиком, но по ее напряженному выражению лица было видно, что она готова вернуться к работе за стойкой. Она славилась своими коктейлями, так что она определенно была нужна там.
Карлотта заметила меня, ее взгляд метался между мной и Невио, потом на его руку, прежде чем она махнула мне рукой в их сторону.
— Вам нужно переодеться? — спросила я парней.
— Пока нет, — сказал Невио. Мы все направились к Диего и Карлотте. Десятки взглядов следили за нами, и я видела, что многие из них задержались на Невио и мне. Слухи определенно распространятся в ближайшее время. Как раз то, что мне было нужно, чтобы отвязаться от папы.
— Ты понимаешь, что люди подумают, будто ты заявляешь свои права на Аврору, верно? — сказала Карлотта, как только мы с ребятами подошли к столу.
Я шокировано посмотрела на нее. Обычно она была таким спокойным человеком, но Невио действительно пробудил в ней тигрицу.
Невио оскалил зубы.
— Пусть они делают любые выводы, какие хотят. Это не моя проблема.
— Но это проблема Авроры. Если парни будут думать, что она твоя, никто не подойдет к ее родителям просить ее руки.
Невио рассмеялся.
— Как насчет того, чтобы побеспокоиться о своем собственном статусе неприкасаемости, потому что он укрепляется, — он посмотрел на Массимо, который смотрел на Карлотту взглядом, который все вокруг приняли бы как собственнический.
Карлотта покраснела, взглянув на своего брата Диего, который слушал все с величайшим интересом.
— Чтобы я не слышал ни про какие статусы неприкасаемости, понятно? — он зарычал на парней, затем быстро улыбнулся мне, прежде чем одарить парней еще одним суровым взглядом. — Мне надо поговорить с несколькими людьми. Полагаю, вы будете поблизости до начала ваших боев.
— Конечно, — сказал Невио, притягивая меня ближе к себе. Я знала, что это был дружеский жест, но под всеобщим вниманием я все равно покраснела, как будто он поцеловал меня. Диего ничего не сказал, только ушел, покачав головой. Было приятно вот так прижиматься к мускулистому телу Невио. Я коснулась затылком его груди, и его пальцы были горячими на обнаженной коже моего плеча.
Мы все проскользнули в кабинку и заказали напитки, но меня отвлек свисток рефери, объявивший о начале первого боя. Я наблюдала с приоткрытыми губами, как оба противника набросились друг на друга, как сумасшедшие быки, и начали колотить друг друга кулаками. Кровь хлынула изо рта человека слева, но это не остановило его, даже когда он сплюнул что-то на землю.
— Это был его передний зуб, — кивнул Невио. Мои губы скривились от отвращения.
— Неплохо, — добавил Алессио.
Карлотта бросила на меня слегка тошнотворный взгляд. Я неуверенно улыбнулась ей. Хуже, чем вид крови и жестокости, были звуки ударов кулаком или ногой по другому человеку. Первый бой закончился через пятнадцать минут. Покрытый кровью и потом победитель улыбнулся толпе своей беззубой улыбкой. Его противнику понадобилась поддержка друга, чтобы выбраться из клетки. Он покачал головой медсестре, которая предложила осмотреть его. Каморра наняла нескольких врачей и медсестер для участия в боях, а также для мужчин, получивших ранения при исполнении заданий.
— Бой не должен заканчиваться до того, как один из бойцов не поляжет, — пробормотал Невио, с отвращением скривив рот.
— Если бы каждый бой заканчивался смертельным исходом или серьезными травмами, Антония больше не находила бы бойцов для боев, — сказала я. Папа упоминал, как трудно было найти людей, согласившихся драться с Невио.
— Ты недооцениваешь количество отчаявшихся душ, — сказал Алессио.
Может быть. Я вспомнила, какой была бабушка в плохие дни, когда ей требовалось больше уколов, чем выдавал ей папа, когда отчаяние выплескивалось из каждой ее поры. Она, вероятно, тоже вошла бы в клетку, если бы это сулило облегчение.
Два часа спустя настала очередь Невио. Он не потрудился зайти в раздевалку. Он просто встал и снял свою футболку через голову прямо рядом со мной. Мои глаза выполнили свою обычную процедуру осмотра его пресса, грудных мышц, бицепсов, и, конечно, у меня внутри потеплело при виде этого.
Я никогда не обращала особого внимания на татуировку у него на спине. Конечно, не смотреть на нее было невозможно: гротескная улыбка Джокера (только рот, а не все лицо), надпись «Почему такой серьезный?» размытыми красными буквами, за которыми следует длинная строка зачеркнутых